Чтение онлайн

Огонь противника тут же иссяк.

Отбились? Мысль мелькнула и пропала недодуманная. Хрен там мы отбились.

Они снова шли в атаку.

Казалось, что мы тут рубимся уже целую ночь, хотя еще получаса не прошло по внутренним часам.

— А это ещё что такое? — удивился Батый.

В нашу сторону летели сотни огней. Октавия нахмурилась, ее анализ не дал немедленного ответа. А потом я понял:

— Внимание! — крикнул я. — Дроны-убийцы!

И это были они. Сотни хозяйственных, почтовых, егерьских дронов, адаптированных для единственного смертельного удара десятком или сотней граммов взрывчатки влетели в створ. Древняя, почти вымершая уже в эпоху автоматических бластерных турелей методика штурмовой атаки. Десантным доспехам они что слону хлопушка, но у меня большая часть людей без доспехов. Импровизация против импровизации. И у них пока получается лучше.

— Вова, Иоланта! — крикнул я. — Силовые копья! По самым крупным!

И мы начали швырять силовые копья в дроны, а дроны начали взрываться под нашими невидимыми ударами.

Иоланта воодушевленно швыряла копья попеременно с двух рук, как заведенная, ну, да, наконец-то и от неё оказалась польза.

Но мы не успевали сбивать все, дроны просачивались. В них стреляли, они взрывались и доставали кого-то.

У нас резко начали расти потери. Людей Манджаро на корпусе дроны заставили отступить от края, наш огонь ослаб. Я приказал Манджаро уводить людей под защиту корабельного корпуса.

Стоило бы подумать, чтобы отступить и нам.

Атака следовала за атакой. Волну дронов сменил ещё один ракетный удар, потом новая пехотная атака.

За створом полыхнуло корпус корабля содрогнулся, это флот укладывал свои подарки вплотную к нам, накрывая наступающие группы. Ближе некуда, ближе только в сам корпус, прямо по нам.

Противник накапливался в пещерах и складках местности у гор, делал рывок через обстреливаем моим флотом и остатками пушек «Прозерпины» местность. Уцелевшие врывались внутрь и начинался новый эпизод схватки. Взлетка уже была завалена их телами.

Мы все-таки отступили в глубину корабельного корпуса в мешанину служебных коридоров и кают. И заняли там круговую оборону.

Дроны-камикадзе врывались в коридоры вслед за нами и взрывались в воздухе.

Флот висел над нами и поддерживал огнем с орбиты. Но в сражении развернувшемся внутри корпуса нам никто не мог помочь.

А нам очень нужна помощь. Нам очень были нужны резервы. Любые резервы, хоть горсточка бойцов. Но здесь и сейчас. Немедленно.

— Нам нужна поддержка, Октавия, — прокричал я. — Нам нужна поддержка!

Но резервов не было, да я и сам это знал. И взять их было негде

Мы отстреливались как могли. Если бы не наши энергетические техники нас уже давно бы смяли. А так мы еще держались.

Пока мы так возились Мастера Никто ударили по нам с тыла, прямо по корме, по Киллу которому пришлось очень несладко, так там было жарко.Корма словно взорвалась.

— Октавия, остаешься здесь за меня, — приказал я. — Держи связь! Иоланта. Вова, за мной!

Мы помчались на корму.

По пути туда в длинном коридоре мы столкнулись со спешащим нам навстречу отрядом прорвавшихся Мастеров.

— Лопату, Вова! — выкрикнул я, неглядя протягивая руку назад и Вова тут же вложил в мою ладонь знакомую ребристую рукоять моей саперной лопаты.

Щ-щаз буду рубить и карать!

И помчался навстречу врагу. Враги разом завопили и помчались навстречу мне.

А середине коридора мы столкнулись, а лезвие лопаты с хрустом воткнулось в череп врага.

Я выдернул лопату, отразил микрошитом выстрел мне в лицо, в ответ сунул лезвие прямо в зубы стрелку. В расчете!

Следующего продырявила невидимым копьем Иоланта, а Вова по простому, без затей пристрелил, того, что оказался за ними.

Мы расчистили коридор в пару минут. В рукопашной против нам у них не было ни единого шанса.

Когда мы ворвались на корму, там уже все было кончено. Черные Тигры Манджаро, выполняя отданный мною приказ, успели раньше и вышибли ворвавшихся Мастеров Никто из беззащитной кормы «Прозерпины». Но пятнистые парни Килла к этому моменту уже полегли практически в полном составе.

Сам Килл, пробитый в десятке мест разделяющимися на ножевидные лепестки разрывными пулями насквозь, залитый кровью, умирал на руках Манджаро.

Нда, с такими ранами столько не живут. Капсула могла бы помочь. Капсула и непрерывный медицинский уход, но капсул у нас больше нет. Странно, что он жив ещё. Даже если бы у нас госпиталь действовал, не спасли бы его.

Манджаро держал за руку умирающего Килла:

— Не умирай, друг.

— Да ладно, какой я там тебе друг… — прошептал Килл глядя в потолок. — Ты это… не оставь моих ребят. Они одни пропадут…

— Я обещаю, друг, — проговорил Манджаро.

Но Килл его уже не услышал. Он умер раньше.

— Что мы можем сделать? — глухо произнес Манджаро поднимая на меня усталые глаза.

— Ничего, — ответил я. — Здесь уже ничего не сделать. Забирайте всех, уходим в глубину корпуса.

Мы будем удерживать многоуровневые коридоры в части, примыкающие к началу взлетной полосы и ангарам. Компенсируем нашу истаявшую под обстрелом и непрерывным давлением численность.

Встанем в круговую оборону. И будем держаться. Держаться до последнего. До последнего человека на ножках. И потом тоже держаться. Или все здесь ляжем, до единого.

Пока меня не было на взлетке — тоже было нелегко. Студенты отбили две атаки от створа, где враги уже прочно окопались и готовились двинуться всеми силами вперед и смести нас наконец

Потому Батый и развернул на взлетке космоплан на котором сегодня летал, и попробовал обстрелять дальний край палубы, занятый врагом, не вспомнив об безусловном отключении вооружения на борту авиаматки.

— Не работает! Не стреляет! — услышал я.

Но Октавия быстро своим приоритетом высшего серва влезла в мозги космоплана и дала разрешение.

Батый всадил в занятые противником развалины баррикады несколько высокоэнергетичных зарядов, вышвырнув остатки баррикады наружу, заодно и покрывающую ее груду вражеских тел.

Мастера Никто тут же ответили тремя тандемными боеприпасами, запущенными с плеч смертников, они влетели в створ один за другим, первый снес установленный Вовой кокон, второй взорвался пораженный силовым копьем Иоланты, третий врезался в космоплан превратив его в груду обломков, отшвырнув взрывной волной катапультировавшегося в этот момент Батыя.