Чтение онлайн

Петр объяснил, что Марина – его новое приобретение в общественном стаде, но работает в капелле[4] лишь временно, продолжая служить человеческому Богу в монастыре Доброго пастыря[5]. Девушка, по мнению Петра, соответствовала предпочтениям Вентру, и Шериф согласился ее отведать. Эрих Петру никогда не отказывал из вежливости и, разумеется, желая скрыть тайну своего питания. В распоряжении Эриха был огромный монастырь в Каре, но не каждая женщина, проживающая в его стенах, могла возбудить его аппетит. Количество монашек, посещающих его покои, было весьма ограничено. Его влекло к особенной крови, как и всех остальных Вентру, и, прежде чем отведать новую подопечную Петра, Эрих либо долго изучал ее, либо просил оставить своей крови. И когда девица удалялась, Эрих мог на практике узнать подходит ли ему новая жертва или нет. Он очень трепетно относился к своим монашкам, и подходящих девиц оберегал и заботился о них, как о ценных дойных коровах.

Эрих провел Марину до гостиной в пасторском доме, который полностью перестроили под желания бессмертного, поставил перед ней стул без спинки и, сев напротив, на несколько часов увлекся своими рукописями не спеша заняться подарком Тремера. К сожалению, то, что девушка жила в монастыре, совсем не обязательно означало, что она соответствует его вкусам. Шериф хотел, чтобы женщина рассказал о себе и о своей вере в Бога, но его будничные дела в данный момент казались ему более важными. Марина же никуда не денется.

— Могу ли я предложить вам крови? — спросила девушка, устав просто сидеть часами.

Не дожидаясь ответа, она наклонила голову, открывая шею.

Шериф устало улыбнулся. Похоже, девица была уже осведомлена о том, что и как ей следует делать. Петр обработал сознание своего стада, а значит, любые оброненные слова будут доложены Тремеру. И если Эрих не будет сохранять осторожность, начнет задавать вопросы напрямую, он может раскрыть истинную тайну своих предпочтений и это станет достоянием общественности.

— Наполни своей кровью бокал, я выпью позже, — Шериф подал ей нож и красивый дорогой бокал. Девушка послушно вскрыла вены и наполнила сосуд.

Эрих старался сосредоточиться на чтении бумаг, но запах красной жидкости слишком сильно его отвлекал. Не поднимая на смертную взгляда, вампир не заметил, как показались его клыки.

— Вы так сильно голодны? — сохраняя спокойствие, спросила Марина.

— Да, я голоден. Я голоден всегда! Это нормально для вампира, — спокойно, с усмешкой, ответил Эрих.

Она пододвинула к нему бокал, почти до кроев наполненный ее кровью. Шериф поднялся и, не отводя взгляда от сосуда, указал девушке рукой на дверь.

— У вас есть чистая тряпица, чтобы перевязать мне руку?

— Глеб или Эдвард позаботятся о тебе, ступай.

Шериф почти силой выставил ее за дверь и, подняв бокал, осторожно принюхался. Будучи настоящими ценителями крови, Вентру тщательно скрывали свои стада и выбирали из смертных достойных аккуратно и тщательно. Эрих предпочитал людей набожных, с сильной верой, настоящей верой в высшую Силу. Людишек с таким набором качеств и рвений было мало. Эрих ценил их и хранил подальше от глаз других смертных и бессмертных.

Сделав маленьких глоток, Эрих расплылся в довольной улыбке. Девушка подходила, идеально соответствовала и была вкуснее многих, что прятал он в своих монастырях. Завернув монетку в бумажный конверт, Шериф послал деньги Тремеру со своим гулем. Тремер включит Марину в рацион для Эриха, и, скорее всего, Шериф будет единственным, кто будет питаться с этой смертной.

Петр почти столетие назад открыл в южном Берлине таверну. Строили ее почти десятилетие и ночные жители города были уверены, что Тремер хорошо оборудовал в новом доме свое жилье. На первом этаже таверны обслуживали смертных. Обычная кухня, обычные человечишки. Огромный зал, наполненный запахами подгорелой крупы и кислого вина, на втором этаже – чистые комнаты, где за талер можно было снять девушку на час. Все они – чтобы скрывать тайны, что прятал маг в своих подземельях.

К началу девятнадцатого века число Каинитов проживающих в Бранденбурге приближалось к тридцати, но Густав многим вампирам запрещал питаться в черте города или вообще во всем домене, что приводило несчастных к кормушке Тремера. Это делало Петра привилегированным жителем Берлина, несмотря на то, что Тремеры – Низший клан. Взамен за возможность поить Каинитов, Петр отплатил Принцу сложной и надежной системой охраны Элизиума. Магическая защита оберегала покои Густава, Принц же покровительствовал магу.

Петр предоставлял кровь и для Вентру. В его огромном борделе жило более тридцати девиц и многих устраивало пользоваться общественным стадом, а не разводить свое собственное. Так вся ответственность перекладывалась на Петра. И за столетие ни одна девица не вздумала сбежать или рассказать кому-то лишнего, поэтому его бизнес процветал.

По словам Тремера, Марина была обычным человеком, не пила кровь вампиров и не жила в капелле Петра. Обработав ей разум, он запретил говорить кому-либо о вампирах, и обо всем, что с ними связанно. Ее обычная человеческая жизнь осталась неизменной, она так же жила в монастыре, работала за гроши, общалась со смертными. А ночью, переодевшись в обычное платье, бежала к бессмертным ради неземного наслаждения – Поцелуя. И хотя заставить девушку покинуть один монастырь и начать жить в его собственном была легкая и решаемая задача для Эриха, Шериф решил не привлекать внимания Петра и оставить пока все, как есть.

(Альт-Каров, Альменда Каре, «Аббатство Хонихера», 19 июня 1806 года) четверг

Сухое лето выжигало поля, и покрытое тонким слоем пыли крылечко у пасторского домика, было горячим даже ночью. Марина сидела на камнях, и всматривалась в черноту неба. Девушка не предупредила Эриха и вампир не ждал ее появления, но у нее был свободный вечер и смертную безудержно тянуло сюда. Солнце село уже давно и, устав ждать неизвестности, Марина заглянула в помещение пастыря. Комнаты оказались пусты. Марина не рискнула заглянуть в кабинет Эриха и, побродив по небольшим аскетическим приемным покоям, вновь вышла на улицу, ожидать его на крылечке. Однако стоило ей присесть, как кто-то обхватил ее со спины и прижал нож к горлу.

— Кто такая? — строго спросил Эдвард.

— Я от Петра, к Эриху Хонихеру, — быстро пояснила девушка.

— Стадо Тремера? — переспросил гуль. — И где твое сердце? Эрих не любит лярв.

— Что? — не поняла Марина.

— Ну, заходи, раз пришла. — Мужчина оттолкнул ее и открыл двери.

— Эриха нет, он придет?

— Да, скоро будет, посиди в приемной.

Девушка испугано потрогала свою шею, проверяя, что гуль не порезал ее, и, закрыв за собой двери, осталась ждать вампира в темном и пустом доме. Эрих действительно пришел через полчаса. Взглянув на девушку, он поднял брови и удивленно спросил:

— Марина?

— Я подумала, вы захотите моей крови, — произнесла девушка, снимая тонкую шаль с плеч. Марина выглядела как обычная жертва «вампирского поцелуя», она смотрела вампиру в рот и была готова подставлять свою шею.

Эрих жадно сглотнул.

— Любишь вампирский Поцелуй?

— Да, он приносит успокоение. — Марина ловила его взгляд, но Эрих не смотрел на девушку – он поспешил подняться в свой кабинет. Смертная шла следом, не дожидаясь приглашения.

— Как и любой другой наркотик, — продолжал говорить с ней вампир.