Чтение онлайн

– Не забывай о цели нашего похода, - грубо прокомандовал Питер.
– Мы здесь не за камнями и слитками! Экспедиция должна отыскать в храме нечто, способное целебным образом влиять на организм человека. Золото - это на второй план. Вперед!

– Как скажите, командир, - усмехнулся Ник, и первый полез по ступеням вниз, освещая себе путь фонариком.

Белла двинулась следом.

Каменные ступени казались скользкими и мокрыми. А пол так и вообще был залит водой, доходя Белле до щиколоток. С потолка капало, по стенам стекали струйки воды, собираясь в какой-то желоб или колодец у дальней стены подвала. Вдалеке слышалось приглушенное журчание воды о камни. Темнота обступала со всех сторон, и слабый луч фонарика не рассеивал мрака.

– Что это за место такое?
– Питер тоже спустился вниз, оглядываясь.
– Одно радует - здесь хотя бы так не воняет, как в туннеле с кобрами.

– Вода проточная, - пояснил ботаник, ощупывая руками каменные стены.
– Здесь жарко, очень влажно, и мало света. Идеальный инкубатор для многих тропических видов растений и мхов.

Белла повертела головой на звук журчащей воды. У стены что-то есть! Она направилась туда, шлёпая тяжёлыми ботинками по воде.

– Смотрите!!!
– Крикнула она, подходя ближе. Её луч света от фонарика выхватывал какое-то чудовище с немыслимыми конечностями. Но рассмотрев его как следует, Белла поняла, что перед ней не монстр из фильма ужасов, а всего лишь старое изогнутое дерево. Его кривые ветви стелились по земле, ствол был настолько огромен, что не обхватить двумя руками, ветки росли, упираясь в каменный потолок, потом снова опускались вниз. И все его стебли и ствол были покрыты мелкими белоснежными листами. Тысячами листиков.

– Это то, о чем я думаю?
– Усмехнулся Питер.
– Это и есть цель нашего визита? Где наш ботаник? Эй, Джонатан, что ты на это скажешь? Тебе знаком этот представитель местной флоры?

Ботаник уже стоял у ветвей, рассматривая невероятное растение.

– Ничего похожего я не встречал раньше.
– Абсолютно честно признался Джонатан.
– Это какой-то гибрид. Чёрный ствол дерева характерен для Мелиевых, узкие листья как у семейства Рододендроновых, - пересказывал он то, что украдкой читал накануне в справочниках о растениях.
– Ветви напоминают по строению Роголистник. А вот белый окрас листа можно объяснить отсутствием солнечного света. Свет оказывает большую роль, как на форму, так и на рост растения в целом. А наш приятель не видел солнца не одну сотню лет.

– Я не уверена, - тихо произнесла Белла, подходя ближе к растению.
– Но дерево отдаленно похоже на древних покрытосеменных. Я встречала в своем музее картинки некоторых вымерших видов растений Мелового периода. Ученые пришли к выводу, что покрытосеменные растения часто бывали полуводными. Предпочитая влажную болотистую среду.

– А ещё здесь чертовски темно, - Джонатан водил фонариком по необъятному стволу древнего дерева, задерживая луч света на изогнутых кривых ветвях.
– Рискну предположить, что мы с вами находимся в лаборатории древних дравидов. Естественная теплица с подходящими природными условиями. Превосходное место для выращивания - здесь тепло, очень влажно и полное отсутствие света.

– Это называется культурой этиолирования растений.
– Кивнул Питер.
– Не знал, что древние индусы применяли это на практике.

– Этиолирования?
– Не понял Николас, - Это ещё что такое? Звучит, как ругательство.

– Выращивание растений в темноте.
– Пояснил Джон.
– Этому увлекательному мероприятию современные учёные выделили целую область в биологии. Выросшие в темноте растения отличаются от нормальных не только внешним видом и анатомическим строением. Но и составом. Без света не возможен процесс фотосинтеза - преобразование углекислого газа в кислород. Что характерно влияет на химическое строение клеток подопытного растения. В темноте уменьшается испарение влаги из листьев. А здесь, судя по всему, процесс испарения и вовсе сошёл на нет. И я впервые вижу, чтобы растение так долго прожило без света. Интересно.

– Состав его листьев нужно немедленно изучить.
– Прокомандовал Питер, обращаясь к единственному оставшемуся из отряда биологов, Винтеру.

– Не зря вернулись тогда за рюкзаком Тесовски.
– Эдвард Винтер подошёл к дереву и аккуратно оторвал несколько листьев для своих опытов.
– Я наверх, нужно рассмотреть это под микроскопами и при большем освещении.

Белла тоже провела рукой по мокрому шершавому стволу дерева. Что ты такое? Неужели все те мифы, что она читала, - это не сказка? Растение, из которого изготавливали амриту, действительно существует!? Изабелла аккуратно водила пальцами по тонким, островатым листикам. Их белый цвет так не гармонировал с темнотой святилища. Казалось, что листья фосфорировали во мраке, поглощая свет от их фонарей. Корни растения заполонили всё вокруг, оплетая колонны-подпорки с ритуальными символами и жертвенник у основания дерева.

– Что думаешь?
– Рядом с ней снова стоял Джон. Белла не обернулась, узнавая его по голосу. Сейчас, в темноте подземного храма, ей не была видна его карикатурная маска ботаника. Девушка чувствовала исходящую от него силу и уверенность, ощущала кожей рукав его камуфляжной куртки. Так близко он стоял рядом с ней. Как и тогда ночью... Девушка почувствовала, как по её телу пробежались мурашки от его близости... Стоит только руку протянуть...

– Думаешь, это основной ингредиент для напитка бессмертия?
– вырвал её из грёз Джон. Он указал лучом света на жертвенник и полуразрушенные глиняные чаши, разбросанные у основания корней.
– Чаши, скорее всего, служи для сбора плодов или листьев. Интересно, у этого дерева бывают плоды? А соцветия?

– Думаю, что это действительно что-то необычное.
– Белла аккуратно, чтобы не потревожить дерево, оторвала один небольшой листик, и поднесла его ближе к лучам фонарика.
– Листья плотные и гладкие. Не имеют запаха. Неужели эти листья обладают целебными свойствами? Как думаешь, мы действительно нашли растение, способное продлевать жизнь?

– Выходи сейчас отсюда и сядь где-нибудь подальше. Что-то подсказывает мне, что сейчас самое время поостеречься.
– Прошептал ей ботаник, склонившись к ней, и почти касаясь губам её уха.
– Думаю, мы наконец-то нашли то, за чем так долго охотились все эти дни. Не путайся под ногами, крошка. Среди присутствующих здесь людей есть действительно опасные типы. Будь осторожна.

– Лады.
– Ответила на его манер Белла. И в темноте не увидела, а скорее почувствовала его улыбку.

***

Девушка устроилась у резной витиеватой колонны, недалеко от статуи Ямы в сокровищнице, и листала ежедневник, вписывая свои сегодняшние наблюдения и открытия. Она аккуратно обрисовала контуры листа неизвестного дерева на одной из чистых страниц, затем заложила его между листками ежедневника, чтобы не измять и не повредить свою находку.

В другом углу у импровизированного стола, служившего раньше алтарем для подношений богу смерти, корпели над пробирками Питер и Эдвард. От их стола то и дело разносились восклицания и споры.

– Принимая во внимание, - говорил Питер Эду с самым умным видом, на который только был способен, - что ослабленное испарение даже в отсутствии света значительно влияет на строение и форму растений, можно сделать вывод, что малое испарение - одна из основных причин, повлиявших на необычную форму ветвей и листьев этого ископаемого дерева. К тому же, в отсутствии света прекращается целый ряд синтетических процессов, таких как усвоение углерода и образования углеводов.

– Химическая деятельность света в растениях сводится не только к образованию углеводов, - поправил начальника Винтер, переливая какие-то дымящиеся препараты из колбы в колбу.
– И к тому же отсутствие хлорофилла сказывается на слабом развитии клеточных оболочек, и тканей. Лист в разрезе более водянистый. Зола в химическом составе практически отсутствует. Смотри в микроскоп.

– А это ещё что?
– Питер склонился над миниатюрным походным микроскопом, и прищурил один глаз.
– Вижу огромное количество фито-гормонов, особенно ауксинов. Просто переизбыток.

– Ауксин - это ведь симулятор роста?
– К ним тихо подошёл ботаник, нависая над импровизированным столом.
– Если я не ошибаюсь.

– Не только роста. Ауксин прекрасно стимулирует рост клеток растяжением, но так же стимулирует работу ионных каналов и контроль полярности развития организма растения в целом.
– Ответил Винтер.
– Впрочем, ты же ботаник, и сам прекрасно всё знаешь.