Чтение онлайн

— Скажешь тоже, сотню. Если триосмию дадут, хорошо будет, — с улыбкой озвучил я.

— Да, согласен, лишку хватил… — расстроенно кивнул куратор. — Но в остальном-то всё верно: сейчас можно себя отлично зарекомендовать. В любом случае, это всяко лучше, чем дураков из стражи над головой терпеть. Скажешь, что нет?

— Скажу, да, — не стал я спорить.

— А значит, соберись. Это будет важная встреча. На ней всё решится. И если решат, что сами делим бойцов на триосмии, уже сегодня наши люди отправятся с этим вопросом к наместнику, — Алимех допил остатки воды из кружки, поставил её на стол и долго смотрел внутрь, прежде чем продолжить: — Наместник не станет сейчас ссориться с Гильдией. Уж точно не сейчас…

И по поведению, и по тону я понимал: старик не свои мысли озвучивает.

Чужое мнение дословно мне передаёт. Возможно, кого-то из членов Совета Гильдии. Возможно даже, одного из старейшин. А значит, это далеко не истина в последней инстанции. У наместника Илоса в подчинении — сотня регоев, две тысячи личной дружины и пять тысяч стражи.

Три тысячи наёмников они, даже не заметив, сомнут. Я, конечно, годы потратил, чтобы научиться качественно убивать. Но регои этому учатся с детства. Это потомственные воины. И я не уверен, что смог бы победить такого один на один, без хитростей.

И всё же конфликты на ровном месте никому не нужны. Значит, можно рассчитывать, что наместник всё-таки примет условия Гильдии.

— И когда состоится это собрание? — уточнил я.

— В ближайшие три-четыре гонга, — ответил Алимех. — Как все соберутся, как вопросы утрясут — так и будут заседать. И хорошо бы, чтобы ты не отлучался из Гильдии. Чтобы, когда мальчишка-посыльный прибежит, мы бы сразу и вместе пошли на собрание.

— Значит, схожу за списком, помоюсь и вернусь. Но мне бы ещё поспать, — заметил я.

— Парко, мой сосед, предпочёл загодя бежать из города. Его кабинет на данный момент пустует. И там есть хорошая скамья, — сообщил куратор. — Поспать можешь на ней.

— Хорошо, — кивнул я. — Дай мне четыре-пять чаш. А потом вернусь сюда.

Я в пару глотков допил воду из кружки. И, отдав её куратору, двинулся на выход.

— И сразу ко мне! — напомнил Алимех.

— Обязательно, — отозвался я, прежде чем прикрыть дверь.

Что ж, пусть мне и предстоит спать на жёсткой лавке… И этого сна выдастся всего ничего… И слова Алимеха стоит делить на четыре… Но предстоящее собрание всё же может решить много вопросов. И я обязательно должен на нём присутствовать.

Придётся чуть-чуть потерпеть.

Водная капель… Звуки капель, которые разбиваются о камень. Вот что я слышал сейчас. Жителю Вечных Песков сложно узнать этот звук. Он его никогда не слышал. И я здесь не слышал. Но помнил из прошлой жизни.

И сразу узнал, даже не открывая глаза.

К слову, я прекрасно осознавал, что сплю. Даже помнил, что сплю в Гильдии. В кабинете, соседнем к Алимеху, на жёсткой лавке. И лёжа с закрытыми глазами, гадал: что будет, если я их открою? Развеется этот сон, или нет?

Развеивать его не хотелось. Когда я бежал в юности из родной деревни, воды у меня была одна фляга. Я шёл по пыльной Северной пустоши. Вокруг, куда ни кинь взгляд, одни камни. Раз в гонг я делал маленький глоток воды. Один малюсенький глоток. А хотелось выпить сразу полфляги. Очень хотелось.

Странно слышать этот звук капели. Нежный, звонкий, полный надежды. Он заставляет верить в лучшее. В доброе, светлое, честное. Всё то, чего в нашем мире не было. И, видимо, не будет. Сразу вспоминаются сказки, которые рассказывала мама. В них добро если не побеждает зло, то жестоко наказывает, выпустив кишки.

А ещё… За свою жизнь я слышал тысячи песен, напевов и мелодий. Их играли у костров, их исполняли в харчевнях. А некоторые наверняка пели прекрасные девы в богатых дворцах.

Но звук капели был чище, лучше и приятней уху, чем те мелодии, вместе взятые.

Звук сотен разбивающихся при падении капель… Я мог слушать его вечно. Неважно, что где-то там у людей невзгоды и беды. Неважно, что тысячами гибнут в когтях демонов те, кто не слышит этой сказочной музыки. А я буду лежать и наслаждаться. И никогда не умру. Потому что нельзя умереть, слушая волшебную капель.

— Открывай глаза! — вдруг потребовал голос, не менее звонкий и чистый, чем капель. — Открывай, Ишер!

— Не хочу, — ответил я, ни капли не слукавив. — Вдруг тогда всё исчезнет?

— Как хочешь, — в голосе послышались весёлые нотки. — Но запомни: ты должен отстоять Мерхан.

— Мерхан? Это на границе Приречья? — всё ещё с закрытыми глазами уточнил я. — Ничего не получится. Я в Илосе. И вряд ли уйду в ближайшее время.

— Уйдёшь, Ишер! — уверенно заявил голос. — Илос обречён. Орда сильна и становится только сильнее.

— Тогда я умру на стене, сражаясь, — спокойно парировал я.

— Ты не умрёшь, Ишер! — строго сказал голос. — Тебе нельзя, защитник людей! Но многие другие умрут. А если ты не отстоишь Мерхан, никто из людей не выживет. И это будет конец.

Я наконец-то решился. Открыл глаза.

Я лежал на полу огромной пещеры, выросшей на стыке крепких камней и чистого льда. Здесь, в краю вечных снегов, где тепло песков сталкивается с холодом гор, я и слышал капель.

А теперь её даже видел. Правда, так, будто мне глаза водой залили. Всё расплывалось. Было зыбким, текучим. Но я смог кое-как рассмотреть капли, срывающиеся с потолка.

А ещё сидящую прямо в ручьях воды Меоли.

— Меоли?.. — удивился я.

— Лишь образ из твоей головы. Видимо, так, Ишер, — сквозь водную пелену улыбнулась мне девушка.

Это её звонкий голос я слышал. И нет, это была не Меоли. Может, у них и имелись общие черты, но у кого их нет? Женщина в белом длинном платье, что сидела в потоках талой воды, утекавших мне за спину, была выше, была более белокожей… А ещё голубоглазой и светловолосой.

Чего, в принципе, не встречается в этом пустынном мире.

— Кто ты? — спросил я, пытаясь проморгаться. — Кто ты такая?

— Сам ещё не догадался? — засмеялась моя собеседница. — Неужели Защитник, Верный Служитель богов и Шепчущий Топору не видит очевидного? Может, ты всё-таки не открыл глаза?

— Я в тебя не верю, — признался я. — И никогда не верил.

— Что, и теперь не будешь? — удивилась девушка.

— Не буду. Сонные видения — не доказательство материальности, — ответил я.

— Но ты следуешь моим правилам! И правилам моего мужа тоже следуешь! Разве это не доказательство твоей веры? И твоего верного служения? — девушка вновь засмеялась кристальным голоском.