Чтение онлайн

Ричард Флетчер, его отец при жизни исполнял обязанности священника церковного прихода, в котором родился сам Джон. В последующей карьере стал королевским капелланом, деканом Питерборо и епископом Бристоля, Вустера и Лондона. Получившего историческую известность, как обвинителя на процессе над Марией, королевой Шотландии, а также капеллана, который жёстко исполнил свои обязанности при её казни.

Когда Джону Флетчеры ещё не исполнилось 12-ти лет, он, поступил в колледж Корпус-Кристи в Кембридже, а два года спустя стал библиографом. В период после смерти отца с 1596-го по 1607-й год, практически, о нём ничего неизвестно. Его имя впервые упоминалось вместе с именем Бомонта в романе Бена Джонсона «Вольпоне» («Volpone») датированным 1607 годом, в содержании которого автор выразил своё одобрение и похвалу обоим.

Джон Флетчер начал сотрудничать с Бомонтом, по всей вероятности, начиная с 1607 года, вначале при написании пьесы «Дети Увеселений Королевы» («Children of the Queen's Revels») и его преемнике, а затем (примерно с 1609 года до ухода Бомонта на пенсию в 1613 году) в основном в актёрской труппе «Люди Короля» в театрах «Глобус» и «Блэкфрайарз» (King's Men at the Globe and Blackfriars Theatres). После 1613 года он продолжил сотрудничать с Филипом Мессенджером, который фактически сменил его на посту главного драматурга актёрской труппы «Люди Короля» в 1625 году, или же пересматривал, редактируя его пьесы. В качестве соавторов Джона Флетчера работали также Натан Филд (Nathan Field) и Уильям Роули (William Rowley).

Джон Флетчер умер во время лондонской чумы 1625 года, унёсшей жизни приблизительно 40 000 человек; именно, тогда архивариус Джон Обри (John Aubrey) подтвердил, что Флетчер «...по весьма странной причине задержался в городе, охваченном эпидемией чёрной чумы только для того, чтобы «снять мерку для костюма» в то время, как большая часть жителей спасалась бегством за пределами города».

Перечень пьес, совместно написанных Бомонтом и Флетчером был представлен приблизительно 52-я пьесами в сборнике «Пятьдесят комедий и трагедий...» (Folio «Fifty Comedies and Tragedies», 1679). Но при любом рассмотрении перечня следует исключить одну пьесу из сборника 1679 года, это «Коронация Джеймса Ширли» («James Shirley's Coronation») и добавить три, которых в нём нет: «Генрих VIII», («Henry VIII»); «Сэр Джон Ван Олден Барнавельт», («Sir John van Olden Barneveldt»); «Настоящая женщина», («A Very Woman»).

Из всех 54-х пьес более 12-ти были написаны непосредственно Бомонтом и остальные в соавторстве Бомонта с Флетчером. Ещё три пьесы, вероятно, были поставлены Фрэнсисом Бомонтом совместно с Филипом Мессенджером (Philip Massinger).

В шедевры совместной работы Бомонта и Флетчера входят, такие пьесы, как «Филистер», («Pilaster»); «Трагедия Мейдес», («The Maides Tragedy») и «Король и Не Король», («A King and No King»), наиболее образно демонстрирующие характерные черты манеры написания Флетчера от авторских манер написания, таких драматургов, как Уильям Шекспир, Джордж Чапмен (George Chapman), или Джона Вебстера (John Webster).

Из пьес Флетчера «Верная пастушка», (The Faithfull Shepherdess»); «Безумный любовник», («The Mad Lover»); «Верный подданный», («The Loyally Subject»); «Лейтенант-юморист», («The Humorous Lieutenant»); «Мольбы Женщины», («Women Pleas'd»); «Принцесса острова», («The Island Princesses») и «Жена на месяц» («A Wife for a Month») (все они были написаны между 1608 и 1624 годами) пожалуй являются одними из лучших. Каждая из них представляет собой серию экстраординарных ситуаций и экстремальных взглядов, демонстрируемых при помощи интенсивных декламаций. Лучшая из них, пожалуй, являются «Верный Подданный» («The Loyally Subject») и «Жена на Месяц» («A Wife for a Month»), где последняя пьеса — это яркая и многословная пьеса. В которой причудливая сексуальная ситуация рассматривается с хитроватой пикантностью, а персонажи явственно иллюстрируют склонность Флетчера к созданию образов действующих лиц, мужчин и женщин в подчёркнуто гротескной форме. Построив сюжетную линию таким образом, чтобы созданные драматические образы олицетворяли пороки и добродетели, а не характеры личностей, имеющих разные характеры, и в тоже время, наделённые индивидуальными чертами. Наилучшей из всех комедий Флетчера, отличающейся учтивостью и выдержанностью тона, являлась пьеса: «Погоня за обезумевшим гусем» («The Wild-Goose Chase»), по большей части состоящая из эпизодов, чем из окончательно запутанной интриги, но наполненная лёгкой остроумной иронией.

В заключении, стоит отметить, что у Джона Флетчера были пьесы, к созданию которых помимо Бомонта основательно приложили руку другие авторы. Как, например: «Остроумие при владении несколькими видами оружия» («Wit at Several Weapons») — это комедия, которая, впрочем, была полностью написана Томасом Миддлтоном (Thomas Middleton); а «Капитан» («The Capitaine»), в написании которой, вполне вероятно, Бомонт мог внести незначительный вклад — живая, сложная пьеса о сексуальной интриге, а также о трагических дилеммах. Среди многочисленных пьес этой группы выделяются «Фальшивый Единственный» («The False One») и «Куст Нищих» («The Beggars Bush»). Первая представляет собой оригинальную, острую и в меру утончённую трактовку истории Цезаря и Клеопатры, в написании которой большая заслуга принадлежит Мессенджеру. Она, возможно, могла послужить прототипом Джону Драйдену (John Dryden) для написания «Все ради любви» («All for Love»). Пьесу «Куст Нищих» стоит прочитать из-за характерного «пасторально тривиального» тона, в которой нашло своё место простодушное убеждение автора в том, что значительно лучше быть деревенским нищим, чем влиятельным королём-тираном. (This article was most recently revised and updated by Encyclopedia Britannica).

(Примечание от автора эссе: «Вольпоне, или Лис» (англ. «Volpone, or The Fox») — сатирическая комедия английского драматурга Бена Джонсона, одно из наиболее известных пьес, которая была поставлена на подмостках театров по всему миру).

В целях конкретизации для перемещения фокуса внимания на философскую подоснову, повторяющейся фразы со словами: «Fair, kind, and true», «Прекрасный, добрый, правдивый» сонета 105 Шекспира, есть резон упомянуть в полном объёме отступление с притчей «об привратнике ада» из пьесы «Трагедия Макбета». Так как притча «об привратнике ада», несомненно, заслуживает более углублённого исследования для установления её ключевой роли в формировании замысла, исключительно всей пьесы. Поэтому любезно предлагаю читателю для ознакомительных целей полную версию перевода указанного фрагмента пьесы «Макбет» акт II, сцена III.

— Confer!

________________

________________

Original text by William Shakespeare «Macbeth» Act II, Scene III, line 748—778

This text is distributed for nonprofit and educational use only.

Act II, Scene III. The same.

(Knocking within. Enter a Porter)

Porter

Here's a knocking indeed! If a man were porter of hell-gate, he should have

old turning the key.

(Knocking within)

Knock,

knock, knock! Who's there, i' the name of Beelzebub? Here's a farmer, that hanged

himself on the expectation of plenty: come in time; have napkins enow about you; here you'll sweat for't.

(Knocking within)

Knock,

knock! Who's there, in the other devil's name? Faith, here's an equivocator, that could swear in both the scales against either scale; who committed treason enough for God's sake, yet could not equivocate to heaven: O, come in, equivocator.

(Knocking within)

Knock

knock, knock, knock! Who's there? Faith, here's an English tailor come hither, for stealing out of a French hose: come in, tailor; here you may roast your goose.

(Knocking within)

Knock

knock; never at quiet! What are you? But this place is too cold for hell. I'll devil-porter it no further: I had thought to have let in some of all professions that go the primrose way to the everlasting bonfire.

(Knocking within)

Anon, anon! I pray you, remember the porter.

(Opens the gate)

William Shakespeare «Macbeth» Act II, Scene III, line 748—778.

Акт II, сцена III. То же самое.

(Стук в дверь. Входит Привратник)

Привратник

Вот, стучится, на самом деле! Если бы человек был привратником адских врат, он должен был повернуть ключ уже давно.

(Стук снаружи)

Тук-тук,

тук-тук, тук-тук! Кто там, это меня называют Вельзевул? Вот фермер, что повесился сам по себе в ожидании изобилия: приходите вовремя; запаситесь достаточным количеством салфеток; здесь вам придётся из-за этого попотеть.