Убийства и кексики. Детективное агентство «Благотворительный магазин»
Шрифт:
Впервые за долгое время Фиона осталась одна. С тех пор как ей вручили «предупреждение Османа», она всегда находилась с кем-то, и в магазине, и у Неравнодушной Сью. Фиона очень любила своих друзей, и все же ей сильно не хватало личного пространства и уединения. Тишины и покоя.
Будь осторожен со своими желаниями.
Тишина, о которой она так мечтала, теперь повисла в воздухе, гнетущая и угрожающая. Фиона чувствовала себя отрезанной от мира, одинокой и уязвимой. В этом «вместе безопаснее» что-то было. Она инстинктивно потянулась к своему пушистому компаньону, гладя его шерстку для успокоения. Песик удовлетворенно вздохнул. По крайней мере, один из них был рад оказаться дома.
После нескольких глотков джина с тоником силы, удерживавшие Фиону на плаву все то время, пока ее жизнь находилась в опасности, начали угасать. И то нервно-энергичное состояние пополам с адреналином наконец покинуло ее. Остались лишь усталость и опустошение. Фиона позволила бы себе чуть-чуть поплакать, но даже на слезы не осталось сил.
Веки начали опускаться. Она старалась не уснуть, но вскоре просто не смогла помешать глазам закрыться и позволила сну победить.
Проснулась Фиона от беспорядочного непонятного стука. Она прислушалась. Это был не просто стук. Что-то царапалось и скрежетало. Фиона сонно огляделась. Каким-то образом после того, как она вечером задремала на диване, ей удалось подняться по лестнице и лечь в кровать. Глаза открывались с трудом, сон не хотел уходить. В тусклом утреннем свете она различила знакомую обстановку спальни: деревянные балки под слегка наклонной крышей, которые отбрасывали странные тени, слуховые окна, задернутые шторами, высокий величественный силуэт резного шкафа. Саймон Ле Бон, свернувшийся калачиком на кровати рядом, крепко спал, прикрыв нос хвостиком, и ни на что не обращал внимания. Как ни странно, его подозрительный шум не беспокоил.
Звук раздался снова, и Фиона, вздрогнув, натянула одеяло повыше. Шорохи и скрипы доносились от одного из окон. Предупреждение детектива Финчер стучало в мозгу, точно товарный поезд. Будьте осторожны и сохраняйте бдительность.
Кто-то пытается проникнуть в дом? «Убийца с домино», который хочет добавить в свой список еще одну слишком назойливую Фиону Шарп?
Тут шум резко прекратился. Может, убийца сдался? Но не успела Фиона выдохнуть с облегчением, как шорохи и скрипы возобновились, перейдя на другое слуховое окно. Судя по всему, убийце не удалось открыть первое, и теперь он пытался влезть во второе. Фиона схватила датчик GPS и телефон.
Потом она взглянула на часы на тумбочке. Восемь сорок! Она проспала! Сегодня же первая среда месяца. Не убийца царапал ногтями стекла, пытаясь прорваться в дом, а всего лишь Мартин, мойщик окон.
Фиона схватилась за грудь, где бешено колотилось сердце. Оно стучало с силой, с которой хватило бы выплеснуть кровь даже в космос.
Обычно в это время Фиона уже давно была на ногах и выходила на работу, вручив Мартину двадцать фунтов (он предпочитал наличные) и, что важнее, чашку чая. Как же она проспала? С ней такого никогда не случалось. Возможно, дали о себе знать несколько бессонных ночей в доме у Сью. Притягательность и уют собственной кровати погрузили ее в глубокий сон, и тело воспользовалось привычной обстановкой, компенсировав накопившийся недостаток сна.
Спустив ноги с кровати, Фиона быстро оделась. Оставив Саймона Ле Бона посапывать на покрывале, она поспешила вниз, где наспех приготовила Мартину чашечку чая. В ожидании, пока напиток заварится, Фиона проверила кошелек: пусто. У нее не осталось наличных.
Набросив пальто и нацепив синие кроксы, Фиона вышла на крыльцо, вдохнув морозный осенний воздух. Мартин все еще чистил окна на фасаде щеткой на палке, такой длинной, что ее можно использовать для прыжков с шестом на Олимпиаде. Щетка доходила до верхних окон, а к другому концу палки был прикреплен желтый шланг: он тянулся к припаркованному на дороге фургону с огромным изображением лица самого Мартина с рыжей бородой, прифотошопленного к загорелому телу калифорнийского спасателя. Очень подходило к названию: «Окно на море». Раньше оно звучало как «Огонь и вода», которое Фионе нравилось больше, потому что Мартин работал местным пожарным, а окна мыл в качестве подработки. Фургон был расписан изображениями двух величественных драконов, один изрыгал огонь, другой – воду. Но никто не понимал, чем занимается Мартин: люди думали, что он занимается ролевыми играми, поэтому часто звонили и спрашивали, есть ли у него последнее издание «Вархаммера».
– С добрым утром, Фиона! – окликнул он.
– Привет, Мартин! Держи, это тебе, чашечка вкусного чая. Оставлю здесь, на подоконнике. Сейчас у тебя, похоже, работы по горло. – Все еще не до конца придя в себя после сна, Фиона удивлялась, как вообще может правильно строить предложения. Без чашки чая с утра говорить связно ей удавалось с трудом. Почему она заварила только для Мартина, а себе не сделала? – Я только сбегаю к банкомату и тогда заплачу.
– Конечно! – кивнул Мартин.
– Буду через минуту.
Пока она шла по Гранд-авеню, в голове плавали сонные мысли. Все казалось нереальным. Даже дорога, дома и палисадники, обычно такие знакомые, выглядели как-то иначе. Зато хотя бы душевное состояние улучшилось.
Без происшествий перейдя Саутборн-Гроув, Фиона встревоженно заметила, что у входа в единственный банк Саутборна и, соответственно, у единственного банкомата образовалась очередь. Раньше в Саутборне были отделения нескольких крупных банков, но все они закрылись, на смену им пришли приложения. Фиона встала в конец очереди, зевая и надеясь, что дополнительный кислород поможет освежиться.
Все еще погруженная в свои мысли, она огляделась, лениво читая вывески и пытаясь разбудить затуманенный мозг. Плакаты в окнах банка предлагали ставки по ипотеке на фоне бессмысленных кадров из жизни: родители качают ребенка в парке, двое пенсионеров с любовью смотрят друг на друга, молодая пара смеется, крася стену. Были и более серьезные послания, в основном над банкоматом, сообщающие, что необходимо закрывать свой ПИН-код рукой, а перед этим оглянуться через плечо, убедиться, что рядом никого нет. Рядом с банкоматом стояла маленькая коробочка для окурков с предостережением о том, сколько людей умирает от рака легких каждый день.
Взгляд Фионы упал на телефонный распределительный шкаф рядом с банкоматом, аккуратно поставленный у стены. Шкафчик насыщенно-зеленого цвета был размером примерно с узкий буфет. Ему тоже не удалось избежать участи доски объявлений: большая наклейка с печатным текстом велела звонить по номеру 0800, если телефонный шкаф будет открыт или поврежден. Что, по опыту Фионы, в большинстве случаев игнорировалось. Когда она работала в Лондоне, то каждый день по дороге в офис проезжала мимо такого телекоммуникационного шкафа, стоявшего с распахнутыми дверцами и клубком извивающихся проводов внутри. Несмотря на то что она звонила по указанному номеру несколько раз, шкаф простоял в таком виде больше недели, и только потом Фиона увидела, что дверцы закрыты и заперты на замок. Ее мысли обратились к прежним временам в Лондоне, ее суетной и торопливой жизни и работе в столице. Каждый день как на быстрой перемотке, скучать некогда. Сейчас все было по-другому, медленнее и спокойнее.
О чем она думает! Ее преследует серийный убийца, ничего медленного и спокойного тут нет. В Лондоне ей с таким бороться не приходилось. Сообщение о взломе телефонного шкафа – ближе этого с преступлениями она не сталкивалась. Видимо, ничего срочного в этом не было, раз столько времени ушло на реакцию.
Человек в очереди перед ней сделал шаг вперед, но Фиона осталась на месте. Она просто стояла, удерживаемая невидимой силой, и не обращала внимания на сердитое фырканье в очереди за спиной. В ее голове творилось что-то странное. Если существовала такая вещь, как мысленный подзатыльник, Фиона его только что получила.