Чтение онлайн

В ее интересе ко мне не было ничего сального или отталкивающего. Скорее уж ей и правда было интересно, какие нравы царят в столице и как там принято одеваться.

На улицу я вышла в превосходном настроении, подумывая о том, чтобы пройтись по базару, но задержалась у витрины ювелирной лавки.

Мэтра Себастьяна я тоже помнила мастером своего дела, однако то, что он представлял потенциальным покупателям теперь….

Я застыла, глядя на выставленное на всеобщее обозрение колье и пытаясь понять, я ли стала такой привередливой за время службы в Королевском театре, или вкусы местной публики сделались заметно проще за несколько месяцев?

— Посмотри на нее… Не стыдно ведь…

— Да я бы умерла от такого позора! Помяни мое слово, дракон в этот магазинчик скоро наведается…

Две особы примерно моего возраста прошли по улице за моей спиной. Я не спешила оборачиваться, не узнала их по голосам и не увидела лиц, но их шепот очевидно летел мне в спину.

В нем и правда было презрение. Негодование.

Зависть?..

— Леди Хейден! Какая удача встретить вас!

На этот раз меня окликнули уже недвусмысленно, и я развернулась, стараясь удержать невозмутимое выражение лица.

И тут же улыбнулась почти против собственного желания, потому что с другой стороны ко мне спешила Полли, старшая дочь мельника.

Казалось, что ее живот с момента нашей последней встречи округлился еще сильнее, но глаза у нее сияли.

— Здравствуй, Полли! Я только что думала о тебе, — я шагнула ей навстречу и почти не солгала.

— Надо же, какое совпадение, — она удобнее перехватила отрез ткани, который несла, а потом улыбнулась мне снова. — Тогда вас, наверное, не оскорбит, если я спрошу, есть ли у вас важные дела?

Эта безыскусная наивность и расположение заставили улыбнуться снова, — на этот раз светлее, более искренне.

— Только если ты позволишь мне тебя проводить.

Я перехватила у нее отрез так ловко, что Полли от удивления охнула:

— Что вы, не нужно!

— О женщинах в твоем положении в столице принято проявлять особую заботу. Считай, что я слишком привыкла жить по тем нравам, и не спорь.

Она не нашлась с ответом, а я пошла вниз по улице, направляясь к дому мельника, и думая о том, что Полли в действительности была честнее многих.

О человеке, которому она отдала свое сердце, и чьего ребенка теперь носила под сердцем, я знала немногое. Разве что, что имя его Дидан, и в Мейвен он пришел издалека. Ни состояния, которое прилично было бы предложить невесте, ни собственного дома у него не было. Ни один здравомыслящий отец не отдал бы свою дочь за такого голодранца, но Эстебан принял его как сына, ввел в семейное дело, и ни разу еще Дидан его не подвел.

Разница в положении не позволяла нам с Полли подружиться по-настоящему, но однажды я все же не утерпела, спросила ее, как же у них это получилось.

«Потому что мы любим друг друга», — ответила она тогда немного удивленно.

Так просто и так сложно одновременно.

Сейчас же я не знала, как начать разговор, а Полли меня выручила, хотя и смотрела при этом в сторону:

— Вы расстроились из-за тех двух леди, не так ли? Я шла прямо за ними и невольно услышала, как они обсуждали вас.

Я могла бы осадить ее за такую вопиющую бестактность, сделать вид, что ничего не случилось и сама я ничего не слышала.

Вместо этого я улыбнулась ей снова:

— Это не то, чему следует придавать значение, Полли. Люди всегда будут говорить.

Она посмотрела на меня в ответ, оставаясь предельно серьезной:

— Я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что люди такие злые.

Мы обошли рыночную площадь и направились к реке, где над берегом возвышалась мельница.

Полли не торопилась, — то ли хотела прогуляться, то ли ей трудно было идти быстро, — а я подстроилась под ее шаг.

На дороге мы были одни, и начать мне все же следовало.

— Признаться, я хотела в ближайшее время заглянуть к вам в гости…

Она бросила на меня быстрый, и теперь уже откровенно встревоженный взгляд, а потом помрачнела.

— Значит, я все же должна просить у вас прощения за отца…

Это был самый неожиданный ответ из всех возможных.

Настолько неожиданный, что я едва не споткнулась. Остановилась и коснулась ее плеча.

— Почему, Полли? Граф сказал мне, что мельник Эстебан…

Она закивала, подтверждая, что все это правда, а потом все же посмотрела по сторонам, удостоверяясь, что нас никто не слышит.

— Отец сказал, что если барон Хейден узнает, он будет оскорблен. Не может простой мельник вступаться за человека его положения.

На моего отца это и правда было похоже так сильно, что на мгновение я опустила взгляд, изучая пыль под своими ногами.

— Возможно. Даже я не знаю. Но барона здесь нет, а я всей душой благодарна вам. Никто больше на такое не отважился.

— А разве можно было иначе? — Полли моргнула, а потом улыбнулась мне так бледно, как могут улыбаться только люди, успевшие перед тем как следует испугаться. — Не говорите, что вы не сделали бы того же для другого человека.

Я не хотела ни подтверждать, ни опровергать ее слова, потому что в глубине души знала: да, я сделала бы. Если бы ситуация касалась не моего отца, а любого, в ком я уверена и кого знаю хорошо, — того же Эстебана, — я не задумываясь отправилась бы к губернатору.

Даже к губернатору-дракону.

Даже зная, что буду просить его в одиночестве.

— Спасибо.

Это было лучшее, что я могла сказать Полли, и она улыбнулась мне в ответ легко и безмятежно, понимая это.

Мы начали спускаться с холма и шли через цветущий и восхитительно пахнущий луг.

Она наклонилась, чтобы сорвать ромашку, а потом вдруг посмотрела на меня с озорным прищуром:

— Могу я сказать вам кое-что, леди Стефания? Такое, о чем не должна говорить с дочерью барона.

Она не пыталась сделать меня своей должницей или воспользоваться ситуацией. Скорее, просто выбрала подходящий момент, и я перехватила ее отрез удобнее.

— Разумеется.

Полли поднесла цветок к лицу, вдыхая аромат, а потом вдруг резко опустила руку, снова становясь серьезной.

— Я не хочу судачить о том, что не касается меня. Да и вам виднее. Но вы так быстро и так славно столковались с нашим новым губернатором, что это многим не нравится.