Чтение онлайн

– Как все складывалось? Из зоны, где вы имели несчастье с ним находиться, ушла информация о ценностях. Некто третий эти ценности похитил. А некто четвертый начал за ним охотиться, чтобы получить свою долю. Этот четвертый косвенно связан с теми, кого вы так пышно именуете Серыми Ангелами. Поступившая от него информация заинтересовала сию организацию лишь частично. В числе похищенного имеется нефритовая статуэтка из захоронений Древнего Египта. По каталогу она в Англии оценена в полтора миллиона фунтов стерлингов. И есть покупатель, почтенный бизнесмен, держатель уникальной коллекции.

Он допил кофе, поставил чашку на стол, посмотрел на нее, склоняя головку, снова ее взял, вышел в кухню и сполоснул над раковиной.

– Мы не претендуем на золотые побрякушки, на камешки там и прочую шелуху, награбленную уголовниками. Нас интересовала и продолжает интересовать только эта статуэтка, о ценности, истинной ценности, ее уголовникам ничего не известно. Да и знай они - не смогли бы реализовать сей раритет в России. И вывезти на Запад не смогли бы.

– Скажите, - прервал я его, - я-то тут причем?

– Вы появились в самый разгар охоты и вас приняли за соперника. Отсюда и выстрел около больницы.

– А сейчас?

– Это вообще нелепая случайность, без всякой связи с тем, о чем мы говорили. Тех двоих, кого ваша умная слониха соизволила придавить, мы схоронили без шума.

– Двоих. А третий... Вы хотите сказать, что он выжил и решил отомстить.

– Его можно понять. Очень сильно изуродован. У него хороший пансион, но вот вбил себе в голову какую-то вендетту.

– А какой вам смысл за меня заступаться? Я-то вам кто?

– Вы человек, который стоит полтора миллиона фунтов стерлингов.

Я пролил остатки кофе на покрывало.

– Видите ли, дело в том, что эта статуэтка находится у родственника Маневина. А его родственник - один из советников президента. Да, не удивляйтесь. жизнь вообще - штука запутанная. Такие бывают странные коллизии. Вот, как-то включил я телевизор, а оттуда - "выключи сию же минуту!". Я, признаться, от растерянности выключил. Потом понял, оценил совпадение, и снова включаю. А оттуда опять: "Я кому сказал, выключи!" Ну, не забавно ли? По статистике, мои ребята специально просчитали на компьютере, вероятность попадания метеорита именно в меня такая же. Так что, не надо удивляться. Политик любят вкладывать деньги в ценности. Очень умно в период инфляции. Вот он и купил эту статуэтку, что тут особенно удивительного?

– Что ж Седой мне сразу не сказал?

– Седой? А, вы имеете в виду генерала. Тогда мы еще не проследили эту вещицу. А вас генерал приласкал на всякий случай. Есть у него черта такая, любит занятных людей. И не зря, прозорливый он человек. И удачливый.

– Но зачем же все-таки вам я? Родственник и так вам ее продаст, если нажмете.

– Он умный и бережливый человек. Мне кажется, что вы его недооцениваете потому что не знаете. Свои ценности он хранит в Варшавском банке с условием, что если с ним что-нибудь случится, они перейдут в собственность банка. Он человек одинокий, завещать имущество некому. И старость, похоже, хочет прожить в цивилизованной стране. Вот и принял меры предосторожности. Тронь его - все отойдет банку. А банк даже нам не по силам.

– Ну, так купите.

– Ему известна ее цена. Я же говорю, что он умный человек.

– Что же вы от меня хотите?

– При его осторожности вы - единственный человек, который может стать к нему вхож. Он не знает, что Маневин убит. Вы человек общительный, умеете располагать к себе людей, вы друг его единственного родственника. Существуют доверенности, дарственные. Короче, все это уже технические детали. Важно ваше согласие, ваша добрая воля. Вы ведь во всех аферах придерживаетесь робингудовской философии - берете часть у тех, у кого много.

Я задумался. Надо было спросить фамилию, но это могло быть воспринято, как потенциальное согласие. К тому же я просто боялся услышать очень известную и, поэтому, очень опасную фамилию. Хоть я и аферист, но аферы такого масштаба мне явно не по плечу. Но долго думать мне не пришлось. Дверь резко раскрылась, чуть не слетев с петель. В уродливой, перекошенной фигуре я с трудом узнал того нервного "гражданского", которого в мыслях давно похоронил под толстыми ногами Кинги.

Он выстрелил сразу, не прицеливаясь, с бедра. Прокурор, успевший обернуться, легко слетел со стула. На полу его настигли еще два выстрела, которые начисто снесли его ухоженный череп.

Удивительно проворно для калеки двигаясь, гражданский взял стул, сел в уголок, стараясь не запачкаться в месиве из кровавых мозгов, положил пистолет на колени.

– Советую тебе смываться побыстрей. Деньги хоть есть?

– Есть, - ответил я машинально.

– Вот и мотай. Они это убийство на тебя свалят, учти. Жить тебе теперь в вечном страхе, пока не найдут. А когда найдут - станешь похож на меня. Это приятней, чем просто шлепнуть тебя, падлу.

Он протер краем пиджака пистолет, вынул обойму - она оказалась пустой, швырнул в кровавую лужу и исчез.

Я схватил рюкзак, спортивную сумку и выскочил из подъезда. Где-то за деревьями знакомо завывала машина. Я хлопнул себя по куртке - документы были с собой. В три прыжка я скрылся в кустах и присел на корточки. Знакомая машина остановилась около лестницы, выскочившие оттуда люди протиснулись в подъезд.

Ждать их появления назад я не стал. Я пробрался закоулками, вышел у сквера, посмотрел из кустов вокруг. На знакомой скамейке сидела маленькая шлюха, так легко подставившая меня ментам. Рядом с ней маячила мужская фигура.

Я всмотрелся. Уже смеркалось, но вечер еще не наступил, а июньские дни долгие. Мужчина был в каком-то нелепом головном уборе, напоминавшем чалму. Мне следовало бежать, прятаться, а я, как дурак, скорчился в кустах, подсматривал. Сладкая парочка встала и направилась к выходу из сквера. Они прошли совсем близко от меня, я разглядел то, что принял за головной убор, - плотную марлевую повязку, охватывающую голову. И обмотан бинт был вокруг ненавистной головы санитарного майора Момота.

Мелкая шлюха вместе с достойным хахалем шли неторопливо. "Я люблю со старенькими, - услышал я голосок, который теперь вызывал у меня не умиление, а ненависть, - они добрые и не хватаются, и не жадные...". Если б не шла по моим пятам смерть в обличие Серых Ангелов, я не поленился бы выследить этих паразитов и свести счеты с обеими. Но времени не было. Я перехватил первого попавшего частника, пересел в центре на другого, запутывая на всякий случай следы, и поехал к своим работодателям, лихорадочно придумывая чем объяснить мое преждевременное появление.

Я прекрасно понимал, что вокзалы, аэропорт, автобусная станция будут перекрыты тотчас. Серые Ангелы, похоже, заняли под шумок перестройки многие посты в государстве. В этом не было ничего удивительного. Итальянские мафиози, нажившись на сухом законе, тоже перекрашивались в солидных бизнесменов, резервируя себе государственные должности. Сперва люди создают капитал противозаконно, потом капитал делает этих людей представителями этого закона. Закономерный процесс в мире, которым правят деньги. Но мне от этого понимания ничуть не легче. Сейчас меня. будут искать и представители закона на законных основаниях, и сами Ангелы, в оперативности которых я уже не раз убеждался.