Чтение онлайн

Потом Сергея посетила другая мысль: неужели князь простоял так всю ночь? И он тут же её озвучил.

– Там был, - ткнул пальцем вверх напарник.

– В смысле?
– слегка опешив, поскольку почему-то сразу подумалось, что там -- это на небесах, спросил Сергей.

– На крыше, - хмыкнув, перевёл Кощей и, не дожидаясь следующих вопросов, пояснил: - На город смотрел. Дом высокий, много видно.

Спрашивать, как князь дважды прошёл мимо дежурной по этажу, Гусев не стал. Напарник и не такое может. Недаром ему звание спецсотрудника дали. Как он ухитрился, сидя на крыше, уложить группу захвата -- тоже. Такие ловушки Кощей показывал, когда они во вражьих тылах шороху наводили. А переложить четыре тушки с середины комнаты в промежуток между столом и окном -- это даже для Сергея не проблема.

В общем, всё выяснили, ничего страшного не случилось, так что можно было звать Командира.

Колычев, вопреки опасениям Сергея, никому ничего высказывать не стал. Убедился, что Кощей в порядке (по крайней мере выглядит как всегда), проверил "захватчиков", а потом предложил перейти в номер Гусева и позавтракать там. Этот же номер закрыть до прибытия компетентных товарищей.

Убедившись, что капитан с князем дошли до соседних апартаментов и не потерялись по дороге, он куда-то отлучился и вернулся через десять минут, вместе с официантом, принёсшим завтрак. Ну что можно было сказать... Кормили в этой гостинице очень даже прилично. Даже овсянка оказалась настолько вкусной, что Гусев, не выдержав, попросил у Кощея (если, конечно, тот не будет) разрешения съесть и его порцию тоже.

За чаем (на этот раз и Кощей не остался в стороне) Командир, морщась, когда Гусев, немилосердно звякая ложечкой о стакан, размешивал сахар, сообщил, что до обеда у них культурная программа. В смысле, машина, которая их сюда привезла, сначала отвезёт полковника в Управление, а потом покатает капитана с князем (точнее, князя с капитаном) по Москве. Ну, и если захочется приобрести какие-нибудь сувениры на память о посещении столицы, в кино сходить, мороженого поесть, если попадётся, и так далее -- на этот случай машина привезёт деньги. Потому как в родной конторе люди понимающие и что такое гостеприимство, за повседневными заботами не забыли. В смысле, понимают, что люди прибыли чуть ли не из боя и ждать, когда бухгалтерия раскочегарится...

Но чтобы в четырнадцать ноль ноль как штык быть в Управлении: после обеда запланирована встреча с начальством. С большим начальством.

Князь, судя по ощущениям Сергея, воспринял идею прогуляться благосклонно, а когда Командир упомянул сувениры, от Кощея даже лёгким интересом потянуло. И раз уж возражений не последовало, а времени до четырнадцати часов оставалось не так чтобы много, с чаепитием не затягивали...

Само собой, первым делом князю показали Красную площадь вообще и Мавзолей Владимира Ильича Ленина в частности. Поскольку традиция. И вообще. Надо же произвести впечатление, правда?

Кощей впечатлился. И самой площадью. И стеной Кремля. И Спасской башней (и другими, которые было видно, тоже). И часами на Спасской башне. И вообще!

А вот Мавзолеем -- почему-то нет.

Во время пешей прогулки по площади (водитель остался охранять машину и вообще бдить) князь поинтересовался, чем так сильно нагадил тот, кого положили "вон в ту пирамиду".

Гусев, на всякий случай оглянувшись по сторонам - не слышит ли кто такую откровенную ересь -- шёпотом возмутился столь неуважительным отношением к Самому Первому Вождю Мирового Пролетариата. При этом он очень старался не размахивать руками, однако всё равно привлёк внимание проходящего мимо патруля. Бдительные патрульные подошли, вежливо поздоровались, вежливо представились, после чего столь же вежливо попросили предъявить документы и вообще объяснить, какого... В общем, какого. Что примечательно, бдительность патрульных оказалась столь велика, что Сергеево удостоверение капитана ГБ их совершенно не устроило, а когда они услышали, что у Кощея документов нет вообще, разговор зашёл о небольшой совместной прогулке. Для начала -- в ближайшее отделение милиции.

Страсти потихоньку накалялись, и Гусев уже прикидывал, как -- не остановить, нет, такого не остановишь -- придержать напарника, когда (именно когда, а не если) у того взыграет ретивое... Но тут шофёр выделенной им машины заметил, что происходит что-то явно не то, подогнал "эмку" прямо к ним (а стояли они, ни много ни мало, в самой середине площади) и предъявил старшему патруля ещё одну бумагу. Ну, и несколько слов шепнул (князь хмыкнул). После чего патрульные стали ещё более вежливыми, очень тщательно извинились и быстрым шагом направились... направились... В общем, направились. А выручивший их водитель вдруг жалобно попросил:

– Товарищи, может, поедем уже отсюда? Давайте, я вас на Арбат лучше отвезу?

Арбат... Сколько Сергей ни сталкивался с москвичами (главным образом, по делам службы, конечно. Хотя бывало всякое), всегда они произносили это название с каким-то почтительным придыханием. Как будто говорили о какой-то святыне (Бога нет! Никакого!И святынь нет!) или чуде света. Ещё один товарищ, не москвич, услышав однажды эти охи-ахи, фыркнул и заявил, что ничего в этом Арбате особого нет -- улица как улица, он сам видел...

Сам Сергей во время своих посещений Столицы так и не собрался посетить данную достопримечательность, чтобы лично оценить, кто же прав. И вот сейчас...

А ещё Гусеву было интересно, что скажет князь.

На сам Арбат водитель заезжать не стал. Остановился у поворота, заглушил мотор и объяснил:

– В общем, товарищи, Арбат -- это та улица, перед которой мы стоим. Мы сейчас примерно в её середине. То есть что влево, что вправо получается метров шестьсот. Букинистический магазин, который вам нужен, справа почти сразу за углом. Работает, проверяли. А я вас тут подожду, с машиной.

Гусева Арбат не впечатлил. Тот, оставшийся в прошлом, товарищ оказался прав: улица как улица. От князя тоже тянуло равнодушием... Хотя тут-то как раз ничего определённого сказать нельзя, поскольку, как подозревал капитан, этот паранормальный умеет управлять тем, какие чувства передаёт окружающим и с какой силой. Или, если проще, умеет хорошо притворяться. Однако с другой стороны...

Сообразив, что ещё немного, и он запутается в рассуждениях окончательно, Сергей поспешно затолкал все свои сомнения поглубже и начал думать о делах насущных...

В букинистическом начались странности. Сначала Кощей застыл на несколько секунд на входе, потом как-то съёжился, притих и принялся бродить с потерянным видом вдоль прилавков, разглядывая выложенные на них книги. Ему было явно нехорошо, но почему?

Гусев принюхался, однако ничем посторонним не пахло. Только пыль, старая бумага... Примерно так же пахло в архиве, куда он угодил однажды отрабатывать... Неважно. Ещё...

Вроде, больше запахов не было. А кроме того, что это за химия, которая действует на князя Кощея, но не действует на капитана Гусева? Да и как бы успели подготовить засаду, если...

Стоп! Могли и успеть. Но тогда что получается? Что...

Додумать ему не дал старческий голос с ярко выраженным характерным акцентом:

– Я таки извиняюсь, что пгегвал несомненно очень важные газмышления товагища кгасного командига, но, возможно, я смогу ему помочь?

С трудом подавив сразу два желания -- отпрыгнуть и выругаться (хорош "кгасный командиг"!) - Гусев повернулся к подошедшему старику, видимо, работавшему здесь продавцом, и спокойно (во всяком случае он на это надеялся) сообщил, что нужен альбом с фотографиями Москвы. Ну или с рисунками. Но чтобы достоверными. С новыми.