Чтение онлайн

– А... да...
– промямлил Репейник, выкатив квадратные глаза.
– Я думал, он с вами на игрек-тачке прилетел...

– Индюк тоже думал...
– прогудел Бисмарк, вклинившись в жаркий разговор.
– Рыбня нашего Турист прикончил.

– Что?
– испугался Репейник, и нервно заездил на своём кресле туда-сюда.
– Вы... шутите...

– Нет!
– грозно рубанула Звонящая.
– Ты должен пробросить на Базу его тело! Следить нужно было за Рыбкиным, рыбья твоя башка!!

Рявкнув, Звонящая стряхнула Репейника с кресла и швырнула к компьютеру, который управлял его хромоногим трансхроном.

– Так, так, подождите! - затараторил Репейник, опомнившись от шока.
– Во-первых, отведите туристку в бокс, а во-вторых, почему она в сознании?? Вам не говорили, что чужакам не положено разглядывать Базу??

– Упс... сорри...
– сконфузился Красный и тут же оглушил Катю, прямо на глазах у Сенцова.

Подхватив на руки её обмякшее тельце, Красный развернулся и, бросив:

– Я сейчас, отнесу в бокс!
– исчез за переборкой.

Сенцов даже рассердиться не успел - так быстро он обернулся - да и не было у него сил на злость. Апатия какая-то появилась, забив мозги, и Сенцов просто тупо сел на первый попавшийся стул и принялся таращиться на Репейника, как тот уткнувшись, в монитор, разыскивает по антропометрии тело Рыбкина в диких нехрональных дебрях. Он пока что его не нашёл, и карта нехрональной местности мигала на него мониторе, пространная и пустая.

– Я ничего не пропустил?
– это Красный вернулся без Кати, и Сенцов ощутил внутри себя кроме апатии глухую тоску.

– Нет пока, - раздражённо проворчал Репейник.
– Мёртвых искать труднее, чем живых!

– Давай, ищи!
– понукнула его Звонящая, которая заняла соседнее с Сенцовым кресло и смотрела на Репейника, как злобный надзиратель смотрит на подневольного лагерного раба. Сейчас она даже стала чем-то похожа на Траурихлигена, и на Сенцова с новой силой навалилась глухая тоска: как он скажет Репейнику, что пристрелил Траурихлигена?? Репейник наябедничает шефу, а шеф опять загонит беднягу Сенцова на военную каторгу...

– В каком боксе туристка?- осведомился Репейник с таким безразличием, словно спрашивал о картошке какой-нибудь, или кирпичах.

– Второй бессбойный!
– сообщил Красный, топчась около сидящего Бисмарка, потому что не нашёл для себя свободного кресла.

– Отлично!
– кивнул Репейник, усиленно щёлкая клавиатурой, подставляя какие-то параметры в пустые графы сложной таблицы. Сенцов на эту его таблицу пялился тупым бараном - ни за что бы не разобрался, куда там что нужно подставлять. А Репейник бодренько так щёлкает, и кажется, уже добился результата.

– О, есть, - вздохнул он.
– Сейчас, проброшу...
– весёлость Репейника как рукой сняло, он был уныл и кисл, без энтузиазма включил большой экран, и Сенцов увидел на нём колоссальную платформу флиппера с излучателями.

– Вставайте, увальни, нужно поминать!
– сурово приказала Звонящая, освободив своё кресло. Бисмарк кивнул и молча встал, Красный и так стоял, и даже Репейник отклеился, выйдя из-за компьютерного стола.

На мониторе горела карта с красной точкой, обозначающей местонахождение тела Рыбкина, а Репейник стоя нажал на "Энтер".

– Пробрасываю, - буркнул он, снова вздохнув.
– Бедный стажёр, так и не перевели его в дознаватели...

Печальный Репейник стоял около компьютера, а Сенцов видел на большом экране, как между излучателей на платформе флиппера зарождается небольшое светлое облачко, как оно растёт и становится размером с хорошую лошадь. В центре облачка появляется чёрная точка, а потом - на блестящий металл платформы плавно опускается обессиленное смертью тело несчастного Рыбкина. Континуум отдал погибшего "туриста" назад, в нормохронос, и тихо разомкнулся, закрыв коридор.

Все стояли неподвижно и молча, опустив головы вниз в негласной минуте молчания. Константин же чувствовал себя угрём на сковородке: в смерти стажёра виноват только он и больше никто - даже тот Траурихлиген - и тот не виноват.

– Слушайте, ребята!
– Сенцов вдруг загорелся дурацким желанием исправить положение и поэтому подал голос.
– Траурихлигена же как-то оживили! И мы Рыбкина...

– Заткнись!
– отрезала Звонящая и больно ткнула Сенцова локтем в бок.
– Рыбкина похоронят с воинскими почестями в некрополе, и объявят сегодня день скорби! Пойдёмте - ещё надо Катю эту несчастную вышибалкой забубенить и отвезти домой!

Звонящая маршировала по коридору, словно робокоп, а Сенцов тащился прибитой медузой. Как он мог позволить им убить Рыбкина? И не нужна Сенцову тайна Буквоеда! Сенцову нужны живые друзья!

Катя всё ещё оставалась в боксе на самом нижнем ярусе Базы - шеф приказал нейтрализовать её память, поэтому выпускать Катю никто не собирался.

– Сейчас, мы сотрём память!
– напевал Красный, бодренько шагая взатылок к Звонящей.
– Сейчас, сейчас, и можно будет отдохнуть!

Возвращение Кати.

ДЗЫННЬ!
– негромкий звонок возвестил о прибытии лифтовой кабины, и Константин шагнул в её металлическое чрево, словно в огненную бездну. Звонящая справа от него казалась роботом - механическим движением нажала нужную кнопку и застыла. А Красный - тот рылся в карманах, как неловкий вор: ищет свою любимую "вышибалку", не терпится прокомпостировать ещё одни несчастные мозги - Катины...

Скоростной лифт мчится быстрее тепловоза, но для Константина спуск на нижний ярус затянулся на ещё одну вечность. Вечность давила на его плечи неподъёмным грузом, и Сенцов всё больше ёжился, не в силах выносить его. Он потерял Рыбкина, сейчас потеряет Катю, и всё - можно считать себя пропащим, горьким предателем.

– Вываливайся!
– это Звонящая пихнула Сенцова локтем, выталкавая из лифта, и Сенцов понял, что застрял перед открытыми дверями, загородив выход всем остальным.

– Та, сейчас...
– пробурчал Константин, выползая под тяжестью вечности. Ноги едва слушались его, сделались какими-то чужими, словно их ампутировали уже и заменили неподходящими протезами. Он до сих пор не сказал Репейнику, что пристрелил Траурихлигена, и не знает даже, как ему сказать. Скорее всего, за него скажет Звонящая, и тогда Сенцова вызовут на ковёр к шефу...

Звонящая стальным шагом прибилизилась к переборке, что отгородила Катю, и рубанула карточкой по сканеру. Переборка с лёгким жужжанием ушла вверх и скрылась в потолке.

– Работайте!
– Звонящая отдала железный приказ и удалилась, а Сенцов сделал робкий шаг вперёд, переступил низкий порожек и оказался на несколько сантиметров ближе к Кате.

– Пропихивайся!
– недовольно фыркнул за его спиною Красный, толкая Сенцова в бока.
– Чего застряёшь всюду? Время не резиновое! Я ещё в Лас-Вегас хочу успеть! Бедняга Рыбкин, чёрт! Так и тянет проиграть все деньги в рулетку, а потом - застрелиться!