Чтение онлайн

Даже при тусклом освещении, когда солнце только начинает подниматься в небе Бруклина, я вижу, как расширяются её глаза, а брови поднимаются до линии роста волос.

– Боже мой, – заявляет она, опустив взгляд на мой живот. – Это Арчера?

Я киваю, мои глаза неожиданно блестят. Это странное чувство облегчения – рассказать кому–то, особенно Дженне, которой, я знаю, я могу доверять. Даже если бы я не планировала рассказывать об этом кому–либо в ближайшее время, кроме мамы, я никогда не была так благодарна, что меня застали разговаривающей сама с собой.

Её рука тянется через одеяло, обхватывая мой мизинец.

– Сколько тебе недель?

– Чуть меньше шести, хотя у меня будет более точное представление после восьминедельного обследования.

– Вау, – тихо выдыхает она. – Неудивительно, что ещё не видно. Животик моей мамы, когда она была беременна моим братом Холтом, начал проявляться примерно на четырнадцатой неделе – по крайней мере, так она мне говорит.

Между нами повисает долгое молчание, прежде чем я заговариваю снова.

– Только ты и Арчер знаете. Я планирую рассказать маме и, возможно, остальным девочкам из–за нашего пакта о дружбе. Но так будет по крайней мере до двенадцати недель.

Она делает ещё глоток воды, но на этот раз держит стакан так, словно ласкает его.

– Я не буду спрашивать, как Арчер воспринял эту новость, поскольку я уже знаю, что он влюблен в тебя.

Я не согласна с её уверенностью в этом.

– Да, у него есть чувства ко мне. Я не уверена, что это лю...

– Он влюблен в тебя, – тут же повторяет она. – То, как он смотрит на тебя, превращает мои кости в желе.

И мои.

Дженна произносит это так, словно жаждет того же, и, повинуясь инстинкту, я накрываю её руку своей. Когда у неё с бывшим, Ли, всё пошло наперекосяк, я знаю, что она восприняла это тяжелее, чем показывала. Дженна хочет собственную историю любви, и вот я здесь, с мужчиной у моих ног и его ребенком в моём чреве. Но всё, чего я хотела вначале, – это ничего серьезного, только развлечения.

– Он присмотрит за тобой и ребенком. Мы все будем с тобой, – она смотрит на меня. – Если ты решишь оставить его.

– Я оставлю. Я обдумывала альтернативу, но когда Арчер поддержал меня, я поняла, что смогу это сделать. С тех пор, как я узнала, у меня голова идет кругом, но я больше не так напугана.

Как будто до неё внезапно дошло, она раскрывает челюсть.

– О чёрт. Джек.

Я киваю.

– Да. Джек. И Джон.

Дженна морщится, забираясь под одеяло, словно прячется от мысли об их реакции.

– Это будет плохо, – на этот раз она садится. – Срань господня! Джек...он думает, что Арчер встречается с девушкой по имени Эбби, – она показывает на меня, а затем на мой живот. – Но на самом деле Эбби – это ты, и теперь ты...ты...

– Ага, – язвительно отвечаю я. – Хотя это выглядит немного скверно, Арчер не намеренно лгал Джеку об Эбби. Он предположил, что Арчер встречался с кем–то, и вроде как он позволил моему брату так думать. Только теперь я беременна, и наша тайна выйдет наружу, чего никогда не было в планах.

Она фыркает, вытягивая ноги.

– А если серьезно, детка, ты, возможно, всё–таки станешь матерью–одиночкой, когда Джек узнает.

Я пожимаю плечами.

– Что сделано, то сделано. Мы с Арчером скажем ему, когда придет время, и ему придется с этим смириться.

Она втягивает голову в плечи, вздыхая. Мне не нравится, как это звучит, или, возможно, то, что собирается сорваться с её губ дальше.

– Я знаю, что спорт – это не твоя стихия, но всё немного сложнее. Этим парням важно доверие и уважение, особенно в командных видах спорта, таких как футбол и хоккей, – она поджимает губы, на её лице отражается дискомфорт. – Прими во внимание нового генерального менеджера “Blades” и тот факт, что твой отчим – тренер. Чёрт. Это может нарушить динамику.

У меня кровь стынет в жилах. Я понимаю, к чему она клонит, но я никогда не задумывалась о серьезности нашей ситуации.

– Что ты пытаешься сказать, Дженна? – спрашиваю я, нуждаясь в том, чтобы она была со мной откровенна. Её брови хмурятся.

– Я говорю, что многие команды не справляются с такими ситуациями. Нет, если только... – она замолкает, и паника закручивается у меня внутри.

– Дженна, – умоляю я. – Закончи то, что ты собиралась сказать.

Она прочищает горло.

– Если ребята не смогут с этим разобраться или если новый генеральный директор – мудак, я просто говорю, что видела, как подобное дерьмо вынуждает игрока уйти.

– Типа, его обменяют? – мой голос дрожит.

С сожалением на лице она кивает.

– Да. И учитывая, что твой брат – помощник капитана и в значительной степени лучший игрок сейчас, я бы сказала, что Арчера вынудят уйти. Конечно, трудно найти вратарей, но у команды AHL в Коннектикуте есть хорошая альтернатива, и обычно у них двусторонние контракты, так что кто–то может перейти в НХЛ, когда это необходимо.

Я собираюсь заговорить, как раз в тот момент, когда на моем телефоне загорается сигнал от моего умного дверного звонка.

Того самого, что установил Арчер.

Я поворачиваюсь и беру телефон в руки.

– Кто там? – спрашивает она.

Несмотря ни на что и на всё, что только что рассказала мне Дженна, невольная улыбка растягивает мои губы, когда я поворачиваю телефон, чтобы показать ей вид с камеры.

– Легок на помине.

АРЧЕР

В розовой пижаме, которую я ей купил – потому что, чёрт возьми, конечно я буду покупать ей всё – Дарси заваривает две кружки йоркширского чая. Одну для меня, другую для себя. У меня не хватает духу сказать ей, что я терпеть не могу чай.

Будет ли это нарушением сделки?

Дженна ушла минут десять назад, и с того момента, как Дарси открыла мне дверь, моя девочка ведет себя чертовски тихо. Обескураживающе тихо.