Чтение онлайн

– Сенцов, не спим!
– окликнул Константина Крольчихин, и Сенцов осознал, что действительно, дремлет за столом.
– Сейчас, Ветерков выведет список, и вам обоим предстоит работа: во-первых, поедете с Мышкиным в морг, составите ориентировки на убитых бомжей и разошлёте по всем отделениям - авось, у них найдётся кто из родных? А во-вторых, проработаете всех клиетов по списку. Понятно?

– Есть...
– пробормотал Сенцов, заставив себя не вздыхать.

– Длинный список!
– сообщил из-за компьютера стажёр, не теряя своей извечной бодрости, которая так злит Сенцова.
– Ого!

– Печатай весь!
– постановил Крольчихин.
– Слыхал, Сенцов?
– осведомился он у Константина, который всё прекрасно "слыхал" и давно уже испытывал дурноту: пахать придётся день и ночь... и опять-таки не остаётся времени на Катю...

– Слыхал...
– уныло кивнул Сенцов.

Стажёр зарядил в принтер листов десять - не меньше, и включил скрипучую печать. Пока принтер скрипел, Сенцов старался подбодрить себя мыслями о призрачном везении: ему повезёт, и первый из "клиентов по списку" окажется нужным... ну, на худой конец, второй. Они со стажёром его быстренько законопатят, пробьют, и пойдут спать, ожидая в этом месяце сладкую премию... Чёрт, опять в сенцовской голове возникают эти странные словечки... Кто из его знакомых мог так разговаривать, что эти два "паразита" втемяшились в его мозги, и настолько заскорузли, что Сенцов повторяет их почти что машинально?? Не Крольчихин, не Федор Федорович, не Игорь Ёж, и даже не Анатолий Лис... Никто...

– Готово!
– весёлый голос постылого стажёра прозвучал взрывом, выдрав Сенцова в реальность. Константин вздрогнув, взглянул в его сторону и увидел, что Ветерков размахивает отпечатанными листами. Это он распечатал наконец-то список сбрендивших "спецов" и теперь жаждет работать и эту ночь напролёт...

***

Константин Сенцов морги не любил - от чего тащился за Мышкиным, будто на верёвке и молчал, пялясь в "мёртвый" начищенный пол однообразного зелёного цвета. Мышкин читал какую-то длинную "лекцию" воющим голосом некроманта, а Сенцов старался не слушать, нутром чуя, что "врач" этот его сейчас заколдует... Ветерков же весело топал, задавая Мышкину какие-то сумбурные вопросы, чем злил Константина до чёртиков. Сенцов старался сосредоточиться на Кате - решил пригласить её в театр, чтобы, наконец-то, помириться... спектакль, говорят, хороший. И билеты можно по Интернету заказать - главное, не пробыковать и успеть приобрести хорошие места... Сенцов займётся этим прямо сегодня - когда вернётся из морга и сядет за свой компьютер.

– Проходите в холодильник!
– любезно пригласил "последний врач", распахнув перед гостями одну из безликих металлических дверей.

– Спасибо...
– прогудел Сенцов, переступая высокий блестящий порог и чувствуя на своём живом теле страшный могильный холод.

Ветерков, перепархивая тот же порог, споткнулся и чуть не пропахал носом по полу, а Сенцов злорадно подумал: "Допрыгался!".

– Вот, господа, ваши клиентики!
– Мышкин принялся выдвигать ячейки, и Сенцов нехотя, заставил себя смотреть на трупы, которые в них лежали. Стажёр тут же вооружился блокнотом - чтобы составлять ориентировки, а Сенцова ничего не взял, и таращился на бомжей дурацких вообще без интереса. Да, он просто обязан повести Катю на этот спектакль - даже если за билеты, цветы и подарок ему придётся отстегнуть всю свою тощую зарплату...

– Вот, этот экземплярчик самый любопытненький!
– "пел" врач Мышкин, "танцуя" вокруг одной ячейки, которая содержала весьма габаритное тело. Здоровенный, бородатый бомжара с огромной головой, с медвежьими лапищами вместо рук и ног, был убит палкой... Хорошую силу нужно иметь, чтобы проломить такой носорожий череп...

– Вот, гляньте!
– Мышкин сунул в руки Сенцова фотографию, где был изображён тот же бомжара - только до вскрытия.
– Вот, это его висок, в который нанесли удар. Видите?

Сенцов присмотрелся и увидел, что на виске бомжа нет ни крови, ни раны... только малюсенький "нестрашный" синячок...

– Мастерский удар!
– постановил Мышкин, отняв фотографию у Сенцова.
– Как думаете, чья работа?

– Чёрта-дьявола...
– угрюмо буркнул Константин, разглядывая других, "простеньких" бомжей - с обыкновенными габаритами, обыкновенно пропитых, и без особых примет. Они были застрелены - по одной пуле на каждого - и кто только придумал эти бредни про автоматные очереди?

– У нас целый список подозреваемых!
– бодро заявил Ветерков, размахивая своей распечаткой, где затесались проклятые психи. Попробуй, допроси их, когда все они служили в специальных войсках, и каждый из них не дружит с головой?? Можно лишиться и своей головы...

– Ну, что, стажёр, ориетировки готовы?
– с раздражением вопросил Константин, видя, как стажёр всё елозит и елозит ручкой, словно роман пишет. А Сенцов уже устал его ждать - если так канителить - и до ночи психов не допросишь, чёрт...

– Так точно!
– отчеканил стажёр, махнув блокнотом.
– Я их по И-нету разошлю, когда мы к психам поедем!

Трудоголик чёртов... Константин проглотил эти слова и сказал - Мышкину:

– Большое спасибо, мы закончили, до встречи!

– До встречи!
– хохотнул Мышкин - зловеще, и Константину показалось, что будь его воля - он бы не выпустил их из холодильника, а вскрыл бы и заморозил, как и всех своих "клиентов"...

Поиски "мусорного киллера".

Константин сидел за рулём - он взял машину под свою подпись, и Ветеркова за руль не пускал. Стажёр был этому рад - торчал на заднем сиденье со своим ноутбуком и клацал клавишами, рассылая ориентировки на бомжей. Теперь он не вылезет из Интернета, отслеживая почту каждые полчаса - а вдруг кто откликнется и узнает какого-нибудь бомжа... за полчаса?? Сенцов рулил по певому адресу - в далёкий "глухоманский" райончик, наполенный частными домами, которые давно обозначили под снос. Константин такие места не любил - грязищи по уши, и искать "клиентов" трудновато... Ветерков же аж подпрыгивал от радости - первое дело, да какое! На все сто процентов, что ему сегодня башку отшибут...

Константин давно уже покинул нормальное шоссе: служебная машина скакала по ухабам страшной грунтовки, и Константин тоже скакал, больно стукаясь о сиденье. Ветерков позади него сопел - проверял свою почту, не находил откликов на бомжей и злился. Возможно ему придётся годами злиться - у бомжей редко находится родня, которая соглашается признать нестандартное родство.

– Так, стажёр!
– крикнул ему Сенцов.
– Ищи: улица Буденовских Партизан, дом тринадцать! А то я сейчас тут себе глаза сломаю, чёрт...

– Та, ладно тебе, напарник!
– пробурчал стажёр, нехотя отрываясь от компьютера.
– Не кипи ты так!

Константин сбавил скорость: выбоины, острые холмики и камни на каждом шагу грозили перевернуть машину вверх колёсами и отправить в глубокую придорожную канаву, в которой неслись, бурля, грязные воды. Они со стажёром давно миновали красивые коттеджи, и дома попроще тоже миновали - за окнами проплывали сутулые черноватые избушки за гнилыми, покосившимися заборами. Местечко неприятное - в таких, обычно, совершается поножовщина, кровавые драки, детоубийства и прочая мерзость, на которую таких оперов, как Константин, вызывают посреди глубокой ночи. Пока опера преодолеют непролазные грязи, отыщут во тьме нужный домишко, ворвуться... будет уже поздно - жертва мертва, убийца сбежал. И начинается очередное проклятое, ординарное, рутинное, тягомотное дело...