Чтение онлайн

* * *

_Петрухин:

Меня тоже позвал трубный глас. Но не коммерческий, как у Брюнета, -ментовский. Довольно трудно объяснить, что это такое. Пожалуй, сродни инстинкту охотничьей собаки.

В общем-то, то, что бегло рассказал генеральный директор компании, входящей в тройку лидеров "трубного" дела на Северо-Западе, меня зацепило... Я еще не знал всех обстоятельствах, но понял -- меня зацепило. И сказал:

– - Возьмусь.

– - Что нужно?
– - сразу спросил Брюнет. Он мужик деловой по жизни и привык вопросы решать конкретно.

– - Пока немного: всю, какая есть, информацию по Нокауту, Игорю Строгову и охраннику. Деньги на оперрасходы. Телефон. Транспорт. И -напарник. Одному это дело лопатить не очень реально.

Брюнет повеселел, снова сел в кресло и ответил:

– - С информацией просто: получишь все -- от личных дел до общих сплетен. Хрен им между! С деньгами еще проще. Сколько потребно?

Сколько мне потребно, я и сам не знал. Ляпнул наугад:

– - Тысяч десять.

Брюнет покачал головой и достал бумажник. На столешницу легли триста пятьдесят баксов. Я сгреб купюры, сунул их в карман. Эх, если бы в уголовном розыске так легко давали деньги на оперрасходы!

– - Телефон? Ну, это тоже просто. Сейчас изыму у любого бездельника из отдела маркетинга. Их там целое стадо. И все, видишь ли, без сотового работать не могут. С сотовым они, правда, тоже не могут... А вот транспорт -- это вопрос. Парк у нас есть, и не маленький, но. вот свободных машин...

– - Ладно, -- сказал я.
– - Перебьюсь.

– - Глупости. Транспорт будет, но чуть позже. А вот что касается напарника -- это ты, Сергеич, сам решай.

Спустя час я вышел из офиса "Магистрали" с деньгами, сотовым телефоном и пластиковой папкой... Осталось найти партнера. Я уже знал, где буду его искать..._

Глава четвертая. Купцов

_На севере еще осталась светлая полоска, а с юго-запада тянуло тучи -будь здоров. И уже начинался дождь. А плохая погода для бомбежки -- самое то. Я спустился вниз, завел "антилопу". Пока движок грелся, слушал радио. Директор рассказывал про новый компьютерный вирус "Я тебя люблю" и про то, что завтра в полдень "по Москве" состоится "парад планет". Ну это еще дожить надо... ночная бомбежка -- она и есть ночная бомбежка. Тут загадывать ничего нельзя.

Я посмотрел на часы -- половина одиннадцатого, -- включил ближний свет и поехал. Давай, "антилопушка". Давай, кормилица. Вечер, темень, дождь -наше с тобой время. Об-честъ-венный транспорт ходит к ночи совсем худо, маршрутки тоже потихоньку сворачиваются, а пассажир хочет домой. К жене, к любовнице, к телевизору. Или наоборот -- в кабак, в казино, на поиски приключений... А тут мы с "антилопой" -- эх, прокачу!

Я не успел проехать сотни метров -- пассажир! Это хорошая примета. Когда ночь сразу удачно начинается, то она и дальше хорошо пойдет... проверено. Я в таких случаях пассажира беру, даже если невыгодно.

Я тормознул. Мужик, не спрашивая, распахнул дверцу и плюхнулся в салон. Когда пассажир так уверенно, не спрашивая ничего, садится в машину, это означает, что он либо кошелек, либо хам. Либо "счастливое" сочетание обоих этих замечательных качеств... В последнее время таких уродов стало много...

– - Здорово, майор, -- сказал пассажир, и я вгляделся в него внимательней. Едрен батон -- Петрухин!
– - Включай печку, а то задубел я, тебя ожидаючи.

Вот те и раз!.. Задубел он, меня ожидаючи.

– - Ну, здорово, капитан... каким ветром тебя?

– - Холодным, Леня. Да еще и с дождем. К телефону ты не подходишь, пришлось возле дома ловить.

Димку Петрухина я сто лет знаю -- начинали когда-то вместе в районе, я -- следаком, он -- опером. Я потом перешел в следственное правление. Оттуда и уволился два года назад в должности старшего следователя и майорском звании. Наша контора на Захарьевской, 6, носила в ту пору совершенно уродское название -- УРОПД [УРОПД -- управление по расследованию организованной преступной деятельности]. Теперь, правда, еще более чудовищное -- СЧРОПД [СЧРОПД -- следственная часть по расследованию ОПД]. Ушел я, конечно, не из-за названия. Но это другая история.

Я включил вентилятор. Движок еще не успел прогреться и тепла давал мало, но Петрухин сунул руку к дефлектору.

– - Удивлен?
– - спросил он.

– - Куда едем?
– - спросил я. Петрухин засмеялся, ответил:

– - Это, Леня, будет зависеть от твоего ответа. Если ты скажешь: да, то просто подкинешь меня до дому. Если: нет -- то... опять же до дому. Нормальный расклад?

– - Да, расклад хороший... Давай-ка, Дима, объясни толком, зачем я тебе понадобился.

– - Курить у тебя можно?
– - Я кивнул, и он закурил.
– - Чтобы не ходить вокруг да около: ты по ментовской работе не скучаешь, майор?

– - Ты всерьез?
– - спросил я, и теперь кивнул он.

Вот ведь вопрос какой! Простой, в сущности, вопрос, но ответ на него не так уж и прост. Я задумался. Шел дождь, где-то на темных улицах ждали меня мои пассажиры, "антилопа" ровно гудела прогревающимся движком...

– - Почему ты спросил, Дима?

– - Ежели ты к своему ментовскому ремеслу не охладел, есть возможность тряхнуть стариной.

– - Э-э, нет... в ментуру, Дмитрий Борисыч, я больше не вернусь.

– - Ты меня не понял, Леонид Николаич. Я тебя в ментовку не зову. Я сам неделю как ушел. НАЕЛСЯ.

– - Вот теперь я действительно ничего не понимаю, Дима. Объясни бестолковому старику.

И он объяснил. И я, не раздумывая, сказал: да. Мы никуда не поехали, мы поставили "антилопу" на место и поднялись ко мне домой. Примета не подвела: уж если ночь начинается хорошо, то и дальше пойдет хорошо._

* * *

Купцов взялся за кольцо под абажуром лампы и опустил ее ниже. Усеченный конус света захватил в яркий круг стол, остальное пространство кухни скрылось в тени. И кухня сразу стала как будто меньше, уютней. На столе стояли бутылки с пивом, бутерброды и пепельница. В центре лежал лист бумаги, наискось рассеченный шариковой ручкой... Просто и выразительно, в духе раннего Кандинского.

Петрухин взял ручку, нарисовал квадрат и написал по его углам: охранник, Тищенко, Строгов, "X". Фамилии Тищенко и Строгова при этом расположились напротив друг друга -- по диагонали.

– - Итак, -- сказал Петрухин, -- давай прикинем, что мы знаем. Мой старый знакомый Витя Голубков по прозвищу Брюнет сумел организовать серьезную фирму. У истоков вместе с ним стояли два его земляка -- Игорь Строгов, в прошлом морской офицер, и Алексей Тищенко -- пэтэушник с криминальной подкладкой. Начинали с элементарного воровства... Сейчас, по словам Брюнета, работают легально, добросовестно и даже платят налоги.

– - Ты смотри, какие порядочные ребята, -- вставил Купцов.

– - Ага... Едем дальше. Между Строговым и Тищенко в последнее время сложились не очень простые отношения. Причиной, опять-таки по словам Брюнета, послужил старенький микроавтобус "фольксваген". Он принадлежит фирме, и Тищенко хотел его выкупить, а Строгов был против. Вернее, они разошлись в оценке этого хлама. Причем разошлись всего-то в сотню баков... смех, да и только. Однако конфликт завязался, отношения напряглись. В воскресенье, двадцать третьего апреля, Тищенко и Строгов встретились в офисе. Строгов, видно, побаивался этой стрелки и привел с собой человечка, которого мы обозначим "X". Спустя всего минуту после начала встречи прозвучал выстрел. По версии Строгова, Тищенко повел себя агрессивно, достал помповое ружье. "X" это ружье вырвал у него из рук и в процессе борьбы застрелил завхоза.