В безопасности, обещаю
Шрифт:
Наконец за дверью раздается голос:
– Мисс Сандерс, вы там? Это Киллиан. Не Престон.
Осторожно подползая к двери, я тихо спрашиваю:
– Вы один?
Ответ следует сразу:
– Да, мэм.
Убедившись, что опасности нет, я приоткрываю дверь и вижу перед собой его высокую, внушительную фигуру. Он стоит, скрестив руки на груди, взгляд жесткий, лицо у него каменное.
– Что это сейчас было? – спрашивает он.
Я еще раз быстро оглядываю коридор, прежде чем ответить, и тут мой взгляд цепляется за две белые розы, оставленные прямо перед дверью.
– Престон был здесь, – выдыхаю я. – Он следил за мной.
Киллиан оглядывает коридор:
– Мэм, я никого не видел.
Нет, я точно знаю, что видела. Кого видела. Я это не придумала. И эти белые розы... Он издевается надо мной.
– Киллиан, я серьезно. Он был здесь. Почему, по-твоему, я рванула через весь магазин и забилась сюда? И эти белые розы, это он, я уверена.
Киллиан смягчает голос:
– Ладно, ладно, я верю. Слушайте внимательно, сейчас вы снова запираете дверь и ни за что ее не открываете, пока я не постучусь и не скажу кодовое слово «черепаха». Понятно? Только на кодовое слово.
– Эм... хорошо. А можно я позвоню Роуэну?
Он качает головой, даже не дослушав меня:
– Сначала давайте вытащим вас отсюда. Перейдем в соседний магазин, там и позвоните Боссу. Я попрошу Мака сразу проверить записи с камер. Сейчас все стараются хоть немного разгрузить Босса, так что будет лучше сначала дать Маку наводку, а потом уже звонить.
Я киваю:
– Да, хорошо. Жду безопасное слово.
Киллиан приподнимает бровь:
– Нет, мэм. Кодовое слово.7 Только кодовое. И, ради всего святого, пожалуйста, не говорите Боссу, что я тут раздаю «безопасные слова».
Я снова запираюсь и остаюсь в этой крошечной комнатке еще на несколько минут.
Наконец слышу стук и короткое:
– Черепаха.
Осторожно приоткрываю дверь, Киллиан стоит на месте, весь напряженный и серьезный.
– Здесь все чисто, но нам лучше выбираться. Думаю, правильнее всего сейчас поехать домой.
Я послушно киваю и иду за ним к машине, чувствуя, как адреналин стремительно схлынул. Голова начинает раскалываться, боль нарастает прямо за глазами. Похоже, весь стресс последних недель догнал меня разом.
Киллиан без слов ведет меня к машине, а я борюсь с подступающей тошнотой. Только бы доехать до дома, только бы не вывернуло прямо здесь.
Я бегу через весь дом к маленькому санузлу возле гостиной и про себя молюсь, чтобы парни оставались на улице. Еле успев добежать до унитаза, меня тут же выворачивает. Я решаю остаться сидеть на полу, потому что понимаю, что это еще не конец.
Откинувшись вбок, я прижимаюсь головой к холодной стене. В голове только одна мысль: за что мне это проклятие в виде мигреней от стресса?
Очередная волна тошноты накрывает меня, и я снова склоняюсь над унитазом.
Кажется, прошли часы, но на самом деле, максимум минут десять, когда я слышу, как мимо проходят Флинн и Салли, смеются, о чем-то болтают. Должно быть, я издаю какой-то звук, потому что они резко затыкаются, а потом медленно приоткрывают дверь в санузел.
– Охренеть. Беги за Роу, – слышу, как кто-то торопливо говорит, и тут же топот удаляющихся шагов гулко раздается в коридоре.
Если бы я могла открыть глаза, то наверняка увидела бы, что это Флинн остался со мной. Но боль такая сильная, что я просто лежу тихо, не двигаясь.
Шепотом, очень осторожно, Флинн кладет ладонь мне на лоб:
– Клара, что случилось? Ты вся в холодном поту и белая как мел.
Я изо всех сил стараюсь дышать ровно, и едва выдавливаю из себя хриплый шепот:
– Мигрень...
Не успеваю договорить, как меня снова выворачивает. Слышу, как по коридору снова несутся чьи-то шаги, потом крик:
– Клара!
И через секунду чувствую, как знакомое, теплое тело Роуэна прижимается к моей спине, заслоняя меня от всего мира.
Флинн продолжает шепотом отчитывать своего старшего брата:
– Заткнись, идиот. У нее мигрень.
Я чувствую, как Роуэн напрягается у меня за спиной.
Он аккуратно отрывает меня от стены и бережно прижимает к себе. Я стону от боли, даже малейшее движение отдается в голове так, будто она вот-вот взорвется. Как только я оказываюсь у него на руках, его ладонь нежно скользит по моим волосам, успокаивая и защищая.
– Малышка, мне нужно отнести тебя в нашу постель, – тихо говорит Роуэн.
У меня просто нет сил спорить. Если меня стошнит на него, ну, значит, стошнит.
Он подхватывает меня на руки с такой осторожностью и легкостью, насколько вообще возможно. Я крепко зажмуриваюсь, но и без глаз знаю каждый угол этого дома, мы поднимаемся по лестнице в нашу спальню.
Когда он аккуратно укладывает меня на кровать, я чувствую, как он целует меня в лоб и шепчет:
– Я сейчас вернусь, малышка. Отдыхай.
Как только Роуэн выходит из комнаты, я начинаю понемногу погружаться в сон. Я почти засыпаю, когда слышу, как дверь тихонько открывается и закрывается, потом, легкие шаги.
На мои глаза осторожно кладут теплый компресс. Где-то в комнате раздаются звуки: снимают обувь, расстегивают молнию. И уже через несколько секунд я чувствую, как Роуэн ложится рядом, прижимает меня спиной к себе, обнимая так крепко и надежно, будто ограждая от всего мира.
Он перебирает мои волосы пальцами и шепчет:
– Спи, Красавица. Я обо всем позаботился.
* * *
Проснувшись, я медленно открываю глаза. Первое, что замечаю, за окном темно, а мне холодно. Стоп, почему мне холодно? Я тянусь рукой за спину, но нащупываю только пустоту. Кровать пуста. Где он?
Решив найти его, я медленно поднимаюсь. Стоит мне встать на ноги, как тут же накрывает головокружение. Блядь, как же я ненавижу это состояние после мигрени, почти так же сильно, как и саму мигрень.
Даю себе минуту прийти в себя, глубоко дышу, а потом решаю сначала заглянуть к Ретту, а потом сходить в туалет и попытаться доспать остаток этой хрени.
Только чудом я дотягиваю до двери в комнату Ретта.
Решив просто заглянуть внутрь, все-таки Ретт уже должен давно спать, я замираю на месте, услышав голос Киранa: