Чтение онлайн

Ученик некроманта поднялся с колен, но не поднимая головы, отошёл от стола некроманта, не забыв передать книгу своему учителю. Некромант проводил взглядом своего ученика, и удостоверившись, что ученик исполняет его приказ, вернулся к своим размышлениям, положив руку на книгу, которая была написана для него, по словам Бога Смерти.

Наблюдая за тем, как его ученики разбрасываюсь абсолютно всё, что попадает под руку, ища более-менее интересные предметы или книги. Всё, что они считали таковым, отправлялось в центр мастерской, образуя огромную кучу, от которой исходила энергия древней мощи, образуя уже видимый ореол очертаний. Некромант, что стал видеть проявление Силы воочию, после прочтения Книги Жизни и обретения скелетной руки, поразился тому, сколь мощные вещи хранились в его мастерской. Только теперь он стал различать истинную мощь каждого из артефактов, что он собирал всю свою жизнь. Он наблюдал за радугой, которой озарялся ореол Силы от предметов в центре зала, завороженно следя за переливами артефактов.

Так продолжалось более сорока ударов сердца, пока не раздался шелест, который заглушил все звуки в мастерской. Оторвавшись от артефактов, Тревор повернул голову в сторону, откуда был слышен шелест. Шелестом оказался своего рода телепорт его подмастерий. Некромант увидел обоих своих мастеров, но те были несколько потрёпаны. У вампира не хватало правой руки и четверти головы, но стоял он крайне уверенно, держа скелет эльфа здоровой рукой. Эльф, вернее то, что от него осталось, представлял собой более страшную картину. Костей у него поубавилось почти вдвое, ступню и таз не соединяло ничего, кроме силы магии, череп у него отсутствовал в принципе, лишь темнейшая чернота, в которой пылали огни, кроваво-красные сполохи пламени, глаз. Некромант осмотрел мастеров, что помогали ему и довольно хмыкнул. Он понимал, что что-то произошло, но терпеливо ждал слов от своих слуг. И вампир заговорил, с трудом подбирая слова, с трудом произнося слова на общем языке:

— У… Учитель. Мы. Мы провалили. За… Задание. Учитель. Тролли наш… Нашли. Защиту. Им помо… Помогают орки. Двад…. Двадцать шаманов. Пленили нас. Сбежали. Но, пострадали. — произнес вампир.

— Даан тебя побери, Кром. Я не понимаю, что ты несёшь! — зло крикнул некромант своему слуге. — Потерпи, сейчас будет больно.

С этими словами он закрыл глаза и сосредоточился на своих подмастерьях. Сосредоточившись, некромант обратил свои мысли к стражам времени, возвращая прежний вид своим слугам. Когда некромант вернул прежний вид подмастерьям, Тревор почувствовал откат магии, который впечатал его в кресло, давя на него, словно туша дракона, что упала на маленького человека. Всё же стражи времени не любили, когда смертные врывались в их владения. Придя в себя, некромант удовлетворенно смотрел на результат своей работы, разглядывая слуг, что были, как прежде.

— Теперь продолжай. — приказал некромант тихим, уставшим голосом.

— Учитель, у троллей появились союзники. Они сговорились с орками. Нас пленили двадцать шаманов орков и пять стихийников троллей. Мы чудом сбежали, потеряв часть себя при переносе. Они стали крайне сильны для нас, простите… — проговорил быстро, как скороговорку, Дран, восстановленный скелет-мастер.

— Сильнее, значит? — задумался Тревор. — Не так уж страшно, как поглядеть. Теперь и вас не двое. С вами будут сильнейшие из сильнейших.

И некромант повел рукой перед собой, как бы открывая глаза подмастерьям на то, что творилось в мастерской. Мастера некроманта обернулись и увидели всех пятерых учеников Тревора. Они непроизвольно склонили голову, верь помимо мастера в мастерской были и все пятеро его учеников, сильнейших из сильных. Некромант, увидев данное проявление уважения к своим ученикам, засмеялся. Щелкнув пальцами, Тревор без слов подозвал к себе своих учеников, отвлекая их от поисков всего магического.

Они беспрекословно исполнили приказ своего учителя, направившись к столу, за которым сидел некромант. Подойдя к Тревору и заняв место позади него, ученики некроманта молча встали друг рядом с другом, смотря вперед невидящим взглядом, как было всегда, когда некромант собирал всех пятерых для показа их силы.

— А теперь, мастера, поговорим. Расскажите нам о том драконе, что вы нашли. Я должен знать всё, что не попало в тот манускрипт. Рассказывайте, мы должны сделать то, что вы пытались. Не бойся, восьмерым тёмным хватит сил заточить Силу и Душу дракона. Захватим его, а потом Исса и Купер разберутся с вашей проблемой с троллями и орками.

— Да, Учитель… В общем, дракон этот оказался сильнее, чем мы думали. А сила его заключается в….

И два подмастерья начали свой рассказ, дополняя слова друг друга и изредка перебивая…

I

Олловин вышел из лощины, в которой тренировался последние несколько лун и оглядел мир, что предстал перед ним.

Перед юным воином открылась долина на столь большая, что тянулась до самого горизонта, изредка проряжаемая странными игольчатыми строениями. Выжженая красная земля была похожа на чью-то безумную картину, а не на часть природы. Война уничтожила всё. От зелёных могучих деревьев, до черноты земли, столь ужасна она была. Приглядевшись, Олловин увидел, как земля то тут, то там дымилась, и до юноши доносился запах, вызывающий рвотный рефлекс. Запах был похож на смесь серы и трупного аромата, что говорило о том, что даже спустя многие луны, тела и кости павших тут горели бесконечным пламенем.

Олловин помнил, как ему говорил учитель, что тёмная магия способна выжигать жизнь из всего, даже из земли, но он не верил. А сейчас, смотря на бескрайнюю долину, что была выжжена от земли до неба, парень понимал, что его учитель ему не лгал. Увиденное пугало юного воина, столь сильно, что он стал робко отступать в сторону прохода в горах, из которого он вышел недавно. Когда он почти дошёл до входа в лощину, его тело перестало его слушаться, и юноша вновь услышал голос в голове:

«Олловин, я могу тебя обрадовать, ровно так же, как и огорчить. Я не ощущаю в данном месте тёмной магии. Всю данную долину залили светлой магией, которая уничтожила всё живое. Я видел такую магию раньше, подобной была уничтожена целая деревня культистов по моей вине. Теперь нам точно нужно в Столицу. Только там мы узнаем ответ на то, что тут происходит. Да и экипировку для тебя найти там проще.»

— Святая магия? Т-ты уверен? — заикаясь, спросил Олловин в пустоту, обращаясь к Аэгрону.

«Да, юноша. Магия тут была только святая. Я ей сам пользовался в своё время. И прекрасно помню последствия. Так что, давай пока без вопросов, пора выдвигаться в путь. И тебе нужно найти таверну, погода меняется, скоро будет буря, которую лучше переждать под крышей.»

— Буря? Да, надо идти тогда… Только в какой стороне Столица?

«Иди всегда на запад. И ты не ошибёшься, Столица на закате.» — произнёс голос у Олловина в голове. И юноша молча, хоть и крайне понуро, стал отходить от входа в лощину, осторожно ступая на красную, мёртвую землю, которая хрустела под каждым его шагом.

Сделав несколько первых шагов, молодой воин стал ощущать себя увереннее, с каждым шагом более твёрдо ставя ногу в сыпучую почву. Подняв голову к нему, Олловин посмотрел на солнце и улыбнулся его яркому свечению. Юноша смотрел на чистое небо, на котором не было видно ни единого облака, и не понимал, как в этой голубизне могла появиться буря. Но он понимал, по горькому опыту помня, что величайший герой всех времён, чья душа делит с ним тело, юноша понимал, что Аэгрон не ошибается. Поэтому, погревшись в лучах яркого солнца, молодой воин решительно двинулся в сторону заката.

Юноша шёл, задумавшись обо всём произошедшем. Олловин шёл, потупив взгляд, не обращая внимания на происходящее, его голова была забита кадрами из боя с его учителем, кадрами выгоревшей земли и картинками из прошлого его нового наставника. Но, вопреки рекам магии, солнце неустанно стало склоняться к земле, представляя силу для сумерек. А вечер, равно как и ночь — время для различных тёмных тварей, как говорили все вокруг Олловина, от родителей, до храмовых служителей. Юношу в себя привёл жуткий вой, который раздался где-то позади. Оглядевшись вокруг, Олловин увидел, что солнце уже почти коснулось горизонта, и темень ночи начала брать своё. Наблюдая за закатом, юноша вспомнил отрывок стиха-страшилки, одного из тех, которым пугают детей.