Чтение онлайн

И метнула алчный взгляд на Джеймса. Элинор подтолкнула его вперед.

– Аманда, это Джеймс Торчленд - наш восхитительный новый доктор! Джеймс, познакомьтесь с Амандой Гэрисон.

Джеймс осторожно пожал костлявую ладошку, прикидываясь, что видит Аманду впервые. Ему пришло в голову, что старина Кайт зааплодировал бы его тактичности.

– Вы живете недалеко отсюда?
– вежливо осведомился он.

– До неё от нас рукой подать!
– со смехом ответила за подругу Элинор.
– Между прочим, Джеймс, она книги пишет!

– Вот как?
– с деланным интересом переспросил Джеймс. И тут же хлопнул себя по лбу.
– Ну конечно! Теперь я вспомнил, откуда знаю вашу фамилию. Вы ведь написали роман, который называется "Бабочки", верно?

Об этом ему рассказала Майра Уотерс, регистраторша. Аманда, заметно польщенная, расцвела, потом поведала, что хочет поздороваться с Оливером.

– Вы поразили её в самое сердце, - игриво заметила Элинор, когда Аманда удалилась.

– А кто такой Оливер?

– Муж Николя. Вы его видели - смешной пузанчик, который увел её с собой.
– Джеймс кивнул, и Элеонора продолжила: - Оливер не на шутку увлечен Амандой. Между нами, Джеймс - на мой, взгляд, она - извращенка. Хотя бедняжка не виновата - у неё такой старый муж, что поневоле начинаешь бросаться во все крайности. Так что, на месте Оливера, я бы держала ухо востро.

– А Николя в курсе?
– полюбопытствовал Джеймс.
– Я имею в виду Оливера и Аманду.

– О, разумеется, - усмехнулась Элинор.
– Об этом все знают. Ну и потом, они же никому ничего дурного не делают. Не говоря уж о том, что Николя обожает Майка. Майк - это мой муж, самый толстый здесь...

– Тот, который нас встретил, да? С рыжими кудрями...?

Элинор звонко расхохоталась.

– Да, то немногое, что уцелело от его шевелюры, можно, наверное, назвать рыжими, но только скорее патлами, а не кудрями. Ну так вот, Майк и Николя вовсю крутят шуры-муры, и меня это очень устраивает. Николя ведь такая прелесть, не правда ли? Вы не находите, что у неё потрясающая фигура?
– Джеймс кивнул, вспоминая статную фигуру и зеленые глаза.
– Я вас не пугаю?
– спросила Элинор, неожиданно серьезным тоном.
– Надеюсь, что не очень. Просто мне кажется, что если время от времени обмениваться партнерами, то жизнь становится куда веселее. А вы так не считаете?

Джеймс задумчиво потер подбородок. Потом спросил:

– А среди вас самих обиженных не остается? Например, если ваш супруг ухаживает за Николя, то кто остается вам? Вы не чувствуете себя брошенной?

Элинор загадочно улыбнулась в ответ и повела оголенными плечами.

– Да, врачи всегда пытаются докопаться до самой сути, - промолвила она.
– Я могу рассчитывать, что все останется между нами?

Джеймс молча кивнул. Элинор наклонилась к нему и зашептала прямо в ухо:

– Сейчас у меня безумный роман с Беном Вальдшнепом, мужем Тони. Только, Бога ради, не проболтайтесь Тони, не то...

– А она об этом не подозревает?

– Разве что самую малость. Но...

– А с кем же тогда остается она?

– Именно это нас всех и беспокоит, Джеймс.
– Элинор пропустила его локоть под свою руку и прижала к своей правой груди.
– Да, Тони нас очень заботит. Собственно говоря, - она покосилась на Джеймса и ещё сильнее прижала его локоть к упругой груди, - я даже хотела спросить вас, не согласитесь ли вы... м-мм, немного поднять ей настроение? Оказать ей немного внимания? Она ведь такая миленькая...

– Да, она очаровательна, - согласился Джеймс. В голове его тут же всплыли слова Тони, которая настоятельно просила, чтобы никто даже не заподозрил об их отношениях. Что ж, никто так никто. Джеймс был не только истым рыцарем, но и человеком слова, и никогда не подводил своих дам. Однако сейчас, касаясь рукой груди Элинор и вдыхая тонкий аромат её духов, Джеймс почувствовал, что голова его начинает легонько кружиться. Тони была в другой комнате, а Элинор - совсем рядом, манящая и дразнящая... Джеймс скользнул глазами по полуобнаженной груди Элинор, приоткрытой весьма смелым декольте, затем взгляд его упал на её пухлые, чувствительные губы. Элинор, перехватив его взгляд, улыбнулась.
– Изумительно...
– пробормотал Джеймс. И тут же спохватился: - Я имею в виду Тони.
– После некоторого замешательства он добавил: - Видите ли, Элинор, я бы с удовольствием сблизился с ней, но не настолько, как у вас... принято. То есть, мне бы это было, наверное, приятно, но Тони, по-моему, сделана из совсем другого теста. Она, как бы выразиться - правильная. Вы меня понимаете?

– Вполне, - закивала Элинор и как бы невзначай прильнула к нему всем телом.
– Я вас полностью понимаю.

Джеймсу показалось, что сейчас речь идет уже о его отношении вовсе не к Тони, а к самой Элинор. Во всяком случае, Элинор не скрывала, что польщена тем явным интересом, который всколыхнула в молодом докторе. Джеймс поспешил снова переключить беседу на Тони.

– Мне бы не хотелось, чтобы вы подумали, что Тони мне не понравилась, - сказал он.
– Напротив, она мне очень даже по душе. Однако она чересчур серьезная. К тому же, по правде говоря, она не настолько привлекательна, как...
– И он снова скользнул взглядом по декольте Элинор, на сей раз позволив себе заглянуть поглубже и долго не отводить взор.

Элинор задышала чаще.

– На что это вы намекаете, доктор?
– прошептала она.

– Я...

Так - Китти снова наблюдает за ним. С выпученными глазами. Что ж, немудрено - Элинор почти в открытую терлась об него всем телом. Черт бы побрал эту пучеглазую зануду!

– Не поворачивайтесь, - прошептал он в ответ.
– Моя кузина так и пожирает нас глазами. Поскольку на карту поставлена моя карьера, я должен соблюдать осторожность.

– Не понимаю.

– От меня требуют безукоризненного поведения, - со вздохом пояснил Джеймс.
– Целомудренности - иными словами. Тетка у меня довольно строгая, а её решение важно для меня не меньше, чем благословение старины Кайта-Фортескью. Китти же спит и видит, как бы разрушить мои планы. Поэтому и приходится изворачиваться...

– Я прослежу, - прошипела Элинор, - чтобы ваша драгоценная кузина отправилась домой пораньше.

Джеймс уважительно кивнул. Эта блондинка явно была не промах. Главное, чтобы она слов на ветер не бросала.

– Что ж, - сказал он, - в таком случае уважу вашу просьбу - развлеку немножко Тони.

Тони он отыскал не сразу. Сначала его перехватила кучка бездельников, в центре которой тусовались Аманда Гэрисон и Оливер Холт. При виде этой парочки, тощей как вобла Аманды и бегемотоподобного Оливера, Джеймс поневоле попытался представить, что их связывает? Как они доставляют друг другу удовольствие - обычным способом, либо Аманда сама доводит себя до оргазма на глазах у пузанчика? Если да, то - что находит в этом сам Оливер? Может, они изобрели какой-нибудь культовый ритуал? Что ж, нужно будет мимоходом поинтересоваться этим, когда Аманда придет к нему на прием...

После того, как они перекинулись несколькими ничего не значащими фразами, Аманда вдруг сказала, пристально глядя ему в глаза:

– О, доктор, мне бы очень хотелось обратиться к вам за помощью. Меня совсем замучил аллергический насморк, а от пилюль, которые прописал мне доктор Кайт-Фортескью, толку мало...

– Что ж, попробуем что-нибудь другое, - жизнерадостно провозгласил Джеймс.
– Никакой аллергии у Аманды и в помине не было. Во всяком случае, её история болезни об этом умалчивала. Просто писательница заранее обеспечивала предлог для того, чтобы всласть помастурбировать перед ним. Позвоните миссис Уотерс, - закончил он, - и она запишет вас на прием. В любое удобное для вас время.

– Обязательно, доктор. Спасибо вам.
– Джеймс откланялся, и уже собрался было удалиться, когда Аманда повернулась к нему лицом и вполголоса сказала:

– Вы даже не представляете, Джеймс, как я вам признательна.

– Да ну что вы!
– смутился Джеймс.
– Только...

– Вы такой внимательный, чуткий. Бернард Кайт-Фортескью должен вами гордиться. Я считаю, что вы для него - просто находка.

Раскланявшись с Амандой, Джеймс продвинулся дальше - толпа уже заметно поредела - и вдруг столкнулся нос к носу с Николя. Зеленые глазищи оценивающе смерили его снизу доверху, а рука змейкой обвилась вокруг его локтя.