Чтение онлайн

Довольное выражение лица моего подчиненного доказывает, что я был прав. Девочки уже не сопротивляются, идут с нами.

Кафетерий расположен через дорогу. Поэтому ехать никуда не нужно, просто дожидаемся, когда загорится зеленый светофор и переходим на другую сторону улицы.

Кафе работает уже много лет, хорошее заведение, уютное, с устоявшимися традициями, доступным прейскурантом и недурной кухней.

Пончики с пудрой, кстати, их конек — сами пекут где-то в дальних помещениях.

Стены обшиты светлым деревом, на стенах фотографии и фотоколлажи на тему вкусностей. Наверное, с какого-то кулинарного конкурса дразнятся кофейные чашки и всякие пироженки.

Все остальное как везде: барная стойка, бармен в униформе с галстуком-бабочкой, столики с посетителями.

В зале свежо, работает кондиционер. Но вкусный запах выпечки и паленого сахара сразу же проникает в нос и дразнит голодный желудок.

Тихая музыка создает умиротворенное настроение.

Иду по залу к свободному столику, ближе к дальнему окну. Я из этого окна год назад наш новый офис высмотрел, там на стекле табличка висела «АРЕНДА» и номер телефона. Так что для меня это кафе, можно сказать, эпохальное.

Усаживаемся в конце зала за колонной. Пока ждем кофе, смотрю в окно на пешеходов. Загорелся зеленый, толпа торопливо двинулась по зебре.

Лениво поддерживаю разговор. На Алю стараюсь не смотреть, но ее взгляды чувствую.

Юрий, конечно, соловьем заливается. Не сказать, что прям павлин-павлин, но мозги девчонке хорошо пудрит, мастерски. Она слушает его внимательно, иногда морщит носик, когда смеется.

Не глупая девочка. Вспомнил, когда Юра ее назвал по имени — Юля ее зовут.

Складно получается: Юрий и Юлия.

Судя по огонькам в глазах обоих, у них все получится. Должно получиться. А там как судьбе будет угодно.

Аля сидит напротив меня и молчит. Многозначительно молчит. Чувствую как в груди разрастается раздражение. Чувствую напряженность в мышцах. Беру салфетку и вытираю рот.

А ведь кофе еще не принесли!

«Уймись, милая, я здесь не из-за тебя сижу».

Приносят кофе, пирожные для девушек. Пьем кофе и продолжаем болтать.

Приподнимаю руку и незаметно смотрю на циферблат: еще пятнадцать минут и ухожу.

Нужно успеть забежать домой, принять душ и переодеться соответствующе. Сегодня мы с Люсей идем в театр, а потом, надеюсь, отправимся ко мне. Я скучаю по моей малышке.

Билеты она брала. Летом театр тоже отдыхает, но на конец месяца есть парочка спектаклей.

Я не люблю театр также, как и художественную литературу. Странно, что мне не смогли привить эту любовь ни в школе, ни в институте.

Ну не мое.

Странно, да?

Для человека, который занимается дизайном мебели.

Театр меня интересует только в концепции с моим ремеслом. Все. Меня больше радует тот факт, что я пойду туда с Люсей. Ради этого я готов потерпеть театральную постановку, и даже обещаю себе не уснуть.

Мы встречались с Люсей уже несколько раз в моей квартире. Я чувствую, как она раскрывается как женщина, раскрепощается, уже не смотрит на меня испуганно и недоверчиво. Я чувствую, что моя женщина доверяет мне и жду не дождусь, когда надену на прекрасный пальчик помолвочное кольцо и поведу ее в загс.

Замечтался, попивая горячий ароматный кофе.

Аля вдруг кладет свою ладонь сверху моей и говорит так мягко, словно кошка спрятавшая коготочки.

— Ты куда-то спешишь? Миш? — машет ресницами, словно ночная бабочка крыльями и, погладив руку, убирает свою ладонь.

На ее накаченных губах растягивается сексуальная улыбка. Прямо из фильмов для плохих мальчиков, которые я смотрел в глубокой юности тайком от родителей.

Меня пытаются совратить?

Ну уж нет.

Мне этого не нужно.

Все это как-то странно смотрится.

Я обескуражен? Это легко сказано.

Но я уже взрослый дядька и умею держать мину даже при плохой игре: не будь я бизнесмен.

— Дела, Аленька, дела, — киваю в ответ, выдавливая дежурную улыбку.

Отставляю чашку с блюдцем в сторонку.

— Ну простите, дальше без меня.

Кидаю ободряющий взгляд на Юру. Если уж ему судьба с этой девочкой, то никуда она не денется. Факт.

Киваю Юле и Але и поднимаюсь с места, положив на столик купюру во много раз превышающую стоимость кофе.

— Я сам заплачу, Михаил Павлович, — с обидой говорит Юра. Но тут же миролюбиво добавляет: — Давайте в следующий раз уже вы?

— Хорошо, следующий так следующий, — подмигиваю ему, не кобенюсь и забираю купюру.

Сую в карман, а попасть не могу. В окне замечаю знакомый белый сарафан, девушка мгновенно скрывается в толпе переходящей по зебре дорогу на зеленый.

— Люся? Что она здесь делает? — тихо ворчу себе под нос.

— До свидания! Хорошо добраться домой! — желаю девушкам, под удивленными взглядами срываюсь с места и торопливо иду к выходу.

Я прекрасно понимаю, что у Миши такая работа. Постоянные встречи с заказчиками, командировки по области, частые созвоны.

Я не надоедаю ему своей компанией.

Жду, как верная Солвейг, своего мужчину после работы.

Весь месяц мы редко видимся, гуляем по городу, «случайно» забредаем на его улицу к его многоэтажке. Не сговариваясь, поднимаемся к нему, и, как только закрывается дверь за нашими спинами, Миша срывается и утаскивает меня в квартиру.

Мы окунаемся в любовный омут, я так привыкла к его губам и рукам, что уже не мыслю свою жизнь без наших свиданий.

Мы много разговариваем. Обо всем.

О детстве. О юности.

Я сдуру рассказываю ему о своем трудовике.

Блин!

Это потом только вспоминаю ликбезы Никиты и Алены о том, что мужчинам ни в коем случае нельзя рассказывать о своих предыдущих любовных историях.

А если уж пришлось, то как можно равнодушней, и даже можно добавить сарказма о сопернике, как о мужчине. Иначе не простят.