Чтение онлайн

Рыдз-Смиглы (Rydz-Smigly) Эдвард (11.03.1886-02.12.1941), польский военачальник. В ноябре 1918-го военный министр Временного народного правительства Польской Республики. Далее на разных военных постах, в частности, командовал 3-й армией, которая 7 мая 1920 г. заняла Киев. В 1921–1926 гг. инспектор 1-й армейской инспекции (Вильно), в 1926–1935 гг. — в Варшаве. После смерти Пилсудского в мае 1935-го назначен генеральным инспектором вооруженных сил. Маршал Польши (1936). Верховный главнокомандующий польской армией в войне 1939-го, бежал в Румынию.

Гамелен (Gamelin) Морис Гюстав (20.09.1872-18.04.1958), французский генерал. В 1931–1935 гг. и 1938–1939 гг. начальник Генерального штаба, в 1935–1940 гг. заместитель председателя Высшего военного совета. С 3 сентября 1939-го главнокомандующий союзными войсками во Франции. В сентябре 1940 г. был арестован властями Петена. В 1943-м вывезен гитлеровцами в Германию, где находился в концлагере до конца войны.

Блюм (Blume) Леон (09.04.1872-30.03.1950), французский политический и государственный деятель, лидер французской социалистической партии. В июне 1936-го — июне 1937 г. и в марте-апреле 1938 г. возглавлял правительства Народного фронта. Выступал против Мюнхенского соглашения 1938 г. В сентябре 1940-го арестован властями Виши, в 1943–1945 гг. интернирован в Германии. В декабре 1946-го — январе 1947-го глава правительства.

Крофта (Krofta) Камиль (17.7.1876-16.08.1945), чехословацкий государственный деятель, дипломат. В 1927–1936 гг. заместитель министра, в 1936–1938 гг. — министр иностранных дел Чехословакии. В 1940 г. заключен немцами в концлагерь, откуда освобожден в 1945-м.

1937 г. знаменовал собой очередное укрепление позиций Гитлера в Европе и прежде всего за счет ослабления позиций государств, пытавшихся противостоять его замыслам. Профранцузские военные союзы — Малая и Балканская Антанты — трещали по швам, из коллективных систем безопасности страны-агрессоры выбивали одного участника за другим.

Активное пособничество Гитлеру и Муссолини оказывала Польша. Прежде всего Варшава взяла на себя «румынское направление». Значение Румынии в тот период переоценить сложно. Наряду с Югославией Румыния была членом обеих профранцузских антант — Малой и Балканской (т. е. своего рода звеном между этими альянсами). Но кроме того, румынская территория ввиду известной позиции Польши оставалась и единственным коридором, по которому советские войска могли бы прийти на помощь Чехословакии и Франции в случае военного конфликта с Германией. Чтоб перекрыть этот коридор, и поработала Польша в 1937 г., что впоследствии в немалой степени предопределило судьбу Чехословакии (да и вообще судьбу Европы).

Итак, Югославия и Румыния состояли в обеих антантах — Малой (Чехословакия, Румыния, Югославия) и Балканской (Греция, Румыния, Турция, Югославия). Первой фашисты вывели из игры Югославию. 24 января 1937 г. в Белграде был подписан болгаро-югославский пакт, декларировавший, что стороны ни при каких обстоятельствах не будут воевать друг против друга. Тем самым Югославия отказалась от своих обязательств по пакту Балканской антанты о выступлении против Болгарии в случае нарушения последней условий Нейиского мирного договора 1919 г. Спустя два месяца появится еще и итало-югославский пакт о нейтралитете. Добавим, что Югославии эти билатеральные договора с фашистскими державами вылезут боком — 6 апреля 1941 г. болгарские и итальянские войска в союзе с Германией и Венгрией атакуют эту страну. А заодно напомним, что в 1936-м в Белград наезжал полковник Бек — рассказывать югославам о преимуществах союза с фашистскими Италией и Германией.

Для Франции болгаро-югославский пакт явился очередным ударом. Тем более что на этом фоне поляки вели в Румынии агитацию против пакта Франции с Малой антантой. Французский министр иностранных дел Леон Блюм, с которым советский полпред во Франции 9 февраля 1937-го обсуждал эти неприятные новости, только «беспомощно разводил руками» [421] .

Ранее мы писали, что в ходе совещания глав государств Малой антанты, состоявшегося 6–8 июня 1936-го, ими была задекларирована «абсолютная монолитность Малой антанты во всех вопросах вопреки проискам Варшавы и Берлина». Однако уже в августе 1936-го под давлением профашистских кругов в Бухаресте в отставку вынужден был подать глава МИД Румынии Николас Титулеску — поборник коллективных систем безопасности, противник превращения Румынии в сателлита Германии и сторонник налаживания румынско-советских отношений. С момента ухода Титулеску Румыния начала дрейфовать по направлению к гитлеровской Германии.

Нарком Литвинов, вызвав 22 февраля 1937-го посланника Румынии в СССР Чиунту, изложил тому, что Москву в новой внешнеполитической линии Бухареста не устраивает: «ослабление малоантантовских связей, господство в Румынии влияния польской и германской миссий и в довершение всего новый пароксизм интимности с Польшей».

Под «пароксизмом» (т. е. приступом) польско-румынской дружбы имелся в виду военный договор между Польшей и Румынией, значение которого вдруг было актуализировано в начале 1937-го с подачи поляков. Исключительная направленность этого договора против СССР сомнений не вызывала, ибо, как указывал Литвинов румынскому посланнику в Москве, «ни против Германии, ни против Болгарии или Венгрии Польша Румынии помощи не окажет».

«Польша вместе с Германией подкапывается под Малую антанту. Мы имели право рассчитывать, что после гарантий, данных нами Румынии в Лондонской конвенции (имеется в виду Конвенция об определении агрессии, подписанная в Лондоне 3 июля 1933 г., гарантировавшая, что советско-румынские территориальные споры, например по Бессарабии, не могут разрешаться с помощью силы. — С. Л.), — указывал Литвинов, — Румыния не станет вновь манифестировать сближение с Польшей, которое мы должны рассматривать как направленное против СССР, ибо никаких других целей это сближение преследовать не может» [422] . У поляков, осуществлявших обработку румын в прогитлеровском духе, никаких других целей и не было.

Еще в конце ноября 1936-го во время визита в Варшаву Антонеску (сменившего Титулеску на посту главы румынского МИД) было зафиксировано «единство взглядов» Польши и Румынии относительно международного сотрудничества. Но главное, что вслед за тем в декабре 1936-го в Польшу отправился начальник генштаба Румынии Самсонович, которого сопровождали ряд высокопоставленных военных чинов Румынии. Было установлено тесное сотрудничество между разведками обеих стран. Согласован план военных перевозок на случай войны. Принято решение о создании второй железнодорожной линии связи между Польшей и Румынией, которая проходила бы подальше на запад от советской границы.

Наконец, как сообщало советское посольство в Москву в декабре 1936-го, Польша поставила вопрос об изменении характера польско-румынского военного договора — поляки предложили, «в связи с новой международной обстановкой», изменить договор с чисто оборонительного «в сторону оборонительно-наступательную» [423] . К наступлению на кого поляки подбивали готовиться Румынию — понятно: на СССР. Позднее поляки предъявят и конкретные планы в развитие тезиса об «оборонительно-наступательном» польско-румынском союзе, но о них чуть ниже.

Еще одной важной задачей, как мы уже отмечали, для Польши было предотвратить возможный пропуск советских войск по территории Румынии для противодействия агрессии Германии. И эту услугу поляки Гитлеру оказали в лучшем виде. Уже в начале 1937-го Варшава добилась от Бухареста подтверждении румынским кабинетом польской интерпретации § 5 польско-румынского договора. А согласно польской трактовке румыны не могут не только подписывать какое-либо соглашение военного характера с СССР, но даже вести об этом переговоры без предварительного согласия Польши [424] .