Чтение онлайн

– Сейчас мне не нужно сочувствие! – голосом, больше похожим на лай собаки, жестко ответила Марико. – Мне нужна помощь. – она отвязала от пояса кошелек, набитый монетами и подкинула в руке. – Эти деньги я привезла для своего дяди. Ему придется их съесть. Все, до последней монеты. Это моя месть за предательство. Вы ведь поможете мне?

Древняя, изъеденная молью, легенда гласит, что впервые бодрящий напиток из зерен кофе был открыт ваницианским пастухом. Козы, которых он пас, повадились пожирать красные плоды с какого-то куста, коих в округе росло множество. Что самое удивительное козы не сдохли, а напротив словно ожили – принялись бешено носиться и прыгать, как кролики. Пастуху стало интересно, и он отнес плоды старосте своей деревни. Староста, пытаясь раскрыть тайну прыгающих коз, занялся экспериментами на себе. В сыром виде плоды оказались невкусными, в жареном – горькими и жесткими. Но когда староста обжарил их, смолол, как зерно, а затем сварил, лишь тогда он открыл для себя и для всего мира удивительнейший напиток. Впрочем, история умалчивает, как высоко прыгал староста и носился ли вместе с козами.

Первым в Хадоле кофе распробовал гномий король Бабах. Ему так понравился этот бодрящий, ароматный напиток, что обозы с кофе рекой потекли в королевство гномов. Редкий гном шел работать в шахту, предварительно не выпив чашечку, а то и котелочек горького напитка.

Обозы с кофе катились через весь Хадол в сторону королевства гномов и, разумеется, по дороге часть мешков оседала в больших городах. Так, этот чудесный напиток стал появляться в богатых тавернах Тильбона и Грейсвана.

Аргилай горько вздохнул. В деревне Полынь о кофе даже никогда не слышали. А чтобы взбодриться, здесь пили какой-то отвратительно мерзкий напиток, сваренный из корней растения, названия которого юноша даже попытался запомнить.

На дворе стояла глубокая ночь. Праздник в деревне постепенно завершался, люди медленно расползались по своим домам. Однако из таверны припозднившиеся гуляки уходить не спешили. Лаи подозвал служанку и заказал себе еще мерзкого бодрящего напитка. До утра ему нельзя было спать.

На душе скребли кошки. Недалеко, в большом доме, его верная спутница, веселый капитан и прекрасная женщина – творили возмездие. Лаи сжал кулаки. Нет, ему, конечно, тоже пришлось однажды убить человека. Но, то был честный поединок, борьба за выживание. Или ты или тебя. А здесь производилась заранее продуманная и спланированная казнь. Медленная и жестокая. Месть за ужасное преступление, совершенное более десяти лет назад. От этого становилось мерзко. Мерзко и неприятно от самой ситуации.

Чтобы как-то заглушить эти мысли, Аргилай заказал пиво.

В этой операции возмездия ему отводилась самая простая и безопасная роль. Что называется – «не пачкая руки». С первыми лучами солнца юноша должен был привести оседланных лошадей к дому дяди Марико. По задумке это должно снизить риск быть замеченными у дома, где потом обнаружат труп. Ночью уходить тоже не хотели – это могло вызвать вопросы у хозяина постоялого двора, в чьей конюшне стояли лошади.

Пиво вроде помогало. Лаи заказал еще кувшинчик. А потом еще один. Лошадей он оседлал заранее и кропотливо собрал все пожитки. Теперь оставалось дождаться рассвета, чтобы раз и навсегда убраться из деревни.

Дом дяди Марико оказался заперт. Обычно дома в деревне никто не запирал. Но несложный замок не стал проблемой – Трица легко вскрыла его ножом. Как и десять лет назад – дядя все еще жил один без семьи. Мстители пробрались внутрь дома и затаились на втором этаже в спальне. Ждать пришлось долго. Грузный высокий мужчина явился домой лишь в сумерках, перед самым рассветом.

– Здравствуй дядя, – поднимаясь из-за спинки кровати во весь свой небольшой рост, приветствовала своего родственника красивая женщина. – Я вернулась домой.

Толстяк уставился на незваную гостью тупыми поросячьими глазками, раскрасневшимися от количества выпитого пива.

– Ты кто? – хрипло пробормотал он.

– Я твоя Малышка Ко. – представилась Марико. – Неужели ты не узнал меня?

Рот мужчины от удивления открылся, с нижней губы свисала ниточка слюны.

– Ма… Ма… Марико? – испуганно пробормотал он, пятясь к двери.

Но выйти не смог. Пусть к отступлению ему преградил капитан Сарган. У окна встала Трицитиана, исключая возможность позвать по помощь. Толстяк остановился, испуганно и затравленно осматриваясь по сторонам.

– Я пришла вернуть тебе долг, – голосом в котором звучала сталь, сообщила Марико и протянула кошелек с монетами. – Вернуть те деньги, которые ты заплатил за мое обучение танцам.

Лицо дяди Марико стало пунцовым. Мужчину затрясло мелкой дрожью, на лбу выступил пот. Он открыл рот и попытался что-то ответить, но не смог. С пухлых губ сорвался лишь писк, похожий на мышиный.

Красивая девушка вскинула свой аккуратный подбородок, и, блеснув зелеными глазами, продолжила:

– Я надеюсь, эти монеты раз и навсегда удовлетворят твою ненасытную жадность и аппетит, – она прищурилась. – Когда ты съешь их все до последней!

Рот толстяка открылся еще шире, из горла донесся хрип. Глаза закатились, и тяжелая туша дяди Марико с грохотом упала на пол.

Мстители в недоумении переглянулись. Такого поворота никто не ожидал. Сарган подошел к упавшему телу, присел на корточки и поднес ухо ко рту лежащего толстяка, затем выпрямился и сообщил:

– Все, он корм для рыб – не дышит.

Марико опустила руку, к которой держала кошелек с монетами и хотела что-то сказать, но не успела – в дверь заглянул какой-то незнакомец.

– Солнце мое, я говорил тебе – не пей столько, ты же… – он не закончил фразу, увидев, что происходит в спальне. – Кто вы? Что тут… – заметив тело толстяка, незнакомец не стал продолжать вопрос и благоразумно юркнул обратно за дверь.

– Лови! – крикнула Трица.

Сарган не нуждался в подсказках, он сразу ринулся догонять незнакомого мужчину, но вскоре вернулся назад запыхавшийся и испуганный.

– Разрази меня гром – там внизу пятнадцать человек! – тяжело дыша, сообщил он. – Не знаю, откуда взялись. Я запер дверь на засов.

С улицы уже раздавались крики, а во входную дверь слышались удары ног.

– Вылезем в окно и прорвемся к гостинице, – предложила Марико от волнения заламывая руки.

Трица выглянула в окно, оценивая ситуацию. Ситуация складывалась не в пользу мстителей – народ скоротечно прибывал.

– Прорываться плохая идея. – поморщилась наемница, закрывая окно. – Если нас не положат, то мы положим столько, что потом не отмоемся.

– А ты что предлагаешь? – недовольно зашипела Марико.

– Уже рассвет, – напомнила Трицитиана, не обращая внимания на резкий тон женщины. – Лаи коней сейчас приведет.

– Наверняка он уже поднял паруса. – кивнул Сарган, соглашаясь с правотой арт-три. – Ждем.

Лаи всхрапнул и проснулся. Он поднял голову пытаясь сообразить, где находится и потер онемевшую щеку, на которой отчетливо отпечатался рельеф стола. По всему выходило, что юноша все так же находился в зале таверны. Видимо напившись он не выдержал и заснул.

За бревенчатыми стенами постоялого двора по деревне разносились звуки ритмичных звонких ударов.