Чтение онлайн

Ахнув, Екатерина, позвала:

— Андрей.

Её глаза встретились с глазами Рунича.

— Я убил его, — тихо ответил он на её немой вопрос.

— Нет.

— Я убил его! — закричал он.

— Боже, — глаза Катерины остановилась на белой, с алым пятном, сорочке юноши. — Нет.

— Арсений выстрелил сам, — прикоснувшись к её плечу, сдавленно произнёс Алексей.

Полина, прижалась к стене и, губы её не переставая, шептали: «Бедный, бедный Арсений».

Андрей, безучастный ко всему, стоял на коленях возле лежащего сына. Лицо его сводила гримаса отчаянья, судорога сотрясала тело. Схватив сына на руки, он баюкал его как ребёнка, гладил по волосам и молил:

— Поговори со мной. Ничего больше не хочу в этой жизни, лишь бы слышать твой голос. Сынок, открой глаза.

Лицо Арсения было спокойным и одухотворённым.

Казалось, он видит сейчас то, что не дано узнать другим. Скорбные морщинки на лбу и возле рта, разгладились, и он казался спокойно спящим ребёнком. Душевная боль, потери, терзания, болезнь, всё ушло от него.

Подняв лицо к небу, как зверь, потерявший единственного детёныша, Рунич закричал:

— Нет! Нет. Нет…

***

Непонятная беготня по коридорам и какой-то шум в доме разбудил Елену.

Покинув спальню, она увидела столпившихся слуг возле комнаты Арсения и переступила её порог.

Прислуга стояла плотным кольцом возле стола и, почему-то все смотрели вниз, на пол.

— Что случилось? — спросила она.

Полина обернулась и, печально покачав головой, взяла её за руку.

— Пойдём. Тебе не нужно сюда.

— Полина, что здесь происходит? — обратилась она к заплаканной девушке и, отстранив её, протиснулась между слуг.

Широко распахнутыми глазами, посмотрела на пол, где, откинув голову в сторону, лежал Арсений.

— Он покончил с собой, — всхлипнула на её ухом Полина.

Только теперь Елена увидела, на ковре, алое пятно.

— Это что? — не понимая происходящего, спросила она.

— Я, — прозвучал тихий голос «великого Рунича». — Я убил сына.

Екатерина зло бросила Полине:

— Уведи её отсюда!

Девушка потянула Елену за руку, к выходу.

Наконец до Елены дошёл смысл сказанного Андреем. Вырываясь, она, отчаянно, закричала:

— Арсений!

Сознание её помутилось. Если бы, вбежавший в кабинет, доктор Краев не подхватил её, она упала бы рядом с юным сыном Рунича.

Андрей безучастно посмотрел на свои перепачканные кровью руки и, повёл глазами на окружающих.

— Смотрите, — едва выдавливая, заговорил он. — Это с ним сделал я. Он просил меня, а я не хотел его слышать. Сеня, прости меня, — шептали его губы. — Я не хотел, сынок… не хотел. Не уходи!

Обессилев, он сидел на полу возле сына и всматривался в его осунувшееся, с запавшими щеками лицо и, видел, как бледность разливается по нему.

— Может, он ещё жив, а? — Алексей, с мольбой о помощи, смотрел на врача.

Краев опустился на колени и, стараясь не запачкаться в крови, осторожно разжал пальцы юноши и, насторожённо поглядывая на убитого горем Рунича, забрал пистолет. Поспешно засунул его в свой карман.

Быстро отдёрнул, оплавленного близким выстрелом с пороховым нагаром, полу жилета и, рванув за ворот батистовую рубашку, обнажил залитую кровью грудь юноши.

Движением руки, приказал всем замолчать. Вторую приложил к груди Арсения.

— Что? — нетерпеливо спросил Алексей.

Краев приблизил лицо к губам юноши, пытаясь уловить дыхание. Через секунду, закричал:

— В больницу! Быстро!

***

Очнувшись от обморока, Елена тот час спросила:

— Он жив?

Алексей, неопределённо пожал плечами:

— Его повезут в больницу.

— Мне нужно к нему.

Арсений лежал на софе. Доктор остановил кровотечение, а прибывшие санитары готовил носилки для транспортировки раненого в больницу.

— Жив? — с порога спросила Елена.

Александр, успокаивая её, закивал головой.

— Ему повезло. Пулей задеты межреберные мышцы. Думаю, его спас вот этот портсигар. Пуля не попала в сердце.

Он вертел в руках знакомую ей серебряную вещицу с папиросами, которую Арсений носил в нагрудном кармане жилета.

— И, тем не менее, рана опасна. Это даже хорошо, что он без сознания. Вы ушли бы…

— Пустите! — вскрикнула Елена. — Пустите меня к нему.

Опустившись на колени, она схватила руку юноши и, прижалась к ней губами. Он не подавал никаких признаков жизни. Сердце её забилось как птица в силках.

Александр Краев отвернулся. Он не мог больше видеть несчастного друга, и убитых горем Андрея и Елену.

— Неужели он меня не слышит? — спросила она себя. И ответила. — Нет. Он слышит! Он должен меня услышать. Пожалуйста, ответь мне.

Когда её, в полубессознательном состоянии увели из комнаты, Катерина, бросила, в гневе:

— Это они принесли в этот дом несчастье!

— Что они сделали? — всхлипнула Полина.

— Разве того, что произошло мало? Разве гибель Арсения не на их совести? Неужели не понимаешь, это она, со своей сестрой, убила его! Они обманывали Андрея, и он поплатился сыном за эту ложь!

— Прекрати! — Полина с силой выталкивала её за двери. — Быть может, Арсений Андреевич выживет.

Уткнувшись лбом в створки дверей, Катерина, как могла, сдерживала слёзы.

Подойдя к девушкам, Александр Лаврентьевич, оглянулся на Андрея.

— Барышни, послушайте. Душевное здоровье Андрея Михайловича внушает мне серьёзную опасность. — Он вложил в ладонь Полины бумажный пакетик. — Пол чайной ложки этого порошка всыпьте в стакан с водой, размешайте и постарайтесь заставить его выпить. Вторую половину дайте выпить через три часа. Не ранее. — Он опять посмотрел на Рунича и добавил: — Это должно помочь. И будьте постоянно с ним рядом.

Арсений, так и не пришедший в сознание, был отправлен в карете «Скорой помощи» в больницу для проведения немедленной операции.

Потрясённые случившимся, мужчины угрюмо молчали. Екатерина плакала. Полина, успокаивая подругу, прижала её голову в груди.

***

Пока шла операция, Александр Краев не мог спокойно находиться в больнице. Он решил нанести визит в дом Карницких и, к Адель.

Предупредить их о случившемся несчастье, прежде чем досужие светские слухи, приукрашенные сплетнями, достигнут их ушей. Как врач и друг, он считал своим долгом сообщить им всё сам.