Чтение онлайн

Позабавленная этой глупой выходкой, я стала смеяться, и юный Тамезис, не сводя с меня осмысленного взгляда, расплылся в ответной улыбке.

Вот, что значило его имя, - тёмная растревоженная вода.

Ещё мгновение я смотрела на его нежное заспанное лицо, а затем вдруг вновь оказалась в долине, среди зелени и беспорядочного нагромождения каменных плит. Солнце поднялось высоко, и теперь здорово припекало мне спину. Башмаки промокли насквозь, подол платья потяжелел.

С радостью и удивлением я вдруг заметила, каким светлым и приветливым был мир вокруг. Тот обычный мир обыденностей вроде пробуждения по утрам, умывания, неспешной пешей прогулки и прочего. Я не без содрогания вспомнила об озёрном дне. Нет, мне совсем не хотелось возвращаться туда, кем бы я ни была по рождению.

Я брызнула ледяную воду себе в лицо, чтобы охладить чувства. Никогда прежде мне не приходилось так остро ощущать себя, принадлежащей этому миру, и радоваться этому так искренне и беззаветно.

Любовь, потаённая и непритязательная, покорная и пылкая, вошла в моё сердце. И ничто на свете, на том или на этом, не могло с ней сравниться.

 2 

– Думаешь, он твой, а ты его?
– спросил старик, стоило мне появиться на пороге дома.
– Нежное, наивное дитя. Мне не следовало надолго покидать тебя.

– Где ты был?
– сухо спросила я.

– В Тёмных землях.

Пока я переливала набранную в ручье воду, старик стоял и наблюдал за мной, загадочно и тепло улыбаясь. Он держал в руках свой старый посох, но было видно, что он более не нуждался в опоре. Годы слетели с него, словно шелуха. Лицо разгладилось, спина выпрямилась, глаза светились здоровым блеском.

– И что ты видел там, Мерлин? Какие тайны ты постиг?

– Ах, Нимуэ, ну что за нетерпение?
– он шагнул вперёд, раскинув руки в радушном жесте.
– Тем более что исход всего тебе известен наперёд. Однажды я откроюсь - а ты ответишь подлостью.

Он протянул мне свою длинную белую руку, и я, невольно повинуясь, прикоснулась губами к костяшкам его пальцев.

– Безумная, как страсть, спокойная, как вечный сон, - тихо, нараспев, произнёс Мерлин.
– А я, повергнутый, склоню свои колени.

Я холодно взглянула на него. Он взял меня за руку и прикрыл глаза.

– Дай же и мне взглянуть, - прошептал он.
– Впусти меня, Нимуэ, - хрипло повторял он снова и снова, медленно приближаясь.
– Я тебе не враг.

Он не лгал, я не чувствовала опасности или недобрых намерений. Поддавшись объятию, я склонила голову к его плечу и замерла.

У меня немного закружилась голова. Я вновь ступила на зыбкую почву воспоминаний, и ноги едва удерживали меня. Мерлин действовал стремительно, словно поспешно перелистывал страницы уже знакомой ему книги. А затем он вдруг остановился, и я увидела его и себя на озёрном берегу среди камней.

«Довольно! Довольно!», - задыхалась я, взмокшая и раскрасневшаяся, уворачиваясь от ищущих рук Артура.

«А если бы он был только он, - раздался низкий грозный голос, - ты бы впустила его, не так ли?».

Воспоминание вдруг пошло рябью, как отражение на воде, по которому хлопнули ладонью. Мерлин вернулся к перелистыванию, а затем вдруг закрыл книгу, словно та ему наскучила.

– Какая жестокая иллюзия!
– с отчаянием выдохнул он, отстранившись.
– Неужели ты правда думаешь, что будешь сидеть подле его трона? Ты, всадница вздымающихся озёрных волн, владычица непостижимых тайн и хранительница Экскалибура? Не гневи богов, Нимуэ.

Раздражённый и полный горечи, Мерлин отступил.

– Ты не можешь принадлежать ни одному смертному мужчине, - в его глазах вспыхнула досада.
– Что бы они ни бросили к твоим ногам, сколько бы настойчивых просьб, заверений, клятв и ложных обещаний ни дали, ни на что из этого твоё сердце не отзовётся по-настоящему.

Невольно ощутив себя пристыженной, я опустила голову. Плечи мои поникли.

– Вот тебе одна из тайн будущего: заняв престол, Артур Пендрагон возьмёт в жёны леди Гвиневру, дочь Лодегранса, самую прекрасную деву в Камелиарде. Он будет любить её, она его - не слишком. Союз их, омрачённый изменой, в конце концов приведёт к началу войны. Артур умрёт в одиночестве, окруженный бездыханными телами своих верных рыцарей, и небеса будут скорбеть по нему, пока слёзы не иссякнут. Меч вернётся к тебе, как и было обещано. А Артур будет спать на Авалоне, в ожидании дня великой нужды, когда ему придётся подняться вновь, чтобы спасти Британию.

Кровь отхлынула от моего лица. Туман застил глаза.

– Зачем же ты?..
– слабым голосом спросила я.

Мне не было нужды не доверять словам Мерлина. Его издавна называли властителем легенд, он видел и помнил каждую из них.

– Вортигерн нам не угоден, - ответил он.

– Нам?

– Тебе, мне. Дуброну, Аэнусу, Рейну, Конхобару, Мананнану...

Я стояла и слушала, как он перечисляет имена богов, знакомых и чужих, словно со стороны наблюдая за происходящим. У меня возникло ощущение, что весь мир неожиданно сбился с правильного пути, но при этом было достаточно одного моего слова или движения, чтобы все вернулось на круги своя; однако я оставалась обездвиженной, язык отказывался повиноваться, и поэтому - только поэтому - я не могла сейчас же восстановить этот мир в знакомом и привычном мне виде.

<