Утро нового века
Шрифт:
***
Сжавшись в комочек, Ксения неподвижно сидела на диване в гостиной. В двери постучали.
— Войдите, — отозвалась она.
— Можно? — на пороге возникла Адель.
Француженка вошла и, развязывая ленты модной шляпки, поцеловала Ксению в щеку.
— Здравствуй. Ваша прислуга спит по углам. Пришлось самой о себе докладывать.
— Здравствуй. Я отпустила прислугу.
— Как я устала! Никогда не думала, что приготовления к свадьбе занимает уйму времени, и отбирают все силы.
— Рада за тебя, — нехотя отозвалась Ксения.
Адель удивлённо вздёрнула брови:
— Что с тобой? Ты не в духе, бледна и глаза покраснели.
— Я плохо спала.
Адель обеспокоенно, поинтересовалась:
— Что-то не так с Арсением?
— Он пошёл, — голос девушки звучал бесцветно. — В дом Ушаковых.
— Ксения, — Адель села рядом и обняла её за плечи. — Бессмысленно ревновать его к этой женщине. К тому же между ним всё закончено.
— Чувствую, он никогда не сможет забыть её. Но не это, сейчас, мучает меня.
Ксения упала на грудь француженки и заплакала.
— Не понимаю, — пожала плечами Адель. — Отчего ты так расстраиваешься? Арсений с тобой. Ты должна радоваться, а не мочить слезами моё платье. Забудь прошлое, живи настоящим!
— Забыть прошлое? Я бы хотела. — Ксения с тоской смотрела на неё. — Вначале я думала, что это ошибка и надеялась. Но сегодня всё подтвердилось. Сомнений больше нет. Я жду ребёнка от Глеба Александровича!
— О, мой бог! — ахнула Адель.
Она встала и подошла к окну. Через несколько минут молчания, произнесла:
— Я думала всё скрыть, но раз ты призналась мне. Знаешь, почему я согласилась выйти замуж?
— Александр Лаврентьевич достойный человек. Ты будешь с ним счастлива.
— Не спорю, мой будущий муж, замечательный человек, и я постараюсь быть ему хорошей женой. И потом, годы мои уходят. Меня страшит одиночество, а в сердце любимого мужчины ко мне ничего нет, кроме признательности.
— Знаю.
— Ничего ты не знаешь, Ксения! — воскликнула Адель. — Я так хотела ребёнка!
Ксения широко раскрытыми глазами уставилась на француженку.
— Да, ты правильно поняла, — кивнула она. — Я мечтала увидеть его в маленьком создании.
— Да, — Ксения опустила голову. — Вы же жили вместе.
— Жили? — Адель горько рассмеялась. — Разве это можно назвать жизнью? Нет! Он любил свою снежную королеву, а я никогда не переставала любить его. После того, как, она дала согласие Андрею Михайловичу на брак, Арсений… Боже, это было ужасно! Ты видела финал. Он попал в больницу. Поверь, как могла, я пыталась удержать его, но всё было бесполезно. Он, с упорством отчаявшегося человека, шёл к гибели. Мне никогда не забыть эту ночь. Ночь, после свадьбы его отца. В ту ночь, он был со мной, но он не был со мной. Он был с ней! Я поняла: он не просто любит, он боготворит её. В ту ночь я была самая счастлива и самая несчастна женщина на свете. Жить с мужчиной, который спит с тобой, но не твоё имя на его губах, в его сердце, что его тело жаждет не тебя! Что может быть страшнее? Именно тогда я потеряла всякую надежду.
— Поэтому ты выходишь замуж?
— Больше не хочу жить в отчаянье. Я хочу, чтобы у меня был дом, семья, муж, дети! Именно поэтому я приняла окончательное решение.
Посмотрев на горестно склонённую головку Ксении, Адель спросила:
— Ты решишься на операцию?
— Что ты! Никогда!
— Тогда дай ребёнку возможность родиться в семье. Знаю, ложь — это не хорошо, но ради этой крошки, сделай. Арсений ничего не узнает. Клянусь тебе, Ксения! Клянусь, он ничего не узнает.
— Ради ребёнка я пошла бы на многое, — девушка безнадёжно махнула рукой. — Но я в безвыходной ситуации.
— Почему? — удивилась француженка.
— Наша свадьба откладывается на полгода. Какое-то время, Арсений не должен… — она покраснела. — Мы не сможем, из-за его болезни, жить как супруги.
— Тогда выход один. Рассказать ему правду.
— Он не простит.
— Простит, не простит, а сказать ты должна.
— Он уйдёт от меня!
— Послушай. — Адель отвела ладони девушки от заплаканного лица. — Я знаю Арсения давно. Он великодушный, добрый и мягкосердечный человек. Взять хотя бы нашу связь. Он был со мной потому, что жалел меня. Стоило мне заплакать, как он тут же уступал моим слезам и просьбам. А ты не чужая ему. Он не бросит тебя. Расскажи всю правду и дай ему возможность самому принять решение.
— Ты думаешь, это выход из положения?
— Именно так и поступи, — француженка погладила Ксению по склонённой голове. — Я уверена, он не бросит тебя и даст своё имя ребёнку. Вы поженитесь и уедите. Станете жить вместе, родиться ребёнок. Вдали от Елены, душа и сердце его успокоиться. Вы будете счастливы. Я выйду замуж за Александра. Всё наладиться.
Совет Адель мало утешил Ксению. Зачем она поторопилась? Она стояла на пороге счастья и могла бы безоглядно отдаться тому человеку, которого любила. Стала бы его женой. Будь она свободна!
Ребёнок. Эта новость оказалась сильнее грома среди ясного неба.
— Боже мой! — стонала она. — Это ужасно. Что я ему скажу?
Ксения чувствовала себя недостойной доверия Арсения, тем более его привязанности.
От ревности она позволила поселиться в своем сердце чувству к другому мужчине. Не такому как Арсений — непредсказуемому и страстному, зато верному и надёжному.
Глеб не мучил её и не сводил с ума своими выходками. Конечно, она поддалась порыву, но ведь Глеб был её женихом. Был…
Ксения не знала, как себя вести дальше. Наверное, она могла бы обратиться за помощью к матери. Но как объяснить ей, что она умышленно отдалась Глебу до венца и, теперь собралась замуж за того, за кем готова идти на край света, но ждёт ребёнка от брошенного жениха.
В глубине души ей было жаль Измайлова. Она запомнила, с какой тоской и отчаяньем, он выслушал её пожелание расстаться. И уж никогда она не думала, что ей придётся выслушивать слова утешения и совет от бывшей любовницы Арсения, с которой ещё год назад они были не в лучших отношениях.
Ксения чувствовала, что впереди предстоит нелёгкий разговор с Арсением, и возможно ей придётся по капле выпить чашу позора, а быть может презрения и мучений. Однако даже мука от любимого казалась ей сладкой.
Долгие раздумья привели её к выводу, не торопить события. Подождать. И когда Арсений будет в состоянии выслушать её, воспользуется советом Адель.
***
С утра погода была пасмурная и унылая.
Дрожа от волнения, Елена полулежала на софе, укрывшись шалью.
Услышав подъезжающий к крыльцу экипаж, поднялась, поправила спадающую с плеч шаль и поспешила навстречу входящей в дом сестрам.