Улица Венеалме
Шрифт:
– Ну, после дома Пай ты долго без работы не останешься, – весело подмигнул ей Сартес. – У тебя, наверное, уже есть..
– Капойо, госпожа звонит!
– Прости, катис Сартес, меня зовут! – вскочила Аяна.
– Ничего, – пожал он плечами. – Работа есть работа. Вилмета, ну как там ваш...
Аяна бежала по лестнице, размышляя, что всё это значит. Наверное, Эрсет действительно купил дешёвый дом на окраине нарочно для Конды. Он же знал, как Пулат относится к сыну. Эрсет был считай что вторым отцом Конды. Вторым ли?
– Заходи!
Гелиэр сидела на диванчике с Ридой, румяная, довольная, и Аяна, как всегда, залюбовалась на свою госпожу.
– О чём шепчетесь? – спросила она с улыбкой, доставая свою вышивку из шкафчика.
– Да обо всём на свете, – так же улыбнулась ей Рида.
– Мы обсуждали мою горничную, Юталлу. Рида говорит, что камьер моего мужа прячется от неё. Почему ты хихикаешь, Аяна?
– Он прячется от неё, потому что ищет других связей, если выражаться, как у вас принято, – сказала Аяна. – Рида, он в тебе ещё не просверлил дырку взглядом?
– Кто? – изумилась Рида. – Като?
Гелиэр хитро посмотрела на неё.
– Если бы ты побольше смотрела по сторонам, то, вероятно, увидела бы кого-то ещё.
– Я что-то пропустила? – уставилась Аяна на подруг. – Что я пропустила?
– Нет, Гели! – воскликнула Рида, глядя, как кира Атар открывает рот. – Не надо!
– Я ничего не скажу, – хитро сказала та. – Если ты сама скажешь.
– Ничего такого нет! – запротестовала Рида. – Ничего!
– Ей кое-кто нравится, – сказала со вздохом Гелиэр. – Не толкай меня, Рида. Ты забываешься. Я кира Атар.
– И кто же? – весело спросила Аяна. – На кого упал взгляд этих прекрасных бодрых глаз?
Рида покраснела, как ягода рябины, и отвернулась, хватаясь за щёки.
– Гватре не болтает, Рида.
– Ничего нет...
– Цвет твоего лица говорит об обратном, – хмыкнула Аяна. – Ладно. Это вряд ли кто-то посторонний. Конюхи... Нет, – сказала она, вглядываясь в лицо Риды, которое она пыталась спрятать в ладонях. – Та-ак...
– За что ты так со мной, – прошептала та. – Гели, можно я уйду?
– Не-а, – сказала откровенно смеющаяся Гелиэр.
– За то, как вы пытали меня тогда, – мстительно сказала Аяна, откладывая вышивку. Это вряд ли садовник. Он слишком взрослый для тебя... Форкелл? Нет. Неужто Прото?
Она слегка отстранилась и подняла бровь.
– Я поняла. Это кто-то из кирио. Это кто-то с верхнего этажа. Иначе бы ты не скрывала. И я знаю, кто это. Рида, так нельзя. Тебе надо преодолеть этот греховный интерес... Забыть его. Я знаю, что он сильно, очень сильно впечатлил тебя, но тебе нужно забыть кира Ормана.
– Какого кира Ормана? – возмутилась Рида, поднимая глаза. – Мне нравится Арчелл! Какой Орман? Аяна, ты в своём уме?
Гелиэр покраснела от смеха, а Аяна покачала головой.
– Осталось только выяснить, что Арчеллу нравится Юталла, и картина будет просто загляденье, – сказала она удручённо.
– Ему нравится Юталла? – отчаянно переспросила Рида. – Он это сам сказал?
– Нет. Ему нравится спать, – хмыкнула Аяна. – Как так получилось-то? Ты же постоянно наверху!
– Госпожа посылала меня узнать, когда вернётся безумный кир. Ну я и ходила к Арчеллу, – сказала Рида, разглядывая свои туфельки. – И он показался мне довольно милым.
– Он симпатичный, – кивнула Аяна. – Он недавно вёз меня по поручению, и я рассмотрела его.
– Я раньше не рассматривала его, потому что он появлялся редко. Но он стал тут чаще бывать, и как-то так получилось...
– Надеюсь, он не будет бегать от тебя, как Като бегает от Юталлы, – вздохнула Аяна.
– Думаю, Айлери не откажется дать мне парочку поручений, по которым он меня сможет отвезти, – хихикнула Рида, прикрывая ладошкой рот.
– А ты довольно смелая. Некоторые даже и посмотреть боятся, – подмигнула ей Аяна, чувствуя укоризненный взгляд Гелиэр.
– Гели сказала мне, что нет ничего страшного, если человек тебе нравится. И ничего страшного в браке, если тебе нравится твой муж. Аяна, выходит, ты была права. Ты с самого начала была права!
Аяна резко встала. Она помнила, в какой угол завели её полторы недели назад такие вот слова куда более скромной и куда менее бодрой киры Атар Гелиэр.
– Я нашла в углу парка качели, – сказала она. – Вы представляете? Здесь есть качели, и мне об этом никто не сказал. Пойдём. Думаю, три девушки против всего лишь одного лысого сторожа – какая-никакая, но сила. Вставайте. Пойдём гулять.
– А... Айлери? – подняла голову Рида. – Она там одна с Верики...
– Валяй, – широко махнула рукой Аяна. – Давай сюда Айлери. Гулять так гулять!
Айлери с опаской косилась наверх, на кольца, к которым были привязаны верёвки качелей.
– Это точно безопасно?
– Давай я попробую, госпожа, – с горящими глазами шагнула вперёд Рида. – У нас в эйноте были такие... Только пошире.
– Хорошо, – отступила назад Айлери. – Гелиэр, ты выглядишь весёлой. Как тебе понравился вчерашний пудинг?
– Ну... Сладкий, – пожала плечами Гелиэр, потом, по-видимому, вспомнила какие-то ещё подробности вчерашнего вечера и смутилась. – Я не очень люблю такую еду, которая... дрожит. Мне нравится то, что с хрустящей корочкой.
Айлери пожала плечами и покачала носочком туфельки побег какой-то травы, проросший между камнями дорожки.
– Здесь неплохая кухарка. Правда, она пересаливает некоторые блюда.
– Равалита? – спросила Гелиэр. – Да. Один раз она слегка пересолила свинину.
– Равалита? – переспросила Айлери. – Я думала, её зовут Ан... Рин...
– Анкрета – помощница, – покачала головой Гелиэр.
– Какая разница, – равнодушно поморщилась Айлери. – Главное, чтобы больше не портила блюда. Капойо, ты завтра уходишь?
– Да, – кивнула Аяна. – К моему огромному сожалению, придётся покинуть этот прекрасный дом.
Гелиэр с укором посмотрела не неё, и Аяна состроила ей рожу за спиной Айлери.
– Почему ты смеёшься, Гелиэр? – спросила та. – Я думала, ты будешь немного расстроена.
– Я сильно расстроена. Но мы будем поддерживать связь.