Чтение онлайн

– Так, мы заберем его себе!
– отпихнул Миркина Теплицкий.
– Давайте, пропускайте нас!

Старушка замялась под напором, а Миркин шёпотом сказал Теплицкому:

– Ну вот, теперь ты всё испортил! Она нас не пустит и вызовет ментуру по наши души. Я тогда уйду и скажу, что я тебя не знаю!

– Остынь!
– огрызнулся Теплицкий, отойдя от Миркина, который навис над ним гнётом.
– Сейчас...

– Забирайте!
– внезапно согласилась старушка.
– Если вы заберёте его - весь дом отдохнёт! Лучше бы вы навсегда его забрали!

– А мы так и сделаем!
– довольно пропел Теплицкий, продвигаясь, чтобы вступить в подъезд, через дверь, которую старушка деловито, со скрежетом отпирала.
– Вы больше никогда его не увидите!

Это обещание звучало зловеще, однако старушке понравилось. Справившись с замком, она спихнула дверь и предложила Теплицкому и Миркину входить.

– Пожалуйста!
– фыркнула она.
– А то я ночи не сплю, думаю: вломится сейчас и повбивает тут нас всех! На четвёртый этаж пожалуйте, шестнадцатая квартира! Там торчит, чёрт окаянный!

Получив информацию, Теплицкий взлетел на четвёртый этаж, словно райская птичка. И только заклинившись у нужной двери заметил, что стенки да и сама дверь, исписаны кудрявыми нечитаемыми словами.

– Чёрт, ну и грязища!
– проворчал Теплицкий, видя грязь и мох у основания двери и в углах.
– А воняет!

Воняло табаком, сыростью, мышами и чем-то ещё, чем обычно воняет на свалках. Теплицкий наморщил носик и позвал Миркина:

– Миркин! Ты где ползёшь? Иди сюда!

– Да, здесь я!
– отозвался Миркин из-за спины Теплицкого.
– Вот только, я думаю, что тут живёт не наш Пищенко, а кто-то другой. Слишком уж тут грязно, - заметил профессор, видя окурки, палочку от мороженного и гнилую картофелину у себя под ногами.
– Наш Пищенко не торчал бы в такой помойке!

– Звони!
– потребовал от Миркина Теплицкий, пялясь на деревянную дверь непонятного цвета, за которой, он считал, схоронился от них доктор медицинских наук Пищенко, который когда-то работал над проектом "Воскрешение".

– Не выйдет!
– отказался Миркин, видя вместо дверного звонка разлапистое пятно сажи: кто-то когда-то сжёг звонок доктора Пищенко... возможно, что он сам. И скорее всего, он - не доктор.

– Стучи тогда!
– не отставал Теплицкий, нервно бродя туда-сюда, пихая носками крокодиловых туфель гнилую картофелину.

– Блин...
– буркнул Миркин и негромко постучал в дверь, которая затряслась и задребезжала под его рукой.

– Громче стучи!
– фыркнул Теплицкий, спихнув картофелину с площадки вниз.
– А то елозишь, как слизняк! Мало каши ел, чи шо, Миркин??

– Эй, кто там кидает??
– послышалось откуда-то снизу, куда улетела спихнутая Теплицким картофелина.

– Уже зарядил кому-то...
– пробурчал Миркин и постучал во второй раз - погромче.

– Заткнись!
– крикнул Теплицкий вниз, перегнувшись через перила.

– Э, да я сейчас поднимусь!
– заревели Теплицкому в ответ и породили под сводами подъезда недоброе эхо.

– Ты, Теплицкий, извинись лучше, а то ещё поколотит, - предостерёг Теплицкого Миркин, потому что закричали басом.

– Разбежался!
– огрызнулся Теплицкий.
– Поставился там, видите ли! Давай, стучи опять!
– надвинулся он на Миркина.

– Эх, - невесело вздохнул Миркин и опять побеспокоил тонкую грязную дверь настойчивым стуком.

За дверью висела тишина, однако, после того, как Миркин в третий раз постучал - тишина сменилась вознёй и ворчанием.

– Проснулся!
– буркнул Теплицкий, переминаясь с ноги на ногу.
– Эй, там, чешись давай, а то я тут засну!
– крикнул он двери.

За дверью раздавались тяжёлые шаркающие шаги, словно бы там, в прихожей, медленно тащился слон. Теплицкий замер и стал ждать, когда дверь откроется и покажется доктор Пищенко. Миркин тоже замер, но на доктора Пищенко не надеялся - скорее всего, выпростается некий алкаш...

– Хто??
– выдавили там, за дверью, едва ворочая языком.

– Пищенко!!
– сразу же выкрикнул Теплицкий скрипучим голосом.
– Распахивайся, я пришёл!

– Хто там пришёл? Хто там пришёл??
– медведём заревел тот, кто там, за дверью шаркал и сопел.

– А то ты не знаешь!
– хохотнул Теплицкий.
– Давай, Пищенко, выволакивай зад, а то я устал ждать тебя!

– Это даже не его голос...
– буркнул Миркин, собираясь оттащить Теплицкого в сторону и увести из этого дома куда подальше, чтобы он не нарвался на неприятности. Вон, уже задвинул картошкой кому-то по голове...

Тем временем тот, кого Теплицкий принял за доктора Пищенко, решил "выволочь зад" и залязгал засовами, откупоривая свою хилую дверь. Возьми Теплицкий с собою Геккона с Третьим - они давно бы уже вышибли эту дверцу сапожищами, и Пищенко лежал бы у ног Теплицкого, придавленный тяжёлой ногой. Однако Теплицкий посчитал, что Геккон и Третий должны сторожить труп Траурихлигена, и оставил их в "бункере Х". Миркин так и не понял, зачем сторожить покойника - чай, не убежит - но не стал разубеждать Теплицкого: без Геккона и Третьего куда лучше и безопаснее. Теплицкий становится осторожнее и не творит беспредела...

– Ну?
– сипло вопросили со стороны двери, и профессор Миркин с Теплицким одновременно повернули головы, взглянув на того, кто считался доктором Пищенко.

Увидав его, Миркин смог описать его лишь одним словом: "Двуногое". Не очень лестно для доктора медицины, однако из-за тонкой двери выпростался некто, покрытый клочками свалявшейся сальной бородищи и комками грязи, закутанный в какую-то серую тряпку вроде старой портьеры. Покрасневшие, тупые глазки пускали пьяные огоньки, амбре сводило с ума. На немытой, кудлатой башке его торчала турецкая феска - она когда-то была ярко-красной, а теперь сделалась непонятно, какой. Однако, несмотря на потерю цвета, Миркин эту феску мгновенно узнал: феска доктора Пищенко! Доктор как-то ездил в Турцию, привёз её сувениром и с тех пор носил, не снимая! Да, "Двуногое" являлось именно тем Пищенко, который помогал Миркину с "Воскресителем"... Как же он опустился, чёрт подери! За спиною отощавшего, подпитого доктора живописно раскинулись целые "барханы" из пёстрого, прокисшего хлама, который Пищенко выцарапал из мусорных баков.

– Видишь, Миркин, как моё наказание подействовало на него?
– хвастливо осведомился Теплицкий, поняв, что после того, как он выгнал Пищенко, доктор так и не смог нигде устроиться и превратился в "Двуногое".

– Угу, - угрюмо буркнул Миркин, глядя не на бедного Пищенко, а на носки своих туфель. Ярый гуманист, профессор был резко против издевательства над личностью.

– Чё, братаны, выпивос на нуле!
– проревел тем временем Пищенко, босою ногою затолкнув назад в прихожую пустую бутылку, которая, звеня, выкатилась в подъезд.

– Пищенко, ты прощён!
– заявил бывшему доктору Теплицкий тоном господа бога.
– Поехали, ты возвращаешься в "бункер Х" и продолжаешь работу!

– У?
– осведомился Пищенко, разинув рот, словно человек из неолита.

– Живее!
– Теплицкий бы ухватил доктора за локоть и поволок бы его силой, однако побоялся паразитов, которые могли на нём гнездиться. Сейчас Теплицкий пожалел, что не взял с собой Геккона, для Геккона блохи - ерунда...

Теплицкий бросил грязнючего Пищенко и позвал Миркина: