Чтение онлайн

— О да, ты даже не представляешь какое!

Гуль оттолкнул девушку от себя. И она, встав к нему лицом, стала медленно отходить, выставив перед ним руки, обороняясь.

— Эрих в миллионы раз лучше тебя, зачем он держит при себе такого, как ты, я не понимаю! Ты больше похож на чудовище из моего детства, чем он.

При разговоре о вампире слуга перестал улыбаться.

— Ты думаешь, что знаешь Эриха? Понимаешь его? — Эдвард грозно наступал на смертную. — Ты ничего не знаешь. Поверь мне, он пережил много того, что ты даже представить себе не можешь в своих наивных фантазиях. Я чудовище, но если бы ни я, если бы не такие, как я, вампиры бы давно умерли. Им нужны слуги, помощники. Я нужен Эриху! Ты же ему не нужна! Или ты думаешь, Эриху хватает глотка твоей крови, чтобы насытиться? К нему приходят две-три женщины в неделю. Потому что он не хочет убить тебя. — Эдвард говорил на одном дыхании, очень злобно, пугающе. — Я чудовище! Я горд тем, что служу своему хозяину.

— Не смей больше трогать меня, или я расскажу твоему господину!

— Расскажешь? — Эдвард громко засмеялся. — Думаешь, ему есть до этого дело? Думаешь, он не знает? Его расстроит лишь то, что ты ноешь и жалуешься. Ему плевать на наши плотские утехи. Смотря на тебя, он видит вены, полные крови, и он желает лишь ее.

— Нет! Он не такой! Мы много говорим, ему нравится общаться со мной.

— Возможно, но тогда ты – говорящая кровь! — Эдвард стал смеяться еще громче, сотрясая тишину монастыря. Поняв, что ей гуля не переубедить, Марина снова бросилась бежать.

Эдвард вновь догнал девушку и, схватив за волосы, притянул к себе:

— Хватит бегать, надоела, ты забыла свой плащ, — гуль развернул Марину к себе и, накинув на нее плащ, завязал ремешки. Посмотрев на ее лицо, полное отчаянья, Эдвард провел по ее щеке пальцем, стирая разводы от слез. — Пообщайся с вампирами еще немного, и ты поймешь, что только чудовища могут выжить в этом мире. А то, что ты делаешь с Эрихом, погубит его, это не спасение, девочка, это смерть для вампиров, быть человечнее. Ты не спасаешь его душу, лишь терзаешь и мучаешь, и когда ты уйдешь, ему будет очень больно. Думаешь, я позволю тебе обидеть его?

— Я не уйду!

— Рано или поздно. Прими его кровь и будешь жить вечно, забудешь обо всем человеческом и будешь моей звериной подружкой.

— Нет! Я не могу, я нужна и другим людям.

— Ты нужна Эриху! — гулю хотелось сказать «мне».

— Я не оставлю его, поверь. Я поклялась себе, что спасу его душу во что бы то ни стало, это единственный способ для меня искупить свою вину перед родителями и Богом. И прекрати измываться надо мной! Я пытаюсь помочь твоему хозяину, ты должен быть мне благодарен! Я выполню свой долг, даже если на это потребуется вся моя жизнь.

— Очень короткая жизнь. — Эдвард отпустил Марину. — Иди, людишки ждут тебя.

Ей не требовалось говорить это дважды и, развернувшись, смертная быстро пошла от него прочь.

Комментарий к Глава 2. Испанская Принцесса. Часть 05. Смертное стадо [1] Альменда (нем. Allmende) — в странах средневековой Западной Европы земельные угодья (пастбища, леса, луга, пустоши, места рыбной ловли), находящиеся в общем пользовании (неподелённые земли) всех членов одной или нескольких общин.

[2] Каров (нем. Karow) — район Берлина. Первоначальное название деревни было Каре (нем. Kare), оно впервые упомянуто в документах 1375 года.

[3] Аббатство Хонихера – расположен в старом Карове (Alt-Karow). (не существовало в реальности). Расположен в тринадцати километрах от старого Берлина.

[4] Капелла (от лат. capella уменьшительное от сарра) — тип католического храма. На русский язык часто переводится словом «часовня». Тремеры называют Капеллой место своего обитания.

[5] Kloster vom Guten Hirten — монастырь Доброго пастыря.

====== Глава 2. Испанская Принцесса. Часть 06. Заложники ======

Беты (редакторы): Parenek

“12 июля 1806 года между Наполеоном и многими германскими государями (Бавария, Вюртемберг, Баден, Дармштадт, Клёве-Берг, Нассау и др.) был заключен договор, по условиям которого эти государи вступали между собой в союз, получивший название «Рейнский», под протекторатом Наполеона и с обязанностью держать для него шестидесятитысячное войско.

К Пруссии Наполеон начал относиться весьма бесцеремонно. Сначала он допускал мысль об образовании ею, вместе с Саксонией, Гессен-Касселем, Мекленбургом, Ольденбургом, Голштинией, ганзейскими городами и др., северно-германского союза или даже «империи», но затем, ничего не сообщив Пруссии, организовал Рейнский союз и приказал своим дипломатам мешать устройству какого бы то ни было другого немецкого союза, медиатизировал родственный Гогенцоллернам княжеский дом Турн-и-Таксис и допустил кое-какие захваты границ со стороны великого герцогства Бергского. Пруссия была недовольна и замаскированным присоединением Голландии. Наконец, в Берлине узнали, что, сделав попытку мирных переговоров с Англией, Наполеон выразил готовность возвратить ей Ганновер, на который Пруссия смотрела как на своё достояние. Поэтому прусское правительство решилось на ультиматум с требованиями очищения французами южной Германии и согласия на образование «Северного союза». Наполеон отверг этот ультиматум и поспешил начать наступление.

В первой же битве при Зальфельде, 10 октября 1806 года, пруссаки потерпели урон, за которым через несколько дней (14 октября) последовало их полное поражение под Йеною и Ауэрштедтом, отдавшее во власть Наполеона всю Германию до Эльбы. Через две недели после Йенского сражения Наполеон вступил в Берлин (27 октября); вскоре после этого сдались Штетин, Кюстрин и Магдебург. На ганзейские города была наложена тяжёлая контрибуция. Из Кенигсберга, куда удалился прусский двор, Фридрих-Вильгельм III умолял Наполеона прекратить войну, соглашаясь присоединиться к Рейнскому союзу; но победитель делался все требовательнее, и прусский король вынужден был продолжать борьбу. После занятия французами Данцига состоялся Тильзитский мир, сопровождавшийся встречей французского и русского императоров в павильоне посреди реки Неман.

По условиям Тильзитского договора Пруссия лишилась половины своих владений. Из польских земель, доставшихся Пруссии по первым двум разделам Речи Посполитой, было организовано великое герцогство Варшавское, поступившее под власть короля саксонского. У Пруссии были отняты все её владения между Рейном и Эльбой, в соединении с курфюршеством Гессенским, Брауншвейгом и южным Ганновером образовавшие королевство Вестфальское, во главе которого был поставлен брат Наполеона, Иероним, тоже примкнувший к Рейнскому союзу. Кроме того, Пруссия должна была выплатить огромную контрибуцию, содержать до окончательной расплаты за свой счёт французские гарнизоны и соблюдать разные стеснительные условия, выгодные для Франции (насчёт, например, военных дорог). Наполеон стал полным властелином Германии. Во многих местах вводились французские порядки, бывшие плодом революции и организаторской деятельности Наполеона. Деспотизм Наполеона и местных правителей, постоянные наборы в армию и высокие налоги тяжело отзывались на немецком народе, чувствовавшем своё унижение перед чужеземным владыкой”.

(Берлин, Берлинский Городской дворец, 11 декабря 1806 года)

Мужчина, сидящий в приемном зале Элизиума, был одет как настоящий денди. Темноволосая полногрудая девица рядом с ним казалась бледным отражением его мужественного величия. Она нервно покусывала ногти, поглядывая то на невысокого плотного господина в тяжелом плаще, то на своего спутника. Ровно в двенадцать в приемную комнату Принца зашла молодая девушка с круглым белым лицом, и денди вскочил, откланиваясь и подталкивая свою подругу. Господин в плаще лишь слегка склонил голову и, не поворачиваясь к девушке спиной, покинул комнату.

— Спасибо, Неил, — сказала девушка удаляющемуся слуге и перевела взгляд на оставшихся. — Чего ждем? Заходите!

И, не дожидаясь, когда они двинуться, сама открыла двери. За порогом сразу раскланялись гули, и, придерживая створки дверей, позволили гостям войти.

— Доброй ночи, — поприветствовал вошедших мужчина лет тридцати. На нем был очень дорогой сюртук, немного отстающий от моды, но его качество затмевало его устарелую форму. Лицо приветствующего было гладко выбрито, темные волосы аккуратно уложены, в движениях и фигуре чувствовалось уверенность и сосредоточенность. — Прошу вас, присаживайтесь, госпожа Виолетта, Принц Берлина будет с минуту на минуту, — сказал он девушке.