Чтение онлайн

Я вылечил твое тело, но душа до сих пор больна памятью. Нельзя лишать человека прошлого, можно только произвести переоценку того, что хранит твоя память. Так лечут душу. Душа должна править телом, а не наоборот.

– Тут, в одиночестве гор, ты изменишь себя сам. Я дам тебе сложные задания, вера в совершенство поможет тебе выполнить их. И с этих гор спустится другой человек - человек совершенный. А встреча с барсом будет твоим единственным экзаменом. Ты выйдешь на него без оружия, ты встретишься с ним в снегах вершин на равных. Что будет дальше - узнаешь потом.

***

Морщась, как от боли, под истошный звон и стук возвращается Хоркин в свою комнату. Он неосознанно тянется назад, в горы, но послушно идет к входной двери6 через которую в его дом проникает очередной выродок цивилизации - милиционер.

– Вы Хоркин? На вас поступило два заявления. Первое об отсутствии права на проживание в этой квартире. Где вы прописаны, какое отношение имеете к хозяйке, почему не отметились в домоуправлении?

– Послушай, милиционер. Ты меня завалил вопросами. Я отвечу коротко: хозяйка моя мать и в ордер я вписан. Еще вопросы?

– Мать! Ну, может, меня ввели в заблуждение... У матери, конечно, можно... Проверим, проверим. А вопросы есть, как не быть. Вот заявление гражданки Кардаполовой из Внуково. Жалуется, что вы имеете интимные контакты с ее несовершеннолетней дочерью.

Весь этот разговор происходит стоя, в коридоре, потому что Хоркин пресекает попытки милиционера пройти в комнату, а в коридоре сесть негде.

– К тому же,-добавляет милиционер раздраженно,-вы, если не ошибаюсь, отбывали наказание в колонии строгого режима и одна из статей - 210, волечение несовершеннолетних в преступные действия.

– Господин милиционер,-сдержанно говорит Хоркин.-Я не амнистирован, а полностью реабилитирован, все обвинения сняты. Можете проверить, список есть в газете "Известия", подписан Президентом. Сто человек и я в их числе. А, коли обвинения оказались фальсифицированными, к лицу ли представителю власти поминать о них. В отношении девчонки - у вас есть ее показания, данные медицинской экспертизы? Если нет - получите их. Это просто бродяжка из семьи алкашей. Я оказал, на свою беду, этой семье материальную помощь, у меня есть расписка матери и отчима о взятых у меня в виде гуманитарной помощи 500 тысячах рублей. Теперь им хочется еще, жадность губит людей.

– Не хрчу вас обижать, но вы отрываете меня от работы. У меня завтра съемки фильма совместного с Юрием Никулиным, а сегодня куча дел. Мне кажется, что вы должны, наоборот, беспокоится о покое и нормальном существовании бизнесменов России, вкладывающих свои деньги в культуру, а не беспокоить их беспочвенными обвинениями.

Хоркин почти выталкивает милиционера, и безуспешно пытается вернуться в чистоту и прохладу гор.

Потом он резко выключает компьютер, закапывает в воспаленные глаза какие-то капли и уходит бродить по Москве.

Вечереет. Отрешенный вид Хоркина отпугивает от него прохожих, но в свою очередь привлекает внимание ранних "шакалов", ищущих поживу в виде одиноких прохожих. Трое акселератов пристраиваются за Хоркином и в пустынном переулке окружают его.

Предводитель юнцов даже не успевает спросить традиционное: "дай закурить", как оказывается отброшенным в кусты. Его напарники бросаются на Хоркина с двух сторон, но так же отлетают в кусты и лежат, скорчившись. Хоркин прошел сквозь них, как нож сквозь масло, и даже не отвлекся от своих раздумий.

***

Он продолжает кружить по улочкам микрорайона. В памяти вновь горы. Он спускается по снежному склону в ложбинку, в которой играют два снежных барса. Он идет к ним, как надо - без оружия, идет легко и просто, несмотря на крутизну склона, идет в легкой одежде, не чувствуя холода.

И барсы не убегают. И не бросаются. Они подходят к человеку, обнюхтвают его, доверчиво подставляют лобастые головы под человеческую руку.

Хоркин оборачивается и видит в контражуре солнца на вершине, с которой он только что сошел, фигуру своего учителя - охотника на снежных барсов. Охотника, который за свою жизнь не убил ни одного снежного барса.

***

Съемочная площадка. Первый дубль игровой сценки. Драка в бараке. Трое зэков пытаются одолеть новенького. Новенький неожтданно проявляет знания каритиста.

Каскадеры, нанятые для этого эпизода, работают вяло, щадят себя. Хоркин не выдерживает. Он входит в кадр и, вызывая недоумение съемочной группы, привыкшей к его молчаливому присутствию "за кулисами", резко обращается к старшему каскадеру.

– Все вчетвером на меня, работайте в полном контакте.

– Ты че, дядя?-тянет каскадер.-Мы профессионалы.

Хоркин, не обращая на него внимания, гаркает:

– Мотор!

И мгновенно бросает ближайших каскадеров на пол. Двое оставшихся кидаются на него, но обнаруживают пустое место. Хоркин уже за их спинами.

– Котята,-цедит он, подшибая обеих сверхбыстрой двойной подсечкой.

И невозмутимо возвращается на место, бросив на прощание:

– Работайте серьезно, мы на вас пленку зря расходовать не будем.

***

Хоркин в кабинете Никулина. Они пьют вечерний чай. Хоркин заканчивает рассказ.

– Ну, что дальше. Вернулся я из Киргизии, когда розыск на меня существовал только формально. Естественно, что без документов, с постоянным ожиданием задержания жить было не весело. Тем ни менее, легализовался, сделал себе документы о том, что реабилитирован полностью.

Хоркин отхлебнул из чашки, посмотрел поверх ее грустно.

– Школа Охотника помогла. Силу в себе новую почувствовал, уверенность. Ну, а дальше вы знаете. Сейчас главная задача - снять фильм. Материал-то необычный, вкусный, сами видели, как Рязанов перекупить его хотел. Но Рязанов мои идеи оденет в шелуху мелодрамы с клоунадой совдеповской. Сам сниму! Денег, слава Богу, на три фильма хватит. Я же не только за себя сидел. Я за многих сидел...

Хоркин переворачивает чашку и встает. Кланяется коротко, выходит, идет в слоновник и долго стоит, лаская добрый, шершавый хобот старшей слонихи Читы.