Чтение онлайн

– Ну, кто, кто...
– прогудел Репейник, топчась.
– Просто, обычный фриц, Эрих Иоганн фон Краузе, граф фон Траурихлиген, группенфюрер СС, существо серое, без особого интеллекта и духовных потребностей... Получив эту штуку, оно решило доказать, что лучше других серых существ. Всё, ничего интересного... Теплицкий и пробросил его сюда только потому, что он знал, как включать "брахмаширас". И о теории трансхронов этот "фон" не имеет ни какого понятия! Он даже мобилку не видел никогда, не то, что трансхрон!

– Так, Репейник, нестыковочка!
– тут же придралась Звонящая, взмахнув отчётом, который весил не меньше килограмма.
– Если Траурихлиген такой тупой, как ты мне здесь сказал - как он смог разобраться в работе "брахмашираса"?? Учёные Теплицкого - и те не поняли, ты - тоже не понял, хотя говоришь, что в твоём лбу целых десять пядей, а не семь, а такое серое существо как Траурихлиген могло его включать! Почему?

– Ему кто-то показал!
– поспешил отбояриться Репейник.
– Та я даже не уверен в том, что именно Траурихлиген ездил на "брахмаширасе"! Я провёл аналогию с когда-либо известными науке технологиями и пришёл к выводу, что этот "брахмаширас" ни к одной из них не относится! Ни шасси, ни способ энергообеспечения, ни вооружение... да у нас на Земле такого ещё не изобрели! Это технология других планет...

– На которой разъезжало тупое серое существо!
– отрубила Звонящая, не скрывая ехидства.
– Давай, Репейник, про Траурихлигена: личность, хобби, увлечения! Я должна составить его полный психологический портрет, а по твоему описанию у меня получается баран!

– Та какая тут личность!
– отмахнулся Репейник, фыркнув носом.
– Мелкий человечек, ограниченный и тупо злой! Хобби нет, увлечений нет - только сидит у кормушки, как и остальные ему подобные.

– На тебя очень похож!
– мрачно пошутила Звонящая, хлопнув толстый отчёт на столешницу около работающего игрек-ноута.
– Ты, Репейник, давай работай, и я не отстану от тебя до тех пор, пока у меня не будет психологического портрета! Я загляну попозже, и если у меня опять получится баран - всю ночь будешь работать, понял?

– Та, понял!
– огрызнулся Репейник, плюхнувшись в кресло и толкнув Константина.
– Давай, увалень, помоги мне, что ли?
– буркнул он, уставившись в переносицу Константина.
– А то я зашьюсь...

– Ладно, - прогудел Константин, подвигаясь к компьютеру вместе с Репейником. Катю он потерял навсегда - и уже для неё умер. Почему бы не поискать Траурихлигена, который тоже, вроде бы, умер? Или не умер...

– Старлей, похороны свои не пробыкуй!
– рявкнула на прощание Звонящая и скрылась за опустившейся переборкой.

– Бе-бе-бе!
– передразнил Репейник, скорчив рожу.
– Блин...
– буркнул он, разорвав пачку чипсов, чтобы напихиваться ими по самую сурепку.
– Старлей, ты любишь работать ночью?
– осведомился Репейник, уставившись на Сенцова так, словно хотел, чтобы Константин всю работу за него сделал сам.

– Не... очень...
– проклекотал Сенцов, который отлично знал, что такое ночная работа. Всенощная работа, которая осточертела ему в обыкновенной ментуре - это значит всю ночь сидеть, налившись кофе... и ещё повезёт, если сидеть в кабинете за компом или просто над бумажкой, размышляя, а вообще, чаще всего, сидеть приходится в холодной, сырой засаде. А утром потом голова - как колокол с арбузом вместе взятые - и гудит, и тупая, глаза слипаются так, что засыпаешь на ходу, а нужно работать, потому что новый рабочий день в разгаре...

– Ну, я тоже ночью работать не люблю...
– пробормотал Репейник, жуя чипсы, загребая их одной рукой из пачки целыми пригоршнями, а другой рукой - щёлкая компьютерной клавиатурой .
– Но по характеру моей работы мне приходится работать в основном по ночам - потому что тихо, никого нету, никто не мешает! Хочешь присоединиться?

– Не очень...
– глупым голосом повторил Сенцов, который ничего не понимал в работе Репейника, да и ночью поспать хотел, а не работать.
– Но я кое-что знаю про туриста!
– Константин вдруг "включился", осознав, что Репейник поймёт и оценит всё, что он скажет, а не отмахнётся, как Крольчихин.

– А, давай, повествуй!
– Репейник тут же заинтересовался, продолжая жевать, отлип от компа и уставился на Сенцова, хлопая своими глазищами из-под очков.

– Ты вообще, в машинах этих... времени... разбираешься?
– на всякий случай осведомился Сенцов, в желудке у которого снова завывало так, будто там сидела волчья стая, но Константин к этому привык, так было всегда...

– Конечно, конечно!
– поспешил заверить Репейник, бешено кивая.
– Скоро я построю свой трансхрон для опа - я на грани прорыва, а ты спрашиваешь, разбираюсь я или нет! Давай, вываливай, что ты знаешь про туриста!

Репейник так таращился на Константина, что Сенцов невольно ощутил на себе его виртуальные клешни, которыми он вцепился в его душу, чтобы встряхнуть её и вытряхнуть информацию.

– Та не глазей ты так, а то меня стошнит...
– огрызнулся Сенцов, отворачиваясь и видя перед собою стенку, от которой откололся кусок штукатурки, оставив дыру. Константин догадывался, что стало причиной аварии: приходила Звонящая, стреляла в Репейника из пистолета и покалечила стену.

– Какие мы нежные...
– съехидничал Репейник, сморщив нос.
– Старлей, ты кота за хвост-то не тяни, а то я состарюсь, пока дождусь от тебя пользы!

– Вот, что, - Сенцов решил сразу перейти к делу, а ещё - решительно схватил пачку чипсов и принялся за еду, потому что желудок его уже изводил, как настоящий живой волк.
– Мы с моим милицейским напарником попали в одну квартиру - расследовали ограбление, у них кто-то воровал по мелочи, то телик, то мобилку, и мы поняли, что это ворует турист!

– Да?
– не поверил Репейник, вытаращиваясь.

– Смотри, глаза не потеряй...
– пробормотал Сенцов, которому было совсем не до смеха, когда они со стажёром мышей этих таскали и видели их смерть у холодильника.
– Мой стажёр притащил туда белых мышей, и они все сдохли! Что ты об этом скажешь?

– Больные мыши?
– насмешливо предположил Репейник, щурясь поверх своих очков. Интересно, какой у него минус по зрению?

– Та я серьёзно!
– ругнулся Сенцов.
– В тех местах, где появлялся турист - умирают белые мыши. Я знаю, что они не переносят радиацию, там, газы...

– И излучение трансхрона!
– поддержал Сенцова Репейник, ободрившись на глазах.
– А ты, старичок, голова, я от тебя не ожидал! Кстати, я не знал, что излучение трансхрона кого-то убивает... Нужно будет на мышах проверить... И ты что это хочешь сказать?
– Репейник вдруг выразил какой-то непонятный страх и даже отъехал от Константина вместе со стулом.
– Что у туриста свой трансхрон?

– Похоже, да...
– клекотнул Сенцов, который ничего такого в виду не имел, и в трансхронах этих ничего не понимал...
– И что ты можешь об этом сказать?

– А то, что я прошляпил!
– прорычал Репейник, кинув пачку с недоеденными чипсами на пол.
– И Звонящая меня пристрелит! Слушай, Старлей, иди-ка спать, завтра тебя хоронят, а я буду работать всю ночь!

– Ладно, - пожал плечами Сенцов, уходя от Репейника вместе с чипсами.
– Если понадоблюсь - звони!

– Ты только игрек-тачку не расколоти, когда будешь на ретоподъезд лететь!
– предупредил его Репейник, обернувшись и наградив Сенцова многозначительным взглядом через плечо.