Умереть в любой день кроме вторника
Шрифт:
– Вы негодяй!– Она понизила свой голос до свистящего шепота, который тем не менее мог бы проникнуть даже через бетонную стену толщиной в фут. Вы знаете, что вы с ней сделали?
– Возможно, хозяйка бутика слегка рассердилась на меня, поскольку я угадал правду?– примирительно сказал я.– Иногда это случается, Андреа.
Блондинка откинула со лба волосы, закрывавшие ей глаза, и свирепо взглянула на меня.
– Я только что оставила ее в задней комнате в состоянии полной истерики. Если бы вы знали хотя бы половину правды об этом мерзавце Сореле, вы не пытались бы спасти его от участи быть убитым. Вы сами подстерегали бы его с дробовиком!
– Почему?– искренне изумился я.
– Как я подозреваю, Линда постеснялась рассказать вам всю правду. Ну а я не собираюсь ничего скрывать!– Андреа глубоко вздохнула, причем блузка на ее плоской груди даже не шевельнулась.– Сорел - это тип маньяка-эгоиста, который просто не может вынести, когда кто-то уходит от него. Не важно, что в конечном итоге он сам разрушил их брак; Сэм все равно считает, что Линда принадлежит ему как некая часть его личной собственности. Три месяца назад он каким-то образом разнюхал обо мне и Линде.– Сжав губы, она с вызовом уставилась на меня, ожидая с моей стороны неодобрения. Ее голос звучал слегка напряженно, когда она снова заговорила:
– У нас особые с ней отношения. Есть возражения?
– Никаких, - поспешно ответил я.
– Отлично!– Глаза блондинки, обведенные темными кругами, насмешливо изучали меня.
– Так вы действительно умеете помалкивать?
– Вы рассказывали мне о другом мерзавце, Сореле, - напомнил я Андреа.
– Сэм говорил вам о том, что избил ее?
– Возможно. Но расскажите мне еще раз.
– Однажды вечером, примерно около одиннадцати, Сорел неожиданно пришел к Линде домой. Я думаю, он был пьян; ревел и бушевал, как сумасшедший. Орал, что не собирается давать деньги своей бывшей жене, которая вступила в неестественную связь с другой женщиной. Сэм употребил все бранные слова, которые я когда-либо слышала, а также несколько, мне абсолютно неизвестных! Линда рыдала, и я больше уже не могла этого переносить. Поэтому велела ему убираться ко всем чертям, а он ударил меня!
Было ясно, что Андреа совершенно не ожидала подобной реакции Сорела, так как нотки изумления сквозили в ее голосе даже при воспоминании об этом случае.
Я ничего не сказал, и Андреа, помолчав немного, продолжила свой рассказ:
– Он просто стоял, покачиваясь, а затем ударил меня кулаком по губам. Потом, пока я лежала на полу в полуобморочном состоянии, Сэм схватил Линду и поволок ее в спальню. Надеюсь, мне не нужно объяснять, что там произошло? Но прежде чем Сорел ушел, он объявил Линде, что если она не порвет со мной, то в следующий свой приход просто убьет нас обеих.
– И что, ваши отношения не прекратились?– поинтересовался я.
– На следующий же день Линда переехала ко мне.– Андреа не могла скрыть тайного злорадства, оно сквозило в ее тоне.– Мой брат живет наискосок, через лестничную площадку, и он достаточно силен, чтобы справиться с двумя такими типами, как Сорел!– торжествуя, заключила Андреа.
– Сэм не пытался снова увидеться с Линдой - в вашем магазинчике или в каком-то другом месте?– спросил я.
Она покачала головой.
– Но Линда все еще боится, что он может предпринять такую попытку, хотя и не признается в этом. Можете себе представить, какую реакцию вы вызвали вашими идиотскими разговорами о бывших женах Сорела, угрожающих убить его. Затем немедленно, на одном дыхании, вы обрушили на нее сообщение о том, что вам все известно о наших отношениях!
– Сорел приходил к Линде около трех месяцев назад? Где-то в середине мая?– уточнил я.
– Наверное.– Андреа задумалась.– Это было вечером, в пятницу. Я помню, тогда у нас намечалась распродажа. Но мы не смогли открыть магазин в субботу, так как были заняты переездом ко мне на квартиру. Это не понравилось некоторым из наших клиентов, которые пропустили распродажу. Да, я уверена, это было на второй неделе мая.
– Ясно, - кивнул я.– Ну а вам-то зачем беспокоиться? Зачем приходить сюда и докладывать мне об этом?
– Вы работаете на Сорела, - холодно отрубила Андреа.– Не знаю, какую историю он состряпал для вас относительно своих бывших жен - они-де стремятся убить его. Но это мог быть и какой-нибудь трюк - попытка снова добраться до Линды. Поэтому я честно предупреждаю: оставьте ее в покое! И к вам, Холман, это тоже относится.
– Где вы живете?– поинтересовался я. Поколебавшись, Андреа сообщила мне свой адрес в Западном Голливуде. Я сверился с напечатанными на машинке адресами, которые Соня Майер вручила мне накануне, и нашел среди них и этот. Относительно него указывалось, что здесь живет Линда Гейлен. Некоторое время, игнорируя пристальный ледяной взгляд блондинки, я размышлял об этом.
– Вам требуется еще какая-нибудь информация?– с раздражением осведомилась она.– Мое полное имя - Андреа Марко, двадцати двух лет от роду, рост - пять футов семь дюймов, вес - сто пять фунтов. У меня голубые глаза и светлые волосы. Не следует забывать также и о родимом пятне в форме полумесяца на внутренней стороне моего правого бедра!
– Вы уже и так дали мне слишком много информации.– Я злорадно ухмыльнулся.– Например, уведомили относительно серьезного для Линды мотива желать смерти Сорелу. И я конечно же не забуду приписать и ваше имя к списку потенциальных убийц!
Блондинка на мгновение открыла рот, но затем вся напряглась, словно перед предстоящим броском.
– На вашем месте, Холман, - огрызнулась она, - я бы поинтересовалась истинными намерениями вашего клиента. Возможно, он сам рассчитывает убить одну из своих бывших жен - Линду, например. А вас просто использует в качестве дымовой завесы.
Мгновение спустя Андреа уже быстро шла к выходу. Ее мини-юбка колыхалась вокруг бедер. Длинные красивые ноги блондинки привлекли внимание всех мужчин, находившихся в кафетерии. Не было смысла объяснять им, что они только понапрасну теряют время.
Глава 3
Во время моей продолжительной поездки в Санта-Монику и обратно живописные пейзажи Южной Калифорнии не произвели на меня должного впечатления. Однако это путешествие дало мне время обдумать некоторые вещи. Если вы не в состоянии занять свой мозг чем-либо, преодолевая долгие мили до бульвара Санта-Моника, вы умрете от скуки. Лос-Анджелес - мой город, как вы понимаете. Но все его очарование - в окрестностях.
Мне хотелось хорошенько обдумать простую вещь. Верю ли я той истории, которую изложил Сэм Сорел, и какова подлинная причина, почему он нанял именно меня? И если верю, то каковы шансы, что за упоминавшимися письмами не скрывается кто-то другой, а его бывшие жены тут ни при чем?
Поездка обошлась мне в энное количество бензина, но ответа на свой вопрос я так и не получил.
На обратном пути я подкатил к станции обслуживания, возле которой торчала телефонная будка. Разговор с Соней обошелся еще в десять центов. Я выяснил, что Сэма нельзя тревожить во время сиесты <Сиеста - послеобеденный отдых (исп.).>. И еще. По ее словам, ни сама Соня, ни Сэм не допускали и мысли, что кто-нибудь, помимо его бывших жен, мог желать смерти Сэма.
Я вернулся в машину, вяло размышляя о том, что было бы неплохо, если бы Сэм был мертв, а я счастлив и свободен. Мрачно выстраивая планы на утро среды, я покатил дальше.