Чтение онлайн

Однако любая черная магия требовала жертвы, поэтому на губе принца появилась небольшая кровоточащая ранка. Игнорируя ее, Руперт продолжил методично, один за другим брать патроны из коробки и откусывать части нитей, не обращая внимания, что кровь из губы капает все сильнее с каждым новым укусом. Остановился он лишь тогда, когда на столе набралась уже целая кучка патронов, а Баден наконец схватил его за запястье:

– Ваше высочество! Больно?!

Тотчас подбежала Тори и с состраданием в глазах принялась промакивать кровь на его губе чистым платочком. Стоя неподвижно и закрыв глаза, принц покорно позволял ей ухаживать за собой.

– Ничего страшного, – равнодушно ответил он на вопрос Бадена.

Тори стояла перед ним, страдальчески прикусив губу, и смотрела глазами, полными немого сочувствия. Руперт взглянул на нее, и его собственный взгляд потеплел. Он ласково погладил ее по голове.

На некоторое время воцарилась тишина, но рыцарь вскоре нарушил ее:

– Вы намерены оставить девицу де Белуа при себе?

Руперт, уже погрузившийся в бумаги за столом, медленно выпрямился и взглянул на Бадена.

Де Белуа. Это имя не давало Руперту покоя. Стоило мысленно произнести его, как в памяти появлялся образ девчонки с румяными, словно спелые персики, щеками. Принц тотчас нахмурился.

– Мм, – неопределенно отозвался он.

– Это опасно, ваше высочество, – заметил Баден.

– Да ну, – сказал Руперт.

– Зачем она вам? – спросил рыцарь. – Она ведь даже не умна… Впрочем, будь она умна, было бы еще хуже. Кстати, эта девица почему-то плохо ко мне относится. Я бы сказал, подозрительно. Иногда мне кажется, что она словно хочет вас о чем-то предупредить насчет меня.

– Ну и что? – угрюмо спросил Руперт. Хмуро зыркнув на Бадена – прямо как подросток, которому строгий отец устроил взбучку, – он тут же снова уткнулся в бумаги.

– А то, – с напором и явным возмущением отозвался Баден, – что вам следует больше опасаться ее!

По всей видимости, он твердо вознамерился доказать Руперту собственную преданность.

– Опасаться чего? – вальяжно протянул тот, глядя в документы.

– Этой девицы де Белуа! Вы даже не знаете, что она замышляет!

– Ты сам сказал, что она глупа, – напомнил Руперт. – Что она может замыслить?

Ларриет де Белуа, безусловно, была куда менее опасной и менее полезной, чем можно было ожидать от человека с такой фамилией. Руперт снова представил ее лицо. О, как же она боялась его, как страшилась и опасалась! И все же смотрела ему в глаза прямо, не отводила взгляда – и отчаянно настаивала на том, чтобы принадлежать ему.

Чужой страх Руперта не задевал: он привык, что люди его боялись. Но его забавляло, что эта девчонка стремилась оставаться рядом, даже если это означало постоянно преодолевать собственный ужас.

Ларриет, разумеется, даже не догадывалась, но подобная формулировка – я хочу стать вашей – была самым верным ключом к доверию Руперта. До отвращения верным! Ведь принц так много смысла придавал тому, чем – или кем – по-настоящему владеет.

– Ее отец не простой человек, ваше высочество, и вы это прекрасно знаете, – продолжал гнуть свою линию сэр Баден. – Он служил предыдущему императору. А сейчас затаился, словно тигр в засаде, и мы не знаем, что он задумал. Следовательно, нужно быть начеку.

– Да она-то все равно ничего не знает, – отмахнулся Руперт.

– Вы уверены?

У графа де Белуа не было причин симпатизировать ему, но и причин ненавидеть Руперта он тоже не имел. К тому же невозможно было представить, чтобы чистоплюй граф добровольно сунул единственную дочку в Красный дворец ради достижения собственных целей.

Руперт знал, что граф де Белуа наблюдал за жизнью дочери с самого первого дня во дворце, но сама Ларриет за все это время ни разу не попыталась увидеться с ним лично. Временами она встречалась с младшим братом, но подслушивающие жучки, которых Руперт к ней подсадил, ничего опасного из их разговоров не передавали.

– Я ни в чем не уверен, – раздраженно ответил он Бадену.

– Так зачем держите ее при себе? – не отставал тот. – Это, в конце концов, странно. Или вы хотите с ней подружиться?

– А ну, молчать! – рявкнул Руперт.

Схватив тяжелый старинный пистолет, которым пользовался вместо пресс-папье, принц запустил им в Бадена. Не достигнув цели, пистолет с грохотом заскользил по полу. Руперт подхватил его, но на сей раз решил использовать по прямому назначению – прицелился рыцарю в лоб.

– Только посмей еще рассуждать о моих желаниях! – прорычал он.

– Принцесса Лаперта! – театрально воскликнул сэр Баден, шарахаясь в сторону от дула. – Это же я, ваш верный рыцарь! Неужели вы решитесь застрелить меня после всего, что мы пережили вместе?!

– Да чтоб ты сдох!

Фыркнув, Баден отошел к стоявшему поодаль дивану и улегся на него с выражением оскорбленной невинности на лице. Пытаешься-пытаешься предостеречь этого мальчишку, тревожишься о нем – и что получаешь? Выстрелы да зуботычины! Нет, он умывает руки.

Руперт глянул на Бадена и поморщился. Потом вытащил из груды оружия небольшой, размером с ладонь, арбалет и невозмутимо заправил в него небольшую иголку. Арбалет выстрелил практически беззвучно, но иголка, на удивление, осталась на месте. И тем не менее рыцарь с воплем подскочил с дивана, потому что в него с размаху вонзилось несколько коротких ярко сияющих сгустков света.

– А-а-а-а-а!

– Больно, что ли? – изумился Руперт, опуская арбалет.

– Разумеется, больно! – возопил рыцарь. – В меня воткнулись эти… штуки! Конечно же, это больно!

– О, только не надо драмы! – разозлился Руперт. – Подумаешь, немного продырявили!

Впрочем, увидев, что Бадену в самом деле нехорошо, он чуть смягчился и даже отвел глаза.

– Ну ладно, ладно, – сказал он уже спокойнее, рассматривая стол. – Я… промахнулся. Прости.

– Вранье! – возмутился рыцарь, тяжело поднимаясь на ноги и делая шаг к столу.

Тори, шустрая, словно белочка, тихо метнулась следом за Баденом.

– Ух ты, ваше рыцарство! – ахнула она. – Да вы же весь светитесь!

Ответом ей стал новый возмущенный вопль.

Пока сэр Баден негодовал, а Тори восторгалась, Руперт деловито перезаряжал арбалет. Подняв глаза, он досадливо цокнул языком, ведь Тори вертелась вокруг Бадена, закрывая обзор.

– Баден, стоять, – скомандовал он. – Тори, отойди, а то я тебя задену.

– А если вы заденете меня, вам плевать, да?! – задохнулся рыцарь.

– Я же велел тебе стоять смирно, – зарычал Руперт.

– Ну ваше высочество! – Глаза Бадена сверкали, однако, несмотря на свое негодование, он послушно застыл посреди комнаты. – Вы… вы… вы в самом деле совершенно нехороший человек!