Чтение онлайн

– Как продвигается расследование, Гюнтер?
– устало осведомился понтифик, и камерарий кратко проинформировал его о последних подвижках в деле.

Бенедикт слушал молча, и только когда Гюнтеру стало уже нечего добавить и он замолчал, по привычке потупив взор, Папа поинтересовался:

– Так, вы полагаете, есть надежда, что он все еще жив?

– Необходимо знать, а не предполагать, - ровным тоном произнес Гюнтер.
– Поэтому я отправил нашего специалиста разобраться во всем на месте.

– На Сардинии?
– переспросил понтифик.
– И что ему удалось установить?

– Что интересующее вас лицо содержится на частной вилле под небольшой и не очень профессиональной охраной и что вполне возможно его освободить и переправить в безопасное место.
– Хольцхауэр предпочел не беспокоить старика подробностями, о том, что у Де Анджелиса уже полным ходом шла подготовка к операции с привлечением спецназа местного комиссариата полиции. Главным было получить принципиальное согласие понтифика на освобождение бразильского художника - все остальное не должно было его тревожить.

– Что-то я устал сегодня, Гюнтер, - вздохнул Бенедикт.
– Мне нужно отдохнуть...

***

Папа кряхтя опустился на приготовленное удобное ложе, но сон не шел: серп растущей луны висел высоко в чистом небе над Вечным городом, и он долго не мог отвести от него глаз. Примерно в полночь он, наконец, уснул, и лишь только потерял связь с действительностью, как немедленно тронулся по светящейся дороге, тянувшейся от окна прямо к его постели, и пошел по ней вверх - к луне. Он совершал это восхождение в сопровождении верного Гюнтера, отстающего от него на несколько шагов, а рядом шел скромный бразильский художник, бывший когда-то великим вождем, сначала превозносимым до небес, а потом преданным лютой анафеме. И хотя Папа все еще сомневался, был ли художник тем, за кого он его принял, не это заботило его во сне.

Сейчас они с Ван Хохом беседовали о чем-то важном, и диалог их был нескончаем. Разумеется, нелепая смерть художника в водах Тибра оказалась чистейшим недоразумением. Он был жив! Но как же его прошлое, все те ужасные вещи, что он сотворил ради, как он сам говорил, величия своей страны, и, как оказалось, ради объединения Европы? Неужели из-за человека, совершившего столь тяжкие преступления, погубит свою карьеру 265-й Римский папа, глава миллиарда католиков и наместник Бога на земле?

Неделю назад, вчера, даже сегодня днем еще не погубил бы, а теперь, ночью, взвесив все, пожалуй, согласен. Нет, не погубить, но поставить под удар. Бог с ней, с новой волной критики и злопыхательства по поводу его боевой юности - он просто обязан спасти от возможной смерти хранителя одной из величайших тайн мироздания!

Внезапно серебристая лунная дорога оборвалась: Бенедикт открыл глаза и тут же вспомнил, что Ван Хох томился в плену у полоумных сектантов, в любую минуту готовых расправиться с ним, чтобы вырвать страшную тайну, способную перевернуть весь мир.

Он с трудом приподнялся на локте на кровати и протянул дрожащую руку к переговорному устройству. Даже в темноте было нетрудно найти кнопку связи с камерарием - она едва заметно светилась фиолетовым. Гюнтер ответил почти моментально своим обычным бесстрастным голосом, будто и не спал вовсе, и Папа в который раз поймал себя на мысли, а вправду ли тот был человеком со всеми свойственными ему слабостями. Ведь современная наука так далеко продвинулась вперед: клонирование, искусственный интеллект...

Усилием воли Бенедикт отогнал провокационную мысль, не иначе как нашептанную самим дьяволом, и немного хриплым ото сна голосом приказал:

– Действуйте.

16 июля 2009 года

побережье Коста Смеральда

Сардиния, Италия

Белоснежная 30-метровая океаническая яхта стояла на рейде, чуть покачиваясь на волнах и отражаясь в лазурных водах Тирренского моря. Впрочем, несмотря на внушительные размеры и даже небольшую вертолетную площадку, она не привлекала к себе повышенного внимания - у обитателей пафосной Коста-Смеральды водились суда и покруче.

С утра небо было затянуто облаками, и легкий бриз не спешил их разгонять. Габриэлла обогнула яхту несколько раз и подплыла к трапу, ведущему с кормы прямо в воду. Погода не располагала к долгим заплывам, и, поднимаясь на палубу, она почувствовала, как ее пробивает легкая дрожь.

– Ты ополоумела? Вода же ледяная, - Майкл набросил ей на плечи полотенце и привлек к себе.

– Разве это ледяная? У нас в Лиссабоне она холоднее.

– Ты хотела сказать - у вас в Сан-Паулу?
– перебил он.
– Ты теплолюбивая бразильянка, милая, по крайней мере, должна быть такой от рождения, - он теснее прижал ее к себе, и Габриэлла попыталась немного отстраниться:

– Подожди, я же мокрая...

– Ну да, мокрая, дрожащая и...
– он провел языком вдоль ее шеи, точно пробуя на вкус, - и соленая. И я хочу тебя именно такой.

– Только не здесь, - игриво засмеялась она.
– Иначе тебя обвинят в неподобающем поведении...

Откуда-то с неба послышался слабый рокот, нараставший с каждой секундой. Де Анджелис, чуть прищурившись, посмотрел наверх, и едва сдержался, чтобы не выругаться:

– Ты оказалась права, маркиза. Сейчас не время, - он нехотя выпустил ее из объятий и заботливо поправил полотенце.
– Спустись в каюту, у нас гости.

Через несколько минут небольшой вертолет четко вписался в круг посадочной площадки - пилот был профессионалом. Он вышел первым и открыл дверь для единственного пассажира: блеклого мужчины среднего роста, одетого в черный костюм и черную шелковую рубашку с белым целлулоидным воротничком. На палубе его уже ждал Де Анджелис в сопровождении двух выделенных ему ведомством помощников - Карло и Джованни. Блондин и брюнет, оба они обладали совершенно одинаковым отрешенным выражением лица и накачанными бицепсами, хорошо различимыми под похожими легкими светло-серыми костюмами от D&G.

Гюнтер Хольцхауэр недовольно поморщился, ступая на палубу яхты: он не любил ни плавать, ни летать. Папский камерарий чувствовал себя уверенно, лишь когда ощущал под ногами твердь земную - Господь создал человека для жизни на ней, а воздушную и водную стихии заповедовал тварям небесным и гадам морским.

– Операцию начинаем в самое ближайшее время, - сухо произнес он вместо приветствия, - у вас все готово?

– Разумеется, - подтвердил Де Анджелис, - я же предоставил вам полный отчет в нашем вчерашнем разговоре. Не стоило вам, отец Гюнтер, прилетать лично ради того, чтобы отдать приказ о начале операции...

– У меня появились сомнения в том, что он будет немедленно приведен в исполнение, - бесстрастно перебил его Хольцхауэр.

– Они абсолютно беспочвенны, - Де Анджелис в упор посмотрел на него.
– В комиссариате полиции ждут моего сигнала и по нему сразу же направляют группу спецназа на интересующую вас виллу. Разрешение на проведение на ней обыска составлено и подписано, официальное прикрытие - операция по борьбе с контрабандой наркотиков и нелегальной иммиграцией. Партия наркотиков и группа нелегалов подготовлены и будут привлечены в случае возникновения осложнений.