Чтение онлайн

– Ох уж эти бизнесмены!
– вздохнула Элинор. Странно, но она вовсе не казалась разочарованной тем, что её приятель, муж Тони, может и не приехать. Вдруг Тони пришло в голову, что, возможно, он уже сам связался с Элинор и сообщил ей о своих планах - от этой мысли она вскипела. Тем временем Элинор продолжала щебетать, рассказывая, кто ещё приедет. ...Холты, само собой разумеется, ну и Гэрисоны...

– Как, и Дик Гэрисон придет?

– Да, по крайней мере, Аманда сказала, что он тоже будет.
– Элинор рассмеялась.
– Впрочем, бедняжка всякий раз это обещает, а потом неизменно приходит одна. Так, дай вспомнить, кто там еще... Ну, ещё кое-какие люди, которых ты не знаешь, но которых мы приглашаем с ответными визитами. Разумеется, я надеюсь, что они все отвалят пораньше, а мы уж останемся, и тогда вдоволь повеселимся в тесном кругу...
– Чуть помолчав, Элинор добавила: - Да, у нас будет одна новенькая дамочка - я пригласила Китти. Я имею в виду дочку леди Кутилоу - ту самую, про которую говорят, будто она с Луны свалилась. Знаешь ее?

– Да, мы однажды встречались, - кивнула Тони, прижимая трубку к уху. Полминуты, не больше. Надеюсь, физиономия у неё не всегда такая вытянутая?

– Всегда, - хихикнула Элинор.
– Она просто редкостная зануда. Но дело в том, что она приводит с собой нашего нового доктора - того самого, который временно замещает Бернарда. А он, говорят, просто сногсшибателен!

– Да что ты? А какое отношение он имеет к Китти?

– Она его кузина. А леди Кутилоу он доводится племянником - через неё Бернард его и нашел. И у него, между прочим, весьма интересная репутация. Не говоря уж о том, что он высокий, статный и очень даже недурен собой...

Тони расхохоталась.

– Для кого ты его намечаешь, Элинор?

– Намечаю? В каком смысле?

– Но ведь не для себя же, верно?
– в голосе Тони послышались ледяные нотки.
– В том смысле, что не можешь же ты их всех переиметь. У тебя и так Майк есть - когда тебе Николя позволяет, во всяком случае, - а теперь, похоже, ты ещё моего безвольного муженька подцепила...

– Тони, что ты несешь, черт побери?

– Не притворяйся, Элинор - ты отлично знаешь, что я имею в виду.

– Я знаю только то, что ты говоришь со мной совершенно недопустимым тоном, - отрезала Элинор.
– Хотя, возможно, я ещё не проснулась, и мне это просто померещилось... Скажи, Тони, а ты случайно не заболела?

– Нет, я...

Не надо мне было затевать этот разговор. Намекать, ревность демонстрировать. Зря я так. А, сказав "а", надо было сказать и "б". Довести начатое до конца. Правда, это все без толку - Элинор все равно бы все отрицала. Прикинется ещё оскорбленной, а потом Бену все выложит, а он на меня взъестся, и все - вечеринка безнадежно испорчена...

– Что ты имела в виду насчет Майка и Николя, Тони? Я, наверное, не поняла.

Ну вот, разве такую припрешь к стенке?

– Не притворяйся, Элинор, ты все отлично понимаешь. Ты сама нам с Беном рассказывала...

– Господи, Тони, это же шутка была - просто, чтобы Майка подразнить. И нечего кричать об этом на весь Уиндлбери, пока все телефонисты не собрались. Мне очень жаль, Тони, если у тебя какие-то неприятности, но не стоит...

– Извини, - вздохнула Тони.
– Будем считать, что этого разговора не было.

– Хорошо.
– Чуть поколебавшись, Элинор промолвила: - Послушай, Тони, а почему бы тебе ни познакомиться с нашим новым доктором? Его зовут Джеймс Торчленд. В том смысле, что если у тебя дурное настроение... Мне бы не хотелось, чтобы ты пропустила эту вечеринку. Как ты на это смотришь?

Положив минуту спустя трубку, после бесчисленных уверений в любви и дружбе, Элинор сдвинула брови и призадумалась. Затем снова сняла трубку и набрала номер.

– Да? Кто это?
– прозвучало в трубке.

Глубокий гортанный голос, речь немного ленивая, вкрадчивая. Николя Холт всегда отличала именно такая манера разговаривать. Причем это вовсе не было наиграно, нет, голос Николя полностью соответствовал её облику и образу поведения. Мужчины находили её голос возбуждающим и даже призывным.

Элинор прекрасно понимала своего мужа, который был не на шутку увлечен Николя. И не только её удивительным голосом - фигура у Николя тоже была прекрасная, гибкая как у пантеры. Сходство с кошкой усиливалось благодаря удивительным зеленым глазам, в которых мерцали огоньки. Элинор не раз говорила Майку, что будь сама мужчиной, непременно влюбилась бы в Николя.

– Ники, милая, доброе утро.

– Элли! Ты почему в такую рань звонишь?

– Извини, золотце. Надеюсь, не разбудила?

– Да, я уже накормила своего Ромео и... Подожди секундочку - пойду чмокну его на прощание.

Элинор терпеливо ждала, слушая, как подруга напутствует мужа - рули осторожно, не задерживайся, не забудь - Майк с Элли зовут нас на вечеринку... Наконец голоса стихли и послышались шаги.

– Извини, Элли, Оливер только-только уехал.
– Голос Ники слегка прерывался, словно она запыхалась, спеша к телефону.
– Боюсь, он опять на поезд опоздает. Все твердит, что это я виновата...
– Она весело рассмеялась.
– И ведь он прав. Нам нужен другой будильник - мы опять полночи пробарахтались и не слышали звонка. Так о чем мы с тобой говорили?

– Пока ни о чем, - засмеялась Элинор.
– Я хотела пригласить тебя на чашку кофе, вот и все. Заскочишь?

– С удовольствием, - промурлыкала Николя.
– Когда?

– В любое время. Правда, я бы хотела часиков в одиннадцать прошвырнуться по магазинам. В десять удобно?

– Да, вполне. Кстати, тебе ведь наверняка понадобится моя помощь. Почему бы тогда...

– Да нет, Николя, я сама справлюсь. Мне просто хочется поболтать с тобой. Насчет... В общем, давай - приходи быстрее.

Элинор повесила трубку. Пора, пожалуй, одеться, решила она. Николя непредсказуема - она может совсем забыть, что обещала прийти, а может и примчаться буквально несколько минут спустя. Дома их разделяли всего две сотни ярдов: Прейер-Лейн, слегка изгибаясь, вела от Вэлли-Роуд к Купер-Райз, и на всем её протяжении были всего три дома, и в том числе особняки, которые принадлежали Гэрисонам и Холтам. "Тихий омут" и "Пьяный дервиш", так они назывались. А вот Бен и Тони Вальдшнепы жили милях в трех-четырех от них, в старинном доме, именовавшемся скромнее - "Гнездо вальдшнепа". Эта семерка - муж Аманды Гэрисон был не в счет, поскольку относился к старшему поколению и не принимал участия в их забавах - и составляла ядро молодежной общественной жизни Уиндлбери-Снайпа. Молодежью их, конечно, можно было назвать с той лишь оговоркой, что в деревушке средний возраст девяти из десяти жителей приближался скорее к семидесяти, нежели к шестидесяти годам.

Главное, что все они были молоды духом. И - готовы взять от жизни по максимуму. Склонны порезвиться. За исключением разве что Тони, которая, по сравнению, с остальными, слыла Синим чулком. И Элинор была полна решимости это исправить.

Развязав пояс, она избавилась от халата, стряхнув его с плеч. Затем чуть поколебалась, не в силах решить, стоит ли делать гимнастику - наклоны, потягивания и прочие занудные упражнения, необходимые для того, чтобы поддерживать красоту тела... Что ж, её тело было и правда необыкновенно красиво, и Элинор оно нравилось даже больше, чем раньше, когда она работала моделью. Сейчас она казалась себе куда более женственной и притягательной. Впрочем, об этом лучше судить мужчинам... Причем - не самым целомудренным. Мысли её невольно унеслись к Майку, который сейчас трясся в поезде по пути в Лондон, где работал на одной из служб Би-Би-Си. Потом она мысленно представила Оливера Холта, рекламного агента, и его подружку Аманду Гэрисон, писательницу... Господи, подумала Элинор, поворачиваясь перед зеркалом, чтобы полюбоваться силуэтом своих обнаженных грудей, занятная у нас все-таки компания!