Чтение онлайн

– А я, значит, буду отмечать одна.

– Хочешь, я попрошу Спенсера вернуться и составить тебе компанию?

– Нет, не надо. Пусть побудет с братом. Я… поеду в клуб, потанцую, выпью.

– Одна?
– удивленно.

– Ну а почему нет? Ты ведь не можешь пойти со мной, - не удерживаюсь от упрека.

Обычно я спокойно реагирую на экстренные поездки мужа, но не сегодня. Когда я так долго настраивалась и, наконец, настроилась на неприятный разговор с ним, он ускользает от меня. И я раздражена.

– Окей. Но будь осторожна. И не езди на машине. Вызови такси.

– Обязательно, - усмехаюсь.

– Я позвоню, как смогу.

– Буду ждать тебя дома.

– Я люблю тебя.

– Пока.

Ответить ему тем же не могу. Не смогла ни разу с тех пор, как вернулась домой. Язык не поворачивается солгать.

С погасшим телефоном в руке на некоторое время замираю посреди комнаты, потом вздрагиваю и набираю номер такси.

По дороге в клуб оживленно болтаю со словоохотливым водителем. Несмотря на тяжелый день - или благодаря ему, - мне весело и легко. Я реально собираюсь танцевать и отрываться.

Кто-то сказал бы, что мое состояние предистеричное, и мне бы не в клуб, а таблетку и под одеяло, но мне норм. А выпью пару бокалов - и пофиг, что буквально недавно давала себе слово больше не пить, - станет еще лучше.

В клубе прошу себе отдельную кабинку и заказываю сразу две бутылки "Мартини" - для начала. Я бывала здесь уже не раз, и с подругами, и с Расом, меня знали и старались угодить.

Брезгливо вынув из бокала и швырнув в пепельницу зубочистку с оливками, наливаю мартини до краев и выпиваю залпом. Повторяю, а потом устремляюсь на танцпол, начиная танцевать еще в дверях кабинки.

Я широко улыбаюсь, я раскована и обольстительна. На меня, конечно же, обращают внимание, кто-то обсуждает, а кто-то увязывается вслед за мной.

Вечер, переходящий в ночь, обещает быть удачным.

В свою кабинку возвращаюсь только часа через два - дать немного отдыха ноющим от каблуков ногам. И в который раз запоздало думаю, что следовало надевать более гуманные в этом отношении кеды.

"В следующий раз обязательно", - традиционно обещаю себе.

Одной рукой наполняю свой сиротливый бокал, второй достаю из сумочки телефон - привычка. Хмурюсь, обнаружив целую кучу пропущенных вызовов - один от Рассела и еще восемь звонков с номера, что не определен. Хочу перезвонить мужу, но, взглянув на часы, понимаю, что он в воздухе, и откладываю звонок на потом.

Допив первую порцию мартини, наливаю еще одну - или две, кто считает?
– и возвращаюсь на танцпол. И вновь отжигаю со всеми подряд, и с мужчинами, и с дружелюбно настроенными девушками.

Еще через час активных танцев и регулярного наведывания в бар за новым шотом или коктейлем решаю, что хватит с меня. Натанцевалась.

Отклонив два предложения продолжить, на нетвердых ногах шагаю в кабинку за оставленными вещами. Сунув купюры в чекбук, набираю номер мужа - вдруг уже приземлился. Я понятия не имею, где эта Богота и сколько до нее лететь. Идут попытки дозвона, когда дверь в кабинку распахивается, и за спиной испуганного официанта я вижу помощника Рассела.

– Миссис О'Грейди, извините, что прерываю ваш вечер, но вы должны поехать со мной.

– А что…? К-куда?..
– сбивчиво.
– Где Рассел?

– Пожалуйста, не задавайте вопросов и следуйте за мной.

Сурово. Холодно. Официально. Непонятно…

– Куда? И зачем?
– повторяю тверже.
– Что случилось? Я могу позвонить мужу?

Опускает взгляд.

– Позвонить можете. Но он вам не ответит. Я прошу вас пройти со мной.

Не хочу с ним спорить, смотрю на экран - никаких следов вызова. Значит, сбросил. Или недоступен. Убираю телефон в сумку.

– Если я пойду, вы мне объясните, что происходит?

– Да, конечно. Сразу, как только мы уйдем отсюда.

– Тогда идемте.

Я встаю.

Следуя за МакАртуром, улыбаюсь полуобморочному официанту, обхожу толпу танцующих и с наслаждением глотаю свежий воздух, оказавшись на улице.

Задняя дверь приткнутого у самого входа тонированного "Рэндж Ровер" открывается, и правая рука мужа замирает возле нее. Залажу внутрь, он садится рядом. Но говорить не торопится.

– Куда мы едем?

– К вам домой.

Очень информативно…

– Слушайте, Рэй, я бы прекрасно добралась и на такси. Уже как раз собиралась. Что это за показательное представление? Вы бы еще спецназовцев в полной экипировке притащили для аутентичности. Что происходит вообще? И где Рассел?

– Сейчас мы приедем, и я все вам расскажу.

– Хотелось бы верить, но это я уже слышала, а никакой информации до сих пор не получила. Вы не понимаете, что пугаете меня?

– Поверьте, это не нарочно, - он предельно вежлив и предупредителен.

Взгляд открытый и честный. Злиться просто невозможно, и, сдаваясь, я бурчу:

– Очень на это рассчитываю.

Когда джип замирает возле дома, Рэй выходит и подает мне руку.

Игнорирую из чистого упрямства и едва не падаю, споткнувшись, когда вижу по краям машины двоих вооруженных людей в черных балаклавах - это что, МакАртур так издевается надо мной?

Попросила маски-шоу, и вот…

Стреляю в него глазами - ноль реакции. Отвернувшись, быстро иду к двери. Рэй не отстает, как и автоматчики. Но в дом не заходят, остаются - кажется, правильно говорить "рассредоточиваются" - на крыльце.

Разворачиваюсь к помощнику и, не сдерживая гнева, чеканю по слогам:

– Что? Это?
– голова наклонена к двери.

– Миссис Оу, присядьте, пожалуйста, - ведет рукой в сторону широкого дивана.
– У меня плохие новости.

На этих словах я каменею. Буквально чувствую, как конечности и другие части тела мне отказывают - не могу ни двигаться, ни говорить, ни даже моргать. И дыхание останавливается. Я впиваюсь в него требовательным, умоляющим взглядом и жду продолжения.

– Вы не можете позвонить мужу. Он вам не ответит, потому что его убили. Чуть более двух часов назад… Мне очень жаль.