Чтение онлайн

Довод подействовал, зеленокожая, прихватив «очаг», бодро двинулась в направлении лагеря. Еще бы дерево следом отправить. Все. Сухой неживой скрип стволов раздражал. Еще сильнее раздражало непонимание. И беспомощность. Будь мой резерв полон, половина проблем отпала бы, а так… От поданного из лагеря сигнала проку мизер, пять-десять минут, пока поисковики нас обнаружат. Я успею уйти подальше от Райнара и объяснить свою отлучку естественными причинами, но для него это приговор. За неделю Льянс испытает на себе все достижения пыточной индустрии Киллитенса и закончит жизнь на колесе. В моей полной силе и его нормальном состоянии все решалось «пологом исключения», отсиделся бы под ним, пока наш отряд из леса не уберется, а дальше пусть помогут ему Всевидящие уйти с оккупированных территорий. Но меня на «полог» не хватало, Райн вел себя так, что впору заподозрить его в употреблении трисоровых семян, от них так же теряли разум, а из мыслей в моей голове прочно сидело желание самой вернуться в лагерь и завершить начатое Льянсом. Не так сложно, пока они спят. Никакого сопротивления. Сурдив планировал долгую стоянку, значит, искать начнут не сразу, у нас будет приличная фора, сможем оторваться от преследования. И Тугдоланту окажем немалую услугу. Пока верхушка генералитета перегрызется за место главнокомандующего, пока новый перекроит войсковые порядки под себя, непременные спутники любых перемен хаос и неразбериха временно ослабят армию. Временно. Война на этом не закончится, командующего изберут, дисциплину вернут, а постоянного источника сведений из верховного штаба Тугдолант лишится.

— Хлит, Райн. Полный хлит и стазис в придачу. Это ты понимаешь? Я не хочу переводить твои допросы, мне Мэлы хватило.

— Мэлика… Что она говорила? Расскажи мне, Вайра… Вайралада.

Отступило странное помешательство Райнара само по себе или сработало упоминание Мэлавиаты, но во взгляд его вернулась ясность, а в голос презрение. Уже лучше.

— Информация за информацию, Льянс. У меня есть то, что тебя заинтересует.

В ответ — приподнятая бровь и преисполненный скептицизма взгляд. Молчаливое ожидание. В общем, неплохо. Если бы Райнар сразу проникся доверием, сомнений в здравости рассудка добавил бы, а их без того хватало. Еще одна проверка: искра клятвы огня.

— Разочаровываешь, Вайралада. Не пройдет.

Не поверил. И это хорошо. Значит помнил, понимал… Клятву могли взять не только свои и не только добровольно, всякое случалось. Потому выпускать псевдоискру нас учили в первый год после выбора специализации. Внешне она не отличалась от настоящей, и вела себя так же, распускалась огненным цветком, впитывалась в кожу, только последствий никаких не несла. Настоящая за нарушение клятвы выжигала магию, а эта… Эта мне нужна была для другого.

— Что предлагаешь? — я спросила вслух, а про себя добавила: — Извини, Райн.

Ответа не ждала, знала, что он предложит. То, что сама собиралась сделать, что делать не хотела, за что извинялась. Цветок псевдоискры отлично скрывал ментальную нить.

Любое ментальное воздействие мне было неприятно… крайне неприятно. Я понимала, что иногда без него не обойтись, как без того же блока, который не давал сказать лишнего. Легче не становилось. Против вторжения в человеческий разум протестовала вся моя сущность. До абсурда. Разум противника воспринимался такой же неприкосновенной территорией, как разум своего. Иногда я даже не слишком расстраивалась, что Сурдив и прочие высокие чины увешаны закрывающими амулетами и заклинаниями подобно праздничной колонне в ночь Перволуния. Выпади мне шанс покопаться в их головах, я бы его не упустила, но моральная сторона вопроса приемлемей от этого бы не стала. Чаршон Сартар такое неприятие считал абсолютно естественным для любого нормального человека и прибегать к ментальной магии рекомендовал с большой осмотрительностью и тщательным взвешиванием всех «да» и «нет». В случае с Льянсом «да» и «нет» зависли в равновесии. Одно большое «нет» — нельзя так поступать с друзьями. Одно большое «да» — Райнар опасен сам для себя. Если его при ком-то накроет так, как при мне несколько минут назад, масса ненужного внимания ему обеспечена. Чем заканчивается такое внимание, я знала.

Райн был профессионалом.

Мой маневр он не пропустил, успел бросить свою нить и поставить щит, одарив таким взглядом, что я обязана была испепелиться. В другой ситуации, с полным резервом у нас обоих, поединок мог завершиться с любым результатом… Да нет, не любым. Если оценить все, проделанное Льянсом в последние дни, точно не в мою пользу. Но эти дни и подвели его, слишком растратился. Я сама держалась на пределе, но этот предел от полного отстоял на каплю дальше, чем у него.

Соединяясь с чужим разумом, свой нужно закрывать, ставить фильтр, не пропускающий эмоции. На это у меня сил не хватало, я надеялась, что их хватит удержать контроль, пока выясню необходимое. Удержала чудом. Беспросветная тоска, неизбывная боль, непрожитая любовь, ледяная ненависть обрушились лавиной, не давали дышать, тянули туда, где… Я хорошо их помнила… Сейчас я не имела права помнить, понимать, сочувствовать.

— Сколько они проспят? Чем усыплял?

— Около двух часов. Шкрапов корень.

Хлит… На шкрапов корень я не подумала. Он уникален. Достаточно просто бросить в огонь и его дым пробьется сквозь любые «охранки», уложит в сон всех бодрствующих, пробудит спящих. Провести операцию не сложно, прикрыть иллюзией, подсунуть в хворост и успеть заснуть, прежде чем замаскированная ветка окажется в костре. Почти идеальное средство. Только в Мелонте шкрап не растет и хранится не дольше трех месяцев.

— Где портал?

— Сургаш.

Ладно, чуть лучше. Закатные горы в глубине Тугдоланта, в ближайшее время Киллитенсу туда не добраться.

— Поэтому Сургашское плато вспомнил?

— Не понял. Когда я его вспоминал?

А это не лучше. Сильно не лучше. Получается, странное состояние Льянса не оставалось в его памяти? Очень похоже, что так.

— Когда я вспоминал Сургаш?

— Потом, Райн. С этим…

— Райнар. Для тебя — Райнар.

— Хлит, Льянс! — предел есть не только у магического резерва, запас спокойствия у меня истощился, кажется, больше, чем полностью. — Мы в кюрисовом мраке по самые…

— Мы? У меня нет «мы» с предателями.

— Нет и не надо, — свой взрыв я погасила, не до нервных срывов сейчас. — Почему ты говоришь на киллитенском?

Невероятно, но факт, Райн сопротивлялся. Я не брала его под полное управление, мне нужна была лишь откровенность. Без понимания происходящего разобраться, что делать дальше, как выбраться из всего этого и чем оно грозит, я не могла. Но и частичному прямому влиянию айши противостоять невозможно. Льянс этот постулат опровергал. Про сон сказал легко, видимо, с его точки зрения эти сведения ничего особо мне не давали, на знании языка — замолчал. Это не было похоже на блок, он работает по-другому, неощутимо. Райнар держался на силе воли. Бледнел на глазах, хотя казалось бледнеть ему дальше некуда, стискивал зубы и сжимал кулаки. Себя я чувствовала последней дрянью. Нельзя так с друзьями. Нельзя! Вот только нельзя мне сейчас никаких «нельзя», не имею права.

Наш поединок затягивался, я уже готова была прекратить эту бессмысленную растрату сил, и без того немногих. Нам обоим они понадобятся и… И Райн был прав. Не нужно мне знать тайну, которой он отчаянно не желал делиться. В моем положении опасной могла стать любая информация. Опасной для Тугдоланта. Здесь нет капитана Сартара, чтобы заблокировать то, что разглашению не подлежит. Мысль запоздала, нить я оборвала на мгновение позже падения защиты Льянса. Отправленный через нее посыл так же мгновенно не выветривался. Короткие рубленные фразы, что все еще мучительно пытался не сказать Райнар, мне, действительно, не нужно было слышать. А его остановить могло лишь повторное воздействие, на что у меня не хватало сил.

— Амулет. Микроамулет. Сплав мирона и крионила, мариноловая шлифовка. Остальное не знаю. Вживляется под кожу. Перестраивает нейронные связи. Снимает синдром «спящих узлов». Реверсирует лингвобарьеры. Синусоидально изменяет потенциал. Разработка Тревела. Проект закрыли. Образцы уничтожили. Манжур настоял. Невозможность убрать побочные эффекты. Потеря контроля. Рассеянное внимание. Провалы в памяти. Смешение реальностей. Ускоренное физическое истощение. Накопительное отравление.

Понимала я не все. Имя «Тревел» было незнакомо, как и термин «нейронные связи» или «синусоидально» и еще некоторые, но и того, что понимала, в комплекте с тем, что видела, было предостаточно. Если это попадет в руки киллитенских спецов… Они проект не закроют. Что бы ни означало это «синусоидально», потенциал Льянса оно подняло до немыслимых пределов. Плюс — языки. Смогут повторить — раскачают своих магов. Мало чил, так еще и эти, синусоидальные, свободно владеющие тугдолантским, добавятся. И плевать Киллитенсу на побочные эффекты, над «расходным материалом» никто страдать не будет. Мне было не плевать.

— Его убрать можно?

— Можно. Выжечь. Я не буду этого делать.

— Где ты его взял, Райн?

— У Тревела. Образцы ликвидировали мы.

— Один ты ликвидировал в себя… Полный хлит! У меня слов нет! Зачем?

— Без языка сюда было не добраться. Мэлику я не прощу. Я найду их всех.

— Найдешь. Если сам выживешь. Райн…

Он тряхнул головой, сбрасывая остатки наваждения.

— За кого волнуешься, Вайралада? Хозяина жалко или подружку?

— Тебя.

— Не нуждаюсь. Без твоей жалости я точно обойдусь.