Чтение онлайн

Его голос становится грубым и глубоким, когда я чувствую, как его бёдра подаются вперёд, и первый дюйм его члена погружается в меня. На этот раз я не могу сдержать вздох, который вырывается из моих губ, когда я ощущаю, как растягиваюсь вокруг него, его толстая длина почти слишком велика для меня. Роуэн опускает взгляд, замечая, как моя плоть сжимается вокруг его члена, и, стиснув зубы, издаёт стон.

— Это так идеально, — стонет он, погружаясь в меня ещё на дюйм. — Боже, ты такая тугая, Милсин (Сладкая). Как же хорошо. Так приятно ощущать, как ты сжимаешь мой член. Его бедра выгибаются вперёд, и он проникает в меня ещё глубже. — Блядь...

Он выглядит как настоящий бог, стоя на коленях между моими бёдрами, его голова запрокидывается, а из груди вырываются новые стоны. Его тело покрыто рельефными мышцами, словно высеченными из камня, которые напрягаются и изгибаются, когда он входит в меня, дюйм за дюймом. От этой полноты ощущений, несмотря на все мои усилия, по моему телу проходят волны удовольствия. Он прижимает мою ногу к своему бедру, его глаза открываются и устремляются на меня, когда он погружает в меня последний дюйм своего члена, его бедра прижимаются к моим, а другая его рука скользит между моих бёдер.

Я отталкиваю его.

— Я же сказала...

— Я помню, что ты сказала, девочка, — рычит он сквозь зубы. — Отлично. Ты не хочешь кончать? Будь по-твоему, жёнушка. Но я буду кончать в тебя, пока ты не достигнешь кульминации полностью.

С этими словами он начинает двигаться внутри меня.

Я стараюсь изо всех сил, чтобы не дать ему услышать мой стон. Я стискиваю зубы до боли в челюсти, потому что каждый его толчок ощущается как рай, словно наши тела созданы друг для друга. Его набухший кончик и толстый ствол, кажется, касаются тех мест внутри меня, которых никто другой никогда не достигал. Как будто он ласкает каждый оголённый нерв, посылая через меня волну за волной удовольствия, снова и снова.

Я старалась сделать всё как можно более комфортным, но, несмотря на это, это самое приятное ощущение, которое я испытывала за долгое время, а возможно, и за всю жизнь. Я ощущаю, как моё тело сжимается вокруг него, словно пытаясь вобрать его глубже с каждым его длинным движением. Это вызывает у меня страстное желание, которое, как я знаю, может быть опасным.

Роуэн снова запрокидывает голову, мышцы на его горле напрягаются, челюсти сжаты, а глаза закрыты. Он входит в меня с силой, и я замечаю, что его дыхание становится прерывистым.

Он открывает глаза, тёмные и горячие, и смотрит мне в глаза.

— Ты готова принять мою сперму, тайбсих (драгоценная)? — Рычит он. — Готова ли ты к тому, чтобы я наполнил тебя?

Мне приходится напрягать всю свою силу воли, чтобы сдержать стон, когда он входит в меня, его движения становятся всё сильнее. Я киваю в знак согласия, не доверяя себе, чтобы заговорить. Роуэн вздрагивает и стонет, когда я чувствую, как его член твердеет и пульсирует внутри меня. Его рука сжимает мою ногу, бедра дёргаются, и контроль, за который я так упорно держалась с тех пор, как он поцеловал меня в своём кабинете много ночей назад, начинает рушиться.

Ощущение его горячей спермы, изливающейся внутрь, доводит меня до предела. Мой оргазм следует за его, когда я чувствую, как его член пульсирует внутри меня, а его стон удовольствия наполняет воздух. Я стискиваю зубы, чтобы не закричать, моя голова запрокидывается, дыхание перехватывает, пальцы впиваются в одеяло. Моя киска сжимается и трепещет вокруг него, когда я кончаю на его член, и он наполняет меня одним оргазмом за другим.

Когда его дрожь наконец стихает, Роуэн открывает глаза, и в них вспыхивает озорной огонёк. На его губах появляется медленная ухмылка, и он снова прижимается ко мне бёдрами, не сводя с меня пристального взгляда.

— Я почувствовал, что ты кончила за мной, тайбсих (драгоценная). Не лги и не говори, что это не так.

РОУЭН

Она хочет сказать неправду, я вижу это по её лицу. Она с трудом сглатывает, её горло движется, и мне приходится напрягать всю свою волю, чтобы не продолжить. Я знаю, что могу снова возбудиться в считанные секунды.

И я также знаю, что почувствовал, как она достигла кульминации.

К её чести, она не лжёт. Она вообще ничего не говорит. Она просто спокойно смотрит на меня, явно ожидая, когда я уйду, чтобы она могла спокойно провести вечер. Вместо этого я на мгновение остаюсь внутри неё, наслаждаясь ощущением её влажного тепла, которое окутывает мой размягчающийся член. Я чувствую, как её влага смешивается с моей и проникает в мою плоть.

Раньше я никогда не был внутри женщины обнажённым, никогда никого не трахал без презерватива. Я никогда не испытывал такого изысканного удовольствия от ощущения, как тепло проникает в мою обнажённую плоть, когда я наполняю её своей спермой.

Это было невероятно приятно. Лучше, чем я мог себе представить. Я склоняюсь над ней, ощущая себя внутри неё, — это грубое и первобытное чувство, не сравнимое ни с чем другим, что было, между нами.

Я не хочу, чтобы это когда-либо заканчивалось.

Я медленно выхожу из неё, наблюдая за тихим выдохом, который вырывается из её губ. Мой взгляд падает на её набухшую розовую киску, и мой член дёргается от этого зрелища. Я вижу, как моя густая белая сперма стекает между её нежных складочек. Я протягиваю руку вниз, провожу пальцами по её плоти, собирая сперму кончиками пальцев и проталкивая её обратно в неё. Женевьева напрягается, её глаза сужаются, когда я чувствую, как её киска сжимается вокруг моих пальцев.

— Просто хочу убедиться, что мы не потратим впустую ни капли, — бормочу я, медленно вводя в неё пальцы и стараясь проникнуть как можно глубже. — Не хотелось бы делать это слишком часто, верно?

Она бросает на меня испепеляющий взгляд, и мой член начинает пульсировать, наливаясь кровью. Я склоняюсь к ней, встречая её глаза, когда прижимаю свой уже твёрдый член к её влажному входу.

— На самом деле, — шепчу я, мой взгляд скользит по её упрямому лицу, останавливаясь на роскошных губах. — Я думаю, что мой член сможет удержать всё это в тебе лучше, чем я когда-либо мог, девочка.

Она не может возразить, когда я начинаю входить в неё, и стон срывается с моих губ от ощущения её тугого жара, сжимающегося вокруг меня уже во второй раз за сегодняшний вечер. Сегодня одна из тех ночей, когда я могу овладеть ею, и, занимаясь любовью, мы оба приближаемся к цели, к которой стремимся.

Она забеременеет моим ребёнком.

Эта мысль лишь усиливает моё желание. В моём сознании вспыхивает что-то первобытное и дикое при мысли о том, что она носит моего ребёнка, и я делаю её своей таким образом. Я не осознаю, что после этого она уйдёт, пока нахожусь внутри неё, снова и снова погружаясь в её тугие глубины. Раскалённое добела удовольствие пробегает по моему позвоночнику.

— Кончи для меня ещё раз, девочка, — бормочу я, погружаясь в неё, чувствуя, как пот выступает на моей шее. Мне требуется всё моё мужество, чтобы не наклониться и не поцеловать её, не коснуться её груди, не провести руками по каждому дюйму её кожи. Мне кажется странным, что мы соединены только в этой точке, мой член скользит в ней и выходит из неё, как будто это почему-то менее интимно, чем мои прикосновения к другим частям её тела.