В краю исчезнувшего тигра. Сказки
Шрифт:
— Так и сказал? — не поверил Чирка.
— Так и сказал!
— Сам царь?
— Ну а кто же еще?
— Не верю. Чтобы царь извинялся перед воробьём!?
— Но ты же не простой воробей, ты — мой друг. Так что привыкай, грейся в лучах моей славы... А вот и они!
Тут в самом деле появились слуги с носилками — паланкином, схватили Чирку, усадили его на мягкую подушку и понеслись рысью по той самой дороге, по которой час назад убежало его корыто.
Серый хвост не мог поверить, что все это происходит с ним наяву. Такой чести не удостаивался, наверное, даже соловей, не то что воробей.
Острый клюв летел рядом, время от времени присаживаясь на ручку паланкина и все хвалился, как его здесь встретили и обласкали, просят дать большой сольный концерт для скворца с оркестром, да кроме того предлагают место придворного дирижера, да еще зовут петь на свадьбах, с ума можно сойти!
Несколько раз Чирка порывался рассказать ему о Королеве бабочек, но Петька не дал ему слова сказать.
А тут и столица Хлопкового царства показалась. И что это было за необыкновенное зрелище!
ГЛАВА 12
Город Вечного солнца
Здесь не было автомобилей, троллейбусов, метро и подземных переходов, которыми так гордятся жители больших городов. Не было многоэтажных домов — вместо них стояли маленькие хрустальные домики, как потом узнал Чирка — точная копия хлопковой коробочки, напоминающей бутон лилии. И так же, как лилии они раскрывались с первыми лучами солнца, а закрывались с последними, а жили в этих легких прозрачных домиках-коробочках юные мастерицы, собранные сюда со всего царства. Они пряли пряжу, из которой получались затем чудесные ткани, а из тканей шили платья, халаты, платки, сюзане и тюбетейки, славившиеся на весь мир.
Здесь прямо на улицах возвышались горы белоснежного, словно морская пена, хлопка, сушились нитки и пряжа, с утра до вечера жужжали прялки и веретена.
Труд мастериц приносил им радость, поэтому в городе Вечного солнца не было унылых и грустных лиц. Шутки, веселье и смех царили на улицах и площадях.
И как же не заглянуть в паланкин — что за важный гость пожаловал в их царство?
— Чумчук в паланкине! — крикнула самая маленькая мастерица.
Чирка хотел было обидеться, но оказалось, что «чумчук» на их языке означает «воробей». Не обижаться же на самого себя!
— Поистине, сегодня день чудес! — воскликнула вторая мастерица. — То голая принцесса с корытом бегает, то воробья в паланкине несут!
— А воробьишка, похоже, не наш, — заметила третья, — Ишь, какой любопытный!
Серый хвост в самом деле весь извертелся — так интересно, и необычно было здесь все для него.
— Это он невесту выбирает! — засмеялись носильщики паланкина.
— Куда нам! Ему, небось, царскую дочку подавай!
— Бойчечак — драчунья! — вырвалось у Чирки.
Мастерицы так и покатились со смеху.
Но по мере приближения к царскому дворцу смех звучал все реже. Более того, Чирка заметил, что в городе начинается какая-то суматоха, чуть ли не паника. Развешенная для просушки пряжа поспешно снималась, платья, платки и сюзане заносились в коробочки.
— Что случилось? — спросил он у Петьки. — Дождь обещают?
— Не обращай внимания, — ответил тот. — Тут у них свои дела.
Они как раз поравнялись с башней-минаретом, откуда глашатай объявлял царский указ. Но поскольку он поворачивался во все стороны, Чирка смог разобрать лишь отдельные слова: «Прячьте, закрывайте... Снова появилась Зу-зу...».
Кто такая Зу-зу? — спросил он.
Петька не успел ответить — перед паланкином выросли два стражника, охранявшие вход в царский дворец.
— Это со мной! — небрежно бросил он, но стражники, пропустив паланкин, схватились за сабли и ощетинили на него свои тараканьи усы:
— Опять ты! — закричал один.
— А ну, кыш отсюда, пока по шее не получил! — пригрозил другой.
— Ну-ну, не очень-то, не очень! — отскочив в сторону, прошипел Петька. — Ладно, я тебя здесь подожду! — крикнул он.
Чирка растерялся. Как же он один, без Петьки? Но тяжелые резные двери закрылись, назад пути не было.
Не сбавляя скорости, носильщики пронеслись по коридорам дворца и влетели в тронный зал. Здесь его сняли с паланкина и посадили на спинку стула, видать, заранее приготовленного для него.
Несколько секунд он ничего не мог рассмотреть, ослепленный убранством зала. И прежде чем он увидел царя Навруза, он услыхал его голос:
— Добро пожаловать в наше Солнечное царство, Хлопковое государство, друг Чирка-Серый хвост! Потом он увидел его.
ГЛАВА 13
Царь Навруз
Он восседал на резном деревянном троне, и был толщины необъятной, с могучими плечами и пышными седыми усами, одетый в простую рубаху и такой же простой хлопчатобумажный халат. На голове у него вместо короны была крохотная тюбетейка, которая чудом держалась на самой макушке, а на ногах — резиновые калоши на босу ногу, что немало удивило нашего путешественника.
Зато придворные, окружавшие трон, были разодеты в пух и прах, по самой последней моде и во все самое заграничное.
Впрочем, Серый хвост взглянул на них лишь мельком, потому что в следующую секунду увидал принцессу Бойчечак.
Там, на берегу ручья, он не успел даже как следует рассмотреть ее. Теперь же, увидав ее, сидящей вместе с Лулой и Балулой на атласных подушечках у подножия трона, он поразился ее оперению, то есть платью, которое было сверху донизу расшито диковинными цветами. Черные волосы Бойчечак были заплетены в бесчисленное множество тонких, как ивовые прутики, косичек, а вышитая золотом тюбетейка сияла на голове, словно маленькое солнце. Петька был прав: она была конечно же красавица, вот если бы только не слишком длинные ноги, которые она, как ни старалась, не могла поджать под себя.
Бойчечак подмигнула ему, как будто они были старые друзья, а когда он обиженно отвернул клюв, показала ему язык.
— Узнал своих обидчиц? Ты уж прости глупых девчонок, — сказал царь Навруз. — Я уверен: вы еще подружитесь.
— Ладно, чего уж там, — отвечал Чирка, необученный придворному этикету.
— Да, может, мы пошутили! — засмеялась принцесса Бойчечак. — Какой обидчивый!
— Конечно, пошутили! — подхватили Лула и Балула. — Мы в жизни воробьев не ели!
— Ну, вот и хорошо... А теперь позволь мне представить моих сановников и министров, — продолжал царь Навруз.