Чтение онлайн

— Какого чёрта ты делаешь? — тихо спросил Салли, заталкивая её обратно в квартиру. — Ты даже не спросила, кто это, прежде чем нас впустить.

Джада вскинула подбородок, словно готовая к бою.

— Я не дура, дядя Вик! В вестибюле камера, помнишь? Я видела, что это ты.

Она ткнула большим пальцем в панель домофона у двери. Дрейк не мог разглядеть её из коридора, но предположил, что Салли сейчас смотрит на экран, на котором жилец квартиры мог видеть, кто звонит снизу, и чувствует себя довольно глупо. Это заставило Дрейка улыбнуться. Ему нечасто доводилось видеть, как Салли ставят на место.

Затем Джада посмотрела на него.

— Ты так и будешь стоять в коридоре, улыбаясь как идиот, или зайдёшь?

— Я и сам на минуту засомневался, — ответил Дрейк, — но, полагаю, всё же зайду.

Джада отступила, чтобы он мог войти, а затем закрыла и заперла за ним дверь. Дрейк взглянул на Салли.

— Язык проглотил, «дядя Вик»?

— Заткнись, — прорычал тот.

Квартира была опрятной, по-спартански простой и оформленной в блёклых тонах кем-то без особого воображения. Немногочисленные картины на стенах, казалось, были выбраны под интерьер, а не наоборот. Единственными признаками жизни были разбросанные по дивану подушки и беспорядок из бумаг и книг на полу и кофейном столике.

— Джада, возможно, ты не помнишь Нейта… — начал Салли.

— Я его прекрасно помню, — ответила девушка, убирая пурпурную прядь за ухо и холодно разглядывая Дрейка. — Хотя в моих воспоминаниях ты был выше.

Дрейк улыбнулся.

— Ну, справедливости ради, ты тогда была ниже.

— Ты был и симпатичнее.

Его улыбка исчезла.

— Ты тоже. В стиле властной десятилетней девчонки, конечно.

— Мне было двенадцать.

— Я знаю.

Джада рассмеялась, но тут же посерьёзнела, словно почувствовала вину за проявление хоть какой-то весёлости в мире, где её отца жестоко убили. Она выдавила небольшую, меланхоличную улыбку — лишь крошечное признание того, что ей понравилась их перепалка, — а затем снова повернулась к Салли.

— Я продолжала работать, пока тебя не было, — сказала она. — Хотела показать тебе кое-что, когда ты вернёшься.

Салли подошёл к дивану и сел на краешек, наблюдая, как она раскладывает бумаги на кофейном столике, а затем поднимает несколько с пола. Оттуда, где он стоял, Дрейк видел, что многие из бумаг были рисунками чего-то похожего на лабиринты, но это были полноценные иллюстрации, а не грубые наброски составителя головоломок.

— Сколько ты ему рассказал? — спросила Джада у Салли.

— Только про Хенриксена и про то, что Лука боялся. Я не вдавался в исторические детали, — ответил Салли.

— «Он» стоит прямо здесь, — вставил Дрейк, переводя взгляд с Джады на Салли. — А я-то думал, она не знает, что это за таинственный проект.

— «Она» знает совсем немного и пытается разобраться в остальном, — ответила Джада, склонив голову набок и изучая его. — Что ты знаешь об алхимии?

Дрейк пожал плечами.

— А что тут знать? Сумасшедшие ребята думали, что могут превращать разные металлы в золото. А ведь круто было бы, а? Хотя тогда охотники за сокровищами остались бы без работы.

Джада взяла старую книгу, её суперобложка пожелтела и была порвана по краям. Дрейк едва смог разобрать название: «Наука, магия и общество».

— Ты не похож на любителя домашней работы, — сказала она. — Но если захочешь почитать, это может быть неплохой идеей. На протяжении веков было много людей — почти всегда мужчин, — которые представлялись алхимиками и утверждали, что могут создавать золото. Они также утверждали и много чего другого. Сен-Жермен рассказывал всей Европе, что он бессмертен. У Фульканелли была репутация колдуна. Николас Фламель, предположительно, раскрыл секреты философского камня.

Дрейк взял книгу и пролистал несколько страниц.

— Вообще-то, моим любимчиком всегда был перс Останес. Знаешь, тот парень, что был с Ксерксом во время вторжения в Грецию? Он якобы принёс чёрную магию в эллинский мир. Тот ещё был проходимец!

Джада одобрительно кивнула ему.

— Насчёт домашней работы, — сказала она, — беру свои слова обратно.

Дрейк сел на диван, внимательный, как школьник.

— Ты уж особо не впечатляйся, — фыркнул Салли. — Нельзя заниматься добычей древностей и не знать основных алхимиков.

— Я собираю коллекционные карточки с ними, — вставил Дрейк.

Салли метнул на него испепеляющий взгляд. Нейт задумался, было ли это сделано с целью, чтобы он перестал шутить или же флиртовать. Не то чтобы он вообще собирался флиртовать. Это была нервная привычка, которая проявлялась у него рядом с женщинами, которые его интриговали, а Джада определённо его интриговала. Потрясающая, умная и дерзкая, она умудрялась сохранять чувство озорства, которым он восхищался. Однако Салли, очевидно, всерьёз её опекал, и Дрейк не собирался это проверять.

— Я делала заметки, пытаясь разобраться в том, что, как я помню, говорил мой отец в последние несколько недель, — объяснила Джада, указывая на бумаги. — Мы с дядей Виком ходили в библиотеку сегодня утром, после того как он тебе позвонил, и я пыталась найти книги, которыми, насколько я помню, мой папа был так увлечён в конце лета. Пару из них я не нашла, но постаралась взять то, что казалось наиболее похожим.

— Но больше всего меня интересует то, чего я не нашла, — продолжила она, повернувшись к Дрейку. — Последнее, что я помню из слов отца обо всём этом, — это то, что он обнаружил какую-то связь между всеми, кого он называл «великими алхимиками», и царём Мидасом.

— Ну это не такой уж и секрет, — заметил Салли. — Мидас, как считалось, мог превращать вещи в золото одним прикосновением.

Дрейк наклонился вперёд, протягивая руку к одному из рисунков с лабиринтом.

— Может, я что-то упустил, но, насколько я помню, Мидас — это всего лишь миф.

Джада кивнула.

— Возможно. Но мой отец всегда говорил, что в основе каждой легенды есть хотя бы крупица исторической правды.

— А это всё что? — поинтересовался Дрейк, поднимая рисунок лабиринта.

Она взяла листок из его руки.

— Мой папа проводил массу исследований, но его изыскания были разделены примерно поровну между двумя темами. Первой была алхимия. Второй — лабиринты.

— А какая между ними связь? — спросил Дрейк.

— Мы пока не знаем, — ответил Салли, перебирая иллюстрации. — Джада сегодня утром откопала упоминания о некоторых самых известных лабиринтах.

— Рисование помогает мне думать, — заметила девушка. — Большинство древних лабиринтов существуют только в виде руин и фундаментов, но археологи думают, что они разгадали некоторые из них. Есть схемы, и я пыталась их зарисовать, найти общие черты в их конструкции, или что-то в этом роде.