Чтение онлайн

Рейвен медленно повернулся, и от выражения его глаз у меня перехватило дыхание.

— Каждый день, Лисса. Каждый проклятый день.

Его слова повисли в воздухе. Сердце заколотилось так сильно, что, казалось, звук его ударов разносится по всему кладбищу.

— Почему же ты… — я запнулась, подбирая слова. — Почему не пришел?

— А ты хотела бы этого? — в его голосе прозвучала горечь. — Чтобы я привязал тебя к себе? К нелюдимому менталисту, который боится собственных чувств?

— Рейвен…

— Ты заслуживаешь большего, — он снова отвернулся. — Настоящей жизни. Свободы. А не…

— А ты не думал спросить, чего хочу я? — я шагнула к нему, чувствуя, как дрожит голос. — Может быть, мне не нужна эта свобода? Может, я устала от неё? Может… — я сделала еще один шаг, — может, я просто хочу вернуться домой?

Он быстро взглянул на меня.

— Домой?

— К тебе, — прошептала я. — Если ты, конечно, хочешь, чтобы я вернулась.

Он смотрел на меня так, словно видел впервые. В его глазах мелькали недоверие, надежда и что-то еще, от чего перехватывало дыхание.

— Ты уверена? — его голос звучал хрипло. — Я же… невыносимый. Ворчливый. Нелюдимый.

— И занудный, — я не сдержала улыбки. — И педантичный до невозможности. И совершенно не умеешь радоваться жизни.

— Вот видишь.

— Вижу, — я осторожно коснулась его руки. — Вижу настоящего тебя. И хочу быть рядом — даже если придется каждый день выслушивать лекции о правильной сортировке трав.

Внутри все сжималось от волнения, но я больше не могла молчать.

— Рейвен… я люблю тебя.

Странно. Сколько раз я слышала эти слова в свой адрес — страстные признания, пылкие клятвы. Но сама никогда не произносила их. Не понимала, как три простых слова могут внушать одновременно страх и надежду.

Он замер, глядя на меня так, словно не верил своим ушам. Молчание затягивалось, и с каждым мгновением мое сердце сжималось все сильнее.

— Что? — наконец выдохнул он.

— Я люблю тебя, — повторила я тише, чувствуя, как подгибаются колени.

— Я… — он вдруг горько рассмеялся. — Лисса, какой же я дурак. Поверил чужим словам… Испугался… Вместо того чтобы довериться тебе, своему сердцу, я…

Он не договорил — просто подхватил меня на руки, закружил, и его лицо осветилось такой радостью, что захотелось расплакаться от счастья. Его губы покрывали поцелуями мои щеки, лоб, виски — беспорядочно, жадно, словно он не мог насытиться.

— Люблю тебя, — шептал он между поцелуями, — люблю невыносимую, своенравную, невозможную… мою.

Солнце поднялось уже высоко, разогнав последние клочья тумана. Где-то вдалеке звонили колокола, призывая к утренней службе. А белые розы на могиле Анны словно светились в утреннем свете, благословляя нашу любовь.

Конец