Чтение онлайн

Егор остановился посреди улицы, развернулся к ней. На фоне рушащегося дома он выглядел почти нереальным, как тень, вышедшая из аномалии.

— Ассоциация Модернизированных Экосистем, — произнёс он, будто читающий приговор. — Так они себя называли официально. На деле — закрытый проект спецуровня, заточенный под боевую биологию и управление человеческим поведением. Социальный эксперимент под видом «исследования экологических зон».

— И ты… — Лера запнулась, — … ты часть этого?

Он кивнул, медленно и тяжело.

— Был. Оперативник группы контроля. Нас прислали на остров под предлогом безопасности. Проверять показатели, следить за зонами заражения, фиксировать мутации. А потом… — он повёл рукой вокруг. — Потом нас заперли. Связь оборвали. Вместо координаторов пришли «подопытные».

Волки рядом с ним тихо зарычали, словно тоже вспомнили. Лера напряглась:

— Значит… выйти отсюда нельзя?

— Нельзя, — подтвердил Егор. — К острову не подплывают корабли. Любой, кто пытается уплыть, пропадает. А любые сигналы блокируются. Здесь — экспериментальная среда. Всё контролируется. Каждый район, каждая тварь, каждая смерть.

Лере стало холодно, будто ветер прошёл насквозь.

— И… цель? — её голос сорвался. — Ради чего всё это?

Егор долго молчал. В глазах — пустота и усталость человека, который видел слишком многое.

— Цель… понять, как далеко можно зайти, ломая общество и людей. Как поведут себя обычные выжившие, когда всё вокруг превращено в ловушку. Как реагируют личности разного типа. Кто ломается первым. Кто пойдёт на предательство. Кто станет монстром. А кто останется человеком.

Он криво усмехнулся, но в этой усмешке не было ни капли радости:

— И кто выживет, если столкнуть мутировавшие виды, вооружённые группы и… таких, как мы.

Лера сделала шаг назад.

— Таких… как вы?

Егор опустил взгляд, присел на корточки, давая один из волков погладить себя головой.

— Я не совсем человек, Лера. После того, что они сделали… никто из оперативников не остался прежним. Мы — инструменты, которые оказались ненужными. Мы стали частью эксперимента, а не его наблюдателями.

Она невольно дрогнула.

— Но… зачем ты спас меня?

Егор поднял голову. Его взгляд был неожиданно живым, тёплым, почти человечным.

— Потому что в отличие от них, я ещё помню, кто я. И я видел на маяке одного человека. Парня. Он искал меня и тебя так, будто готов был разнести весь остров.

У Леры перехватило дыхание.

— Макс… он жив?

Егор мягко пожал плечами:

— Если кто и выжил после падения маяка — то он. Такие не умирают просто так. И если ты хочешь его найти… — он кивнул на разрушенный город, — … тебе придётся пройти через это место. И дальше.

Лера выдохнула, сжала кулаки, будто собирая остатки сил.

— Тогда… веди.

Егор развернулся, щёлкнул пальцами, и волки бесшумно пошли вперёд, словно тени.

— Только держись рядом, Лера. Город слушает. И если услышит слабость… он тебя заберёт.

Лера стояла у закопчённого окна, глядя на провалившуюся улицу, на перекошенные корпуса зданий, на чёрные зияющие провалы окон. Город выглядел будто выжженным временем и чужой злобой: асфальт был вспучен, местами разломан на большие плиты, между которыми стояла мутная вода; провода висели рваными кишками; фасады обуглены, словно здесь прошёл не один пожар. Туман, стелющийся по земле, делал всё ещё мрачнее — будто город сам дышал тяжело и неровно.

Егор, стоявший рядом, поправил лямку рюкзака и тихо сказал:

— Когда-то здесь было людно. Сейчас — только тени. И мы.

Два огромных волка, чёрных как ночь и с янтарными глазами, недалёко от них медленно обходили разрушенный автомобиль, принюхиваясь. Их шаги были мягкими, почти неслышными, но каждое движение — уверенное, ловкое. Они держались рядом с Егором, будто были частью его самого.

Лера, разглядывая их, снова подумала, что в иных обстоятельствах она бы поверила, что это просто животные… но нет. В них чувствовалось что-то большее: странная разумность, чужая осторожность.

Егор продолжал:

— Я работал с Максом когда-то, — голос его был хриплым, но уверенным. — Очень давно. Мы были в одной группе. Потом… — он коротко выдохнул и посмотрел вдаль, где между туманом пробивался силуэт высоких башен. — Потом наши дороги разошлись. Не по нашей воле. Но я не удивлён, что он добрался сюда. Если кто и может пройти через весь этот ад — это Максим.

Лера резко обернулась к нему:

— И ты хочешь сказать, что выхода с острова нет? Совсем никакого? — в её голосе слышалось не отчаяние, а скорее попытка зацепиться за отрицание.

Егор не сразу ответил. Он долго смотрел на пустую улицу, будто взвешивал каждое слово.

— Те, кто был до нас… — начал он медленно, — никто отсюда не уходил. Это факт. «А. М. Э.» сделали всё, чтобы остров стал ловушкой. И эксперимент… ну… он и задуман был таким. Закрытая среда. Замкнутый цикл. Давление, страх, выживание любой ценой. Люди становятся другими, когда понимают, что пути назад нет.

Лера сжала руки, будто пытаясь удержать тепло.

— Значит, всё? — прошептала она. — Мы просто… застряли?

Егор посмотрел на неё пристально, глаза его чуть смягчились.

— Это значит, что никто не смог выбраться пока. Но это не отменяет того, что стоит попытаться. Пока есть шанс. А Макс его обязательно найдёт. Он упрётся рогом, но достанет способ выбраться. Ты ещё не поняла? Он не из тех, кто сдаётся.

Они свернули в ближайший дом — когда-то, возможно, офисное здание или гостиницу. Теперь там пахло сыростью, ветром и плесенью. Длинный коридор тянулся в темноту, стены чуток шевелились от сквозняков. Егор указал на комнату, где завал мебели скрывал их от случайных глаз.

— Здесь переждём, — сказал он, отпуская на пол рюкзак.

— Чего… ждать? — Лера смотрела на него непонимающе.

Егор опустился на одно колено, проверяя ремни на шее одного из волков, тот тихо урчал, словно довольный.

— Макса, — спокойно произнёс Егор. — Он пойдёт туда, где остался шанс. Где остался кто-то живой. Он придёт в город. И приведёт с собой тех, кто выжил. Если такие есть.

Лера ошеломлённо моргнула, потом перевела взгляд на волков. Те мягко ткнулись мордами в плечо Егора, будто подтверждая его слова.