Чтение онлайн

– Блевануть здесь, что ли?

Куприянов обеспокоился:

– Ты давай это… Ты давай на улицу иди. Свежий воздух он помогает.

Вася молча вышел. Куприянов проследил за ним через стекло и поделился:

– К Зинке опять пошел.

Потом сказал:

– Бальный танец. Восемь букв.

– Краковяк, - предположил я.

– Если «краковяк», тогда «дервиш» не подходит.

– Слушай, Куприянов, - сказал я, - иди к черту. Не видишь я занят – письмо

родственникам пишу.

– Ну пиши, пиши, Шота Руставели, - слегка обиделся Куприянов. – Уж и

спросить нельзя. Ты бы лучше вместо письма посылку послал. А что письмо? Бумага.

– Ну ладно, - я поправил на голове кепку. – Если что, я в столовой.

– А чего там в столовой? – оживился Куприянов. – Баранину под зарплату дают?

– Да нет, там повариха, говорят, какая-то новая. Пойду познакомлюсь. Глядишь,

что и обломится. А ты здесь сиди. Если с третьего цеха будут звонить, скажи, что еще

не готово. Скажи работы много, не успели.

Через полчаса я печальный и отвергнутый возвращался назад. «С такой жопой

и така грубиянка», - философски думал я, сплевывая в каждую лужу.

Куприянов был на месте, только кроссворд перед ним лежал уже другой.

– Васю не приносили? - я заглянул за занавеску.

– Зинка звонила, сказала, что у нее спит. Уже никакой.

– Насчет тазика предупредил?

– Предупредил.

Я снова сел за письмо. Прочел начало: «Здравствуйте, дорогая тетя Фаня! У

меня все хорошо. Работаю инженером на заводе. Работа трудная, но интересная.

Коллектив у нас дружный. Старшие товарищи помогли мне быстро освоиться с

напряженным ритмом производства…»

Я с отвращением поглядел на лысину Куприянова и скомкал письмо.

– Слышь, Куприянов, у тебя посылочного ящика дома нет?

РОЩА

(по материалам вчерашних газет)

Однажды Иван Петрович Кнутов с одной знакомой и легкомысленной

девушкой пошел погулять в рощу, что за городом, и их там изнасиловали неизвестные

в масках и презервативах. Особенно Ивана Петровича. Иван Петрович как

законопослушный изнасилованный гражданин сразу же заявил в милицию. Поехали в

рощу милиционеры с Иваном Петровичем, чтобы на месте составить картину

преступления, и их там тоже всех изнасиловали. Особенно Ивана Петровича и

служебную собаку по кличке Баскервилей.

Об этом страшном случае заговорил весь город, а по радио, на всякий случай

передали лекцию о венерических заболеваниях. Вызвали омоновцев, и они с

автоматами прочесали рощу вдоль и поперек, но никого не нашли. Однако, когда

прочесывали поперек, неизвестными в масках и омоновской форме был изнасилован

начальник омона подполковник Мамогин (фамилия по непонятной причине не

изменена).

Рощу оцепили, поставили предупреждающие таблички и начали ждать

следственную бригаду из Москвы, а подполковнику Мамогину досрочно присвоили

очередное звание «майор».

Головы местных пинкертонов шли кругом. Подозрения падали то на

сексуального маньяка Негрейко, которого расстреляли в прошлом году, то на

инопланетян, то на армянскую диаспору, представленную в городе семидесятилетним

сапожником Грачиком Манукяном.

А жена Ивана Петровича, Любовь Николаевна, узнав из газет о легкомысленной

девушке и внебрачных приключениях мужа, выгнала его из дома. Выпил Иван

Петрович с горя и решил пойти в рощу, чтобы провести там, как принято на Западе,

независимое расследование. В роще он обнаружил какого-то неизвестного и, спьяну,

его изнасиловал. Неизвестный оказался мужской частью скульптурной композиции

«Рабочий и крестьянка», вывезенной на свалку по идеологическим соображениям.

В это время жена Ивана Петровича, Любовь Николаевна немного остыла,

ужаснулась содеянному и побежала в рощу искать мужа. А Иван Петрович в это же

самое время немного протрезвел, тоже ужаснулся содеянному и решил наложить на

себя руки. Но тут к нему подошли трое неизвестных в масках, и он наложил в штаны.

Хотели они изнасиловать Ивана Петровича за то, что он изнасиловал человека на их

территории, но в этот момент из кустов выскочила жена Ивана Петровича и

задержала всех троих преступников. Предварительно, естественно, их изнасиловав.

Тут и банде конец, а кого не изнасиловали, тот молодец.

ЛЮБОВЬ И НЕНАВИСТЬ

Что за мир! Ненависть нормальна. Любовь нет. Влюбленных гоняют, как

черных котов, хотя на словах все «за» и многие даже с симпатией.

Разврат привычен. Любовь непонятна и пугает. Любовь выпадает из этого

рационального мира, поскольку всегда иррациональна. Она необъективна и ее нельзя

купить. И это многих бесит.

Женятся не по факту любви, а по факту неосторожности. А сколько не

оплаканных никем, не вышедших из темноты и ушедших в темноту убитых

крошечных жизней? Все меньше подарков от жизни. Все больше подарков себе. Это

неинтересно. Нет элемента халявы.

Влюбленные всегда счастливы, даже когда несчастны. Любовь- это когда

испытываешь счастье к другому. Это всегда лучше, чем стоячая рыбья кровь.

Когда человек уже не способен испытывать любовь, он становится философом.

А жены философов становятся стервами. Тот же Сократ и Диоген. Мужчина, который

только говорит и ничего не делает, даже глупостей – это ужасно. Философия – это

всегда смирение и простатит. Она слишком скучна, чтобы быть верной. Так, что не

мешайте влюбленным. Если сами не можете, то хотя бы не мешайте. И не давайте