Чтение онлайн

Налив себе остывшего кофе, я нахмурился.

— Осмотр?

Финн, сидевший на высоком табурете, закатил глаза.

— А я говорил тебе закрыть окно, — злорадно напомнил я. — Что, продуло? Или ты все-таки подхватил в тюрьме что-то интимное и очень заразное?

— Вообще-то, его вчера приложили головой, — холодно напомнила Сильвия.

— А, тогда понятно. Голова — слабое место Финна. Я бы сказал слабое мягкое место.

— У него все симптомы сотрясения мозга.

— Нечего сотрясать там, Сильвия. У Финна может быть только сотрясение вакуума, потому что в голове у него именно вакуум.

Сильвия треснула меня свернутым журналом.

Я всегда замечал, что к Финнеасу суровая мафиозная атташе относится куда сердечнее, чем ко мне, но не понимал почему. Может быть, брутальный Финн с мозгами чихуахуа являлся тайным предметом ее эротических фантазий. Может, давно забытые материнские чувства Сильвии вылились в такое вот русло. Может, что наиболее вероятно, Финн напоминал ей молодого старика Сантана своими вспышками агрессии и темным прищуренным взглядом.

Вот и сейчас, она опять защищает его. Казалось, между Сильвией и Финном есть какая-то скрытая договоренность о незаметной другим дружбе.

— Я нужен Альдо, — произнес Финн. — Не в больнице.

— Я еду выбирать повара, думаю, обойдусь без твоей консультации, — хмыкнул Альдо. — Так что избавь меня от компании Поттера на день.

— А если врачи по анализам поймут, что Финн немного не человек? — спросил я.

— То вопросов задавать не будут, — поставила точку Сильвия. — Вперед.

Я закатил глаза и поманил Финна за собой, взглянув на него оценивающим взглядом. И тут же почувствовал болезненный укол совести.

Почему-то я даже не задумывался о том факте, что Финнеас Вейн может плохо себя чувствовать, ведь я же видел его бледное лицо с рассеченной скулой, багряные синяки от широких ладоней наемника на шее, помнил, как сильно он ударился вчера головой. Но я, хоть убейте, воспринимал Финна как оружие. Как бармен Михаил свое ружье Ларису. У оружия ничего не может болеть, оно же… оружие.

Мне правда казалось, что Финн совершенно неубиваемый. От ранения в ногу оправился через пару дней и на четвертый уже ходил, пусть и прихрамывая. Он не мучился от всех «прелестей» перевоплощения в вампира, хотя, наверное, я этого просто не замечал.

Как-то я слишком черств к нему, подумалось мне, когда мы шли к машине. Он же живой, в большей степени.

Но выводы я делать не умею, поэтому практически забыл свой благородный порыв быть мягче с Финном, только мы переступили порог больницы и сели под кабинетом.

Такое ощущение, что Сильвия нарочно записала нас в самую длинную очередь, чтоб не мозолить глаза драгоценного Альдо моим перекошенным очкастым ликом.

— Усядься, — буркнул я, устав от того, что Финн ходит туда-сюда.

Послушно опустившись рядом, Финн запустил руку в дреды и принялся пристукивать ногой по полу.

— Да ты издеваешься? — прошипел я, не отрываясь от книги, которую прихватил с собой. — Возьми журнал, почитай. А, ну да, я забыл… картинки посмотри, там есть занимательная брошюра о болезнях кишечного тракта.

Финн испустил судорожный вздох и я, опустив книгу, впился в него ошарашенным взглядом.

— Ты боишься врачей, — прошептал я, как молитву.

— Завали.

— Ты боишься врачей! — На мой возглас обернулись люди.

Финн метнул в меня ледяной взгляд.

— Ой, а сам-то, вчера такое хлебало от страха перекосоебленное было, — буркнул он.

— Страх смерти, — напомнил я. — А у тебя страх вра…

— Заткнись.

Я захлопнул книгу и похлопал Финна по спине.

— Финн, ты главное, не бойся, — сказал я. — Врачей нельзя бояться. Ну что они там тебе сделают?

Бывший телохранитель повернул голову в мою сторону.

— Ну максимум палец насквозь пробьют, сольют два литра крови, не больше. Ну, еще в голове просверлят дырочку, это если есть сотрясение, и…

Финн так стремительно побледнел, что слился с белыми стенами.

— Все хорошо будет, — заверил я. — Если повезет. Но это не факт.

— Давай скажем Сильвии, что я сходил, — с каменным лицом сказал Финн. — А я не пойду.

— Да успокойся, — усмехнулся я. — Слушай, Новый Орлеан, я тебя не понимаю. Ты же дикий. Чего боишься? Уколов? Хотя, по лицу вижу, что уколов.

Финн вскочил на ноги и снова принялся расхаживать.

— Не понимаю, — продолжил я. — Ты весь в татуировках. У тебя два прокола на теле.

— Три.

— Даже не хочу знать, где третий, — серьезно сказал я. — Но сам факт. Без иголок тату не сделать, дырку в теле тоже. Какого черта ты боишься?

— Я не боюсь, — огрызнулся Финн. — Я просто немного нервничаю.

— Я вижу.

Очередь двигалась медленно, поэтому я снова вернулся к чтению.

***

— Господи, Финн, все хорошо будет. Я уже сам начинаю нервничать, — сжимая дрожащие руки Финна, сказал я. — Зайди в кабинет.

— Нет.

— Я с тобой зайду.

— Нет.

— Возьми себя в руки, тряпка, — шикнул я и постучал в белую дверь.

Заглянув в кабинет, пахнувший цветочным освежителем воздуха, я улыбнулся добродушного вида медику.

— Здравствуйте, можно заводить? — спросил я.

Медик поздоровалась и кивнула.

— Вы с ребенком?

— Да, с мальчиком.

— Сколько лет вашему мальчику, сеньор? — поинтересовалась медик, принявшись что-то писать.

— Двадцать шесть, — ответил я, схватив Финна, пятившегося к выходу, за дреды. — Заходи.

***

— Полтора часа в очереди, три обморока, нервный срыв, и мы, наконец, закончили, — констатировал я, разглядывая снимок томографии. — Боже, Финн, у тебя в голове…

— Что там? — снова побледнел Финн.

— У тебя в голове… есть мозг. Фотошоп, наверное. Не ожидал я таких результатов обследования. Ладно, пошли, отметим в баре это событие.

Мы зашли в туалет и в очередной раз за сегодня, я трансгрессировал на далекое расстояние.

Впрочем, я, если уж честно, хотел не текилу пить, совсем не текилу.

Но что-то снова пошло не так.

***

— Беги! Беги, придурок, он убьет тебя! — орала хамоватая девушка, которую я упорно называл Джейн, накинув на голое тело длинную рубашку. — Беги, не возвращайся сюда! Спасайся!

На ходу застегивая штаны, я бежал по ступенькам вниз, и только, справившись с ширинкой дрожащими руками, выбежал из домика у небольшого озера, как над головой моей прогремел выстрел.

— Иди сюда, Поттер! — послышался рык бармена. — Умри, как мужчина, а не как хуйло. Сюда подошел! Женя, съеби в дом!