Ты сеешь ветер
Шрифт:
– Отлично. Следующий шаг - сорвать поставку рабов.
– Это не понравится нашим друзьям с севера, - ухмыльнулся Билл.
Артур развёл руками:
– Пускай король Вортигерн проявит свои дипломатические способности и решит проблему.
– Что ещё?
– спросил Тощий.
– Сжечь его дворец в Лондиниуме, - предложил Персиваль.
– Ух ты!
– Глаза Артура горели предвкушением.
– Обожаю Ночь Костров.
Нагрузив Блу пустыми грязными тарелками, я прижала кулаки к бокам и повернулась к Артуру.
– Планируешь стать занозой в заднице у короля?
– раздражённо спросила я.
На лице Артура появилась кривая усмешка, с какой обычно мужчины смотрят на хорошеньких, но глуповатых женщин.
– Ему понадобится поддержка всех его баронов, он непременно явится в город, и тогда...
– Кто такой Вортигерн по-твоему, Мордред тебя раздери?
– воскликнула я и обнаружила, что все уставились на меня с выражением полного ошеломления. Имя Мордреда редко упоминали в праздных беседах.
– Глупец из башни?
– Ты мне скажи, - произнёс Артур пренебрежительно.
– Ты ведь у нас ведьма.
Меня возмутила его небрежность. Целую минуту я молча смотрела ему прямо в глаза, прежде чем заговорить.
– Дай сюда меч.
Он вскинул брови:
– Хочешь подержаться за мой меч?
Мужчины подавили смешки, опасливо поглядывая в мою сторону.
– Ну это ведь я хранительница Экскалибура, разве нет?
– Я кивнула Персивалю.
– Тогда подойди и возьми сама, - ответил Артур. Голос его звучал глуховато, но твёрдо.
– Что, боишься взять его в ручки?
Артур метнул в мою сторону огненный взгляд.
Я чувствовала, как мы ожесточились друг против друга. Казалось, среди остальных мужчин образовался негласный заговор солидарности: они поглядывали на Артура с ожиданием.
– С тобой всегда не просто, да?
– спросил он. Прежняя насмешливость сменилась недовольством и даже враждебностью. Мы вступили в противоречие, преодолеть которое можно было, только применив силу.
– Давай, Арт, - вмешался Кабан.
– Просто дай ей чёртов меч.
– Заткнись!
– вспылил Артур. Он резко поднялся с места, пнул стул и тот отлетел к стене.
На меня это не произвело ровным счётом никакого впечатления. Я смотрела на него с равнодушным ожиданием.
Артур схватил меч, крепко стиснул пальцами рукоять так, что побелели фаланги, а затем небрежно протянул его мне. На мгновение наши руки соприкоснулись; Артур выпустил меч, я едва не выронила его - такой он оказался тяжёлый.
– Что, снова отвернулся?
– спросила я.
– Всегда отворачиваешься.
– Я смотрю прямо на тебя, любовь моя, - с раздражением ответил Артур.
Пальцами свободной руки я провела вдоль шероховатой узорчатой поверхности лезвия и обвела кельтские руны.
– Подними его двумя руками, барышня, - предложил Билл.
– Вдруг нам всем нужен вовсе не король?
Проигнорировав сказанное, я вновь обратилась к Артуру:
– Ты видел всё, что должен был?
– Где?
– В озере.
– Я направила меч на него. Лезвие упёрлось ему в грудь.
Артур не отступил, всё глядел на меня исподлобья, с настороженностью, удивлением и некоторой обидой.
Я ощутила вибрацию меча. Он откликался. Мне, Артуру. Нам обоим.
Сердце моё так и заколотилось.
Мне не требовалось держать меч двумя руками, я не была воином. Я - та, что приносит дары.
Артур отстранил клинок от себя и сделал шаг назад.
– Он твой.
– Он мой, - согласилась я.
– И однажды ты вернёшь его мне обратно, Артур. Придёт время, и ты всё узнаешь. А пока, - я опустила меч и протянула ему; он, мотнув головой, нехотя забрал его, - относись к нему с уважением.
Я видела, что Артур больше не гневался на меня. Лицо его сделалось задумчивым, а глаза словно обратились к чему-то далёкому. Он держал меч, и меч был его продолжением.
– Так какая из легенд правдива?
– спросил Персиваль. Он обращался ко мне по-доброму, с почтением.
Я рассеяно посмотрела на него, а затем обвела взглядом остальных мужчин, замерших в ожидании моего ответа. Я почти забыла об их присутствии. Возможно, в этом и была проблема. Артур заполонил мои чувства настолько, что его окружение казалось почти несущественным.
Чудо заключалось в том, что та особая действенность, что затрагивает и воодушевляет наши сердца, крылась в самой незатейливой волшебной сказке, рассказываемой перед сном, подобно тому, как аромат океана содержится в крошечной его капле.