Чтение онлайн

— Он подал заявление в полицию? — уточнил Аврелий.

— Нет, и не собирается. Говорит, что владелец фирмы сам все сделает, а кучер точно не сознается, что сам отдал животное, будет настаивать на том, что не видел вора.

— Думаешь, надо и дальше ждать ее в месте разрыва? Думаешь, она вернется?

Констанция вздохнула, затянула потуже мягкий шарф, спасаясь от подувшего с Мойки ветра.

— На лошади она могла ускакать довольно далеко. Без адреса ей вряд ли удастся просто взять и вернуться. Чем дальше персонаж от места разрыва, тем слабее связь. Однако это центр города. Думаю, Миледи задержали. На этот случай у нас тоже есть решение.

В машине Аврелий начал расспрашивать Констанцию о книгах: какие жанры она ценила, каких авторов покупала, каково было отношение к современной литературе.

Она не стала сознаваться, что в последнее время, кроме этого самого Иванова да еще нескольких популярных авторов, почти ничего и не читала. Вместо этого принялась перечислять солидных классиков, с которыми познакомилась еще в университете. Литературный снобизм и ей казался не лучшим проявлением в человеке, но, да, Констанция ощущала необходимость производить на людей хорошее впечатление.

Так, за разговорами о Петрарке и Стендале, они доехали до отделения полиции недалеко от Библиотеки. Удивительным оказалось то, что Аврелий смог достойно поддержать беседу. Да, комментарии часто были в духе «жесть», «офигеть, вау» и «да ну блин, там фигня», но, как правило — аргументированно.

— И что, он знает про персонажей и книжников? — уточнил Аврелий, пока они с Констанцией стояли у березы в сквере и ждали Петропалыча.

— Да. В каждом городе у нас есть по несколько контактов в органах и администрации. Кроме того, наши люди работают в Министерстве Культуры.

— А это зачем?

— Все библиотеки подчиняются МинКульту. Мы тоже. А вот и он…

Дверь в отдел полиции открылась, и из нее вышел подтянутый мужчина с квадратным подбородком и тяжелым взглядом. Петр Павлович Крепостин.

Констанция уже написала ему сообщение со всеми вводными, поэтому, едва к ним приблизившись, Петропалыч негромко бросил:

— Была задержана, скрылась.

— Она лошадь украла, — отозвалась Констанция.

— В рапорте такая информация отсутствует. Причина задержания: скакала верхом по проезжей части, нарушая ПДД.

Констанция чуть нахмурилась. Петропалыч терпеливо ждал.

— Скрылась на лошади или?..

— Лошадь изъяли. Пока разбирались с лошадью, задержанной удалось скрыться. Документов при себе не было, личность не установлена.

— Хотя бы в каком направлении скрылась, известно?

Крепостин неразборчиво промычал, этот звук следовало интерпретировать как отказ отвечать на глупые вопросы: было бы известно, сказал бы. Такова была манера этого человека — суховатая, граничащая с грубостью. Однако он помогал, и это главное. В конце концов, как гласила любимая цитата Ю, «кто жил и мыслил, тот не может в душе не презирать людей». А Петропалыч, должно быть, сталкивался с самыми уродливыми формами, какие принимают человеческие пороки.

Решив, что больше ничем не сможет быть полезен, полицейский бросил пару настороженных взглядов по сторонам и пошел прочь.

Всякий раз после встречи с Петром Павловичем Констанция становилась более подозрительной, чем обычно. Поэтому до машины они со стажером шли молча, будто узнали какую-то мрачную тайну.

В автомобиле Аврелий тут же спросил, куда они теперь поедут и что будут делать. Констанция не спешила отвечать, задумчиво постукивая пальцем по подбородку.

— Заедем в Библиотеку, тем более что мы рядом, — приняла решение она.

А там, пока он по ее указанию изучал историю предыдущих охот на Миледи, Констанция отправилась на поиски книг о мушкетерах.

Клара, дежурившая в тот день в Абонементе, с брызжущей радостью, будто ей приплачивали за каждое обращение от охотника, сообщила, что на одном из стеллажей стояло целое собрание сочинений Дюма.

Пока она, будто штурман корабля, крутила колесо, заставляя массивные железные стеллажи неторопливо скользить по рельсам, к Констанции подлетел Аврелий.

— Кинг ловил Миледи, — заявил он то ли восторженно, то ли трагично.

В любом случае это прозвучало так громко и драматично, что несколько книжников, работавших в Картотеке, обернулись на них. Клара многозначительно взглянула на табличку «ТИШИНА В БИБЛИОТЕКЕ».

— И? — мрачно отозвалась Констанция.

— Ну… он может что-то знать.

— Что в отчете, Петроний?

Стажер замялся. Констанция подняла бровь. Он сконфуженно спрятал руки в карманы широких штанов.

— Там, ну, не подробно... Блин, ну что ты смотришь, это не я плохо заполнил прогу!

— Поищи информацию в бумажных формулярах, — процедила она. — В ящичке с фамилией «Упертый-осел».

Аврелий кивнул и устремился в другой конец помещения, туда, где стояли деревянные шкафчики-картотеки.

А Констанция продолжала мысленно ругать Кинга на все лады. Он, разумеется, был не единственным коллегой, который никак не хотел принимать нововведения вроде электронных отчетов. Многие ленились качественно заполнять карточки в программе, будто не понимали, что это им же и облегчало жизнь! Но если другие хотя бы делали вид, что пытаются принять новые правила, то Кинг демонстративно вводил в программу минимум информации. Так, чтобы это все действительно выглядело бессмысленно.

За последние полтора месяца она дважды сталкивалась с тем, что Кинг уже ловил ее персонажа, и с раздражением обнаруживала в СУПе отсутствие любых подробностей о том, как прошла охота.

Разумеется, Констанция выразила свое недовольство Артуру, но он лишь усмехнулся, сказал какую-то чушь и снисходительно пообещал ответить на любые вопросы устно.

Тогда она обратилась к Арине, которая отвечала за всю административно-техническую работу отдела. Но та лишь развела руками: Артур Кинг не поддавался перевоспитанию, упрямо отказывался идти в ногу со временем и просто ехидничал.

Естественно, это не остановило Констанцию: она пошла к Юджину. Тот заверил, что проведет беседу с нерадивым коллегой, обяжет его вносить данные в систему, объяснит важность этого для других охотников.

Сделал ли Ю, что обещал? Наверняка. Изменил ли Кинг свое поведение? Как же.

Наконец, Клара подвела Констанцию к нужным полкам.

— Формуляр нашел. Но тут тоже ничего толком нет, — сообщил подоспевший Аврелий. — Кстати, я не понял, если нужно писать в отчете три авторских листа, почему у Кинга так мало?