Чтение онлайн

— Я былъ тамъ однимъ изъ первыхъ, сказалъ красивый молодой человкъ, и очень жаллъ, что васъ тамъ не видлъ.

— Не безпокойтесь… Просто — случай, отъ котораго избавилъ меня вотъ кто… Была минута, когда я могла вообразить себ, что я — въ лсу Броселіанды и самъ дон-Галаоръ явился собственной своей особой, чтобъ вывести меня изъ затрудненія.

И, перемнивъ тонъ, она представила Гуго красавцу:

— Графъ де Шаржполь, любезный кузенъ. Графъ Цезарь де Шиври.

Молодые люди холодно поклонились другъ другу, не сказавъ ни слова.

Незнакомка повернулась къ Гуго и, склоняя тонкій станъ свой, какъ настоящая королева, произнесла:

— Орфиза де Монлюсонъ, герцогиня д'Авраншъ, проситъ графа де Монтестрюка проводить ее въ ея замокъ.

Графъ де Шиври нахмурилъ брови, Гуго низко поклонился.

Почти въ ту же минуту на окруженной высокими деревьями полян, гд собралось все общество, а охотники трубили сборъ, появилась еще амазонка, на встрчу которой герцогиня д'Авраншъ поспшила съ внимательной предупредительностью. Съ перваго же взгляда Гуго узналъ принцессу Леонору Маміани. Она тоже его замтила и между тмъ какъ вс почтительно сторонились передъ ней, она направилась прямо къ нему и, наклоняясь къ сдлу, сказала:

— Помните, какъ я вамъ крикнула: до свиданья? съ тхъ поръ прошло не мало времени, но внутренній голосъ говорилъ мн, что я не ошиблась и что мы съ вами опять увидимся.

— Ваше пророчество я принялъ за приказаніе, отвчалъ любезно Гуго, касаясь губами обтянутой въ перчатку ручки принцессы.

— А! вотъ нашъ провинціалъ встртилъ и знакомыхъ! проворчалъ графъ де-Шиври.

Скоро все общество двинулось въ путь, принцесса и герцогиня впереди, подл Орфизы — графъ де-Шиври, подл Леоноры — графъ де-Монтестрюкъ.

Его взоръ переходилъ съ одной на другую: у одной глаза были зеленые, у другой — черные; у обихъ станъ былъ тонкій и гибкій; об были ослпительной красоты, но у Орфизы — было больше молодости, а у принцессы — больше величія. Между ними всякій бы задумался, а за Леонору говорило у Гуго уже то, что она первая смутила его мысли и разбудила мечты. Отчего же онъ былъ внимательнй къ граціозной герцогин, и при взгляд на графа де Шиври въ немъ шевелилось чувство ревности, котораго онъ вовсе не испытывалъ передъ маркизомъ де Сент-Эллисъ?

Въ эту минуту Гуго замтилъ. что красное перо, бывшее у него на шляп съ самаго отъзда изъ Тестеры, исчезло. Онъ потерялъ его, должно быть, на узкой дорог, по которой скакалъ сломя голову за герцогиней д' Авраншъ.

Не была ли предвщеніемъ эта внезапная потеря подарка принцессы?

— Время и обстоятельства покажутъ, подумалъ онъ и пересталъ объ этомъ заботиться.

Коклико бродилъ долго по лсу и наконецъ нашелъ Гуго въ замк герцогини д'Авраншъ. Никогда онъ еще не видлъ такого великолпнаго дворца, такихъ обширныхъ службъ, широкихъ дворовъ, пылающихъ кухонныхъ очаговъ, столько праздной прислуги.

— Ахъ! графъ, говорилъ онъ, вся Тестера помстилась бы въ одной галлере здшняго дворца! Представьте себ…

Вдругъ Гуго прервалъ его:

— Скачи сейчась же въ Блуа, куда я ужь послалъ Кадура, сказавши, чтобъ онъ тамъ дожидался меня; попроси его отъ меня перерыть вс лавки въ город и прислать мн, что только найдетъ лучшаго изъ кружевъ, изъ платья, лентъ и перьевъ. Я одтъ какъ какой нибудь бродяга, а здсь вс похожи на принцевъ: это мн унизительно. Хоть загони лошадь, а привези мн все сегодня же вечеромъ; смотри только, не торгуйся и высыпай все изъ кошелька, если нужно. У тебя есть золото, не правда-ли?

— У меня кошелекъ, данный г. Агриппой…

— И прекрасно! Но вотъ что еще! чего добраго, ничего не найдешь порядочнаго въ Блуа: вдь это — провинція! Если такъ, то скажи Кадуру, чтобъ халъ тотчасъ же въ Парижъ. Онъ тамъ былъ какъ-то съ маркизомъ де Сент-Эллисъ. Пусть приготовитъ намъ тамъ квартиру и пришлетъ все, что нужно, чтобъ одться по мод.

— И все-таки не считая денегъ?

— Разумется!

— Значитъ, мы здсь у самого короля?

— Гораздо лучше, бдный мой Коклико! мы — у герцогини д'Авраншъ… у герцогини, которая больше похожа на богиню, чмъ на простую смертную!..

— A! такъ тутъ женщина! А я такой ужь болванъ, что и не догадался. Сейчасъ же скачу, графъ, не жаля лошади, прямо въ Блуа и вернусь такъ скоро, что самъ втеръ покраснетъ отъ зависти и злости.

Коклико вернулся въ самомъ дл вечеромъ съ огромнымъ выборомъ чудеснаго платья, надушевныхъ перчатокъ, самыхъ модныхъ плащей, шелковыхъ чулковъ и бантовъ изъ лентъ. Съ жалостной миной онъ встряхнулъ кошелекъ Агриппы, совсмъ отощавшій. Гуго бросилъ его черезъ всю комнату. Въ эту минуту онъ былъ готовъ продать всю Тестеру за одинъ нарядъ, который могъ бы привлечь взоры Орфизы. Цлый вечеръ онъ любовался ею и ухаживалъ за ней; всю ночь она грезилась ему во сн. Никогда не могъ онъ представить себ кого нибудь прекраснй ея. Ему казалось просто невозможнымъ, чтобъ она была простой смертною. Вся она была — грація и обаяніе, богиня, сходящая съ облаковъ. Каждый взглядъ на нее открывалъ новыя прелести, улыбка ея придавала умъ каждому ея слову. Онъ понималъ, что для нея можно совершить чудо.

— Ты замтилъ, какимъ очаровательнымъ тономъ она говоритъ? говорилъ онъ посл Кокдико; какія жемчужины виднются изъ-за ея улыбки? Никто не ходитъ какъ она, не садится, никто не танцуетъ какъ она! Она все длаетъ иначе, чмъ другія. Ея голосъ — просто музыка. Я сейчасъ смотрлъ на нее, какъ она проходила по террасс: божество, спустившееся съ Олимпа! Ужь не Діана-ли это, или сама Венера?

— Разумется, отвчалъ Коклико; но вы замчаете, графъ, столько необыкновенныхъ вещей, а замтили-ль вы, что здсь вдь не одна, а дв дамы?.. Объ которой же вы это говорите, позвольте узнать?..

— Какъ, разбойникъ, ты не понимаешь, что я говорю о герцогин д'Авраншъ?.. Разв можно говорить о комъ нибудь другомъ, рядомъ съ ней?..

— Но, графъ, и та дама, что мы видли въ замк Сен-Сави, тоже, право, стоитъ, чтобъ и на нее посмотрть!

— Согласенъ и даже долженъ сознаться, что когда она показалась въ зал, гд мы ожидали тогда маркиза де Сент-Эллиса, то ея величавая красота меня ослпила! Но теперь, какъ я могу сравнивать, у меня только и есть глаза, что для другой. Не кажется-ли герцогиня д'Авраншъ, блая какъ лилія и увнчанная блокурыми волосами, самою богиней Гебой?

Коклико не изъ-за чего было спорить и онъ призналъ, что герцогиня, какъ прелестное совмщеніе всхъ совершенствъ, должно быть, дйствительно сама богиня Геба. Но этотъ обрывокъ разговора возбудилъ въ ум Гуго цлый рядъ разсужденій о странной игр случая, отчего это онъ отдавалъ только свое удивленіе принцесс, первой по порядку между его видніями, а теперь готовъ сложить къ ногамъ герцогини и удивленіе, и любовь свою? Между тмъ, красотой он въ самомъ дл еще могли поспорить. Зачмъ же вторая, а не первая? Въ этомъ невольномъ, безотчетномъ предпочтеніи богини-блондинки богин-брюнетк, можетъ быть, и не столько ослпительной, онъ могъ видть только указаніе самой судьбы, распоряжавшейся его жизнью.