Трагедия господина Морна. Пьесы. Лекции о драме
Шрифт:
Эрик.
Боже, Боже! Как горестно паденье это! Что же я расскажу, когда вернусь домой? Роберт.
Не торопись, не торопись… Возможно, что ты — простак, а я — свидетель ложный и никого ты дома не найдешь… Возможно ведь? Эрик.
Кощунственная ложь! Хозяин, повели закладывать… Не в силах я дольше ждать! (Ходит взад и вперед)
Роберт.
Подумай о могилах, которые увидишь ты вокруг скосившегося дома… Эрик.
Заклинаю тебя! Признайся мне, — ты лгал? Роберт.
Не знаю. Колвил.
(возвращается)
Возок ваш на дворе.Эрик.
Спасибо, друг. (К Роберту.)
Последний раз прошу тебя… а впрочем, — ты вновь солжешь…Роберт.
Друг друга мы морочим: ты благостным паломником предстал, я — грешником растаявшим! Забавно… Эрик.
Прощай же, брат! Не правда ль, время славно мы провели? Колвил и кучер выносят вещи.
Колвил.
(в дверях)
…а дождик перестал…Эрик.
(выходит за ним)
Жемчужный щит сияет над туманом.В комнате остается один Роберт.
Голос кучера.
Эй, милые… Пауза. Колвил возвращается.
Колвил.
Да… братья… грех какой! Роберт.
Ты что сказал?! Колвил.
Я — так, я — сам с собой. Роберт.
Охота же болтать тебе с болваном!.. Колвил.
Да с кем же мне? Одни мы с вами тут… Роберт.
Где дочь твоя? Колвил.
Над ней давно цветут сны легкие… Роберт.
(задумчиво)
Когда бы с бурей вольной меня в ночи сам бес не обвенчал — женился б я на Сильвии…Колвил.
Довольно и бури с вас. Роберт.
Ты лучше бы молчал. Я не с тобой беседую. Колвил.
А с кем же? Не с тем же ли болваном, с кем и я сейчас болтал? Роберт.
Не горячись. Не съем же я Сильвии, — хоть, впрочем, дочь твоя по вкусу мне приходится… Колвил.
Возможно… Роберт.
Да замолчи! Иль думаешь, ничтожный, что женщину любить я не могу? Как знаешь ты: быть может, берегу в сокровищнице сердца камень нежный, впитавший небеса? Как знаешь ты: быть может, спят тончайшие цветы на тихом дне под влагою мятежной? Быть может, белой молнией немой гроза любви далекая тревожит мою удушливую ночь? Быть может… Колвил.
(перебивает)
Вот мой совет: вернитесь-ка домой, как блудный сын, покайтесь, и отрада спокойная взойдет в душе у вас… А Сильвию мою смущать не надо, не надо… слышите!Роберт.
Я как-то раз простил тебе, что ты меня богаче случайно был… теперь же за совет твой дерзостный, за этот лай собачий убью тебя! Колвил.
Да что-то пистолет огромный ваш не страшен мне сегодня! Убийца — ты, а я, прости, не сводня, не продаю я дочери своей… Роберт.
Мне дела нет до этой куклы бледной, но ты умрешь! Колвил.
Стреляй же, гад, скорей! Роберт.
(целясь)
Раз… два… аминь!Но выстрелить он не успевает: боковая дверь распахивается и входит, вся в белом, Сильвия, она блуждает во сне.
Сильвия.
О, бедный мой, о, бедный… Как холодно, как холодно ему в сыром лесу осеннею порою!.. Тяжелый ключ с гвоздя сейчас сниму… Ах, не стучись так трепетно! Открою, открою, мой любимый… Ключ держу в руке… Нет! Поздно! Превратился он в лилию… Ты — здесь, ты возвратился? Ах, не стучись! Ведь только лунный луч в руке держу, и эту дверь нет мочи им отпереть… Поделиться с друзьями: