Чтение онлайн

• «Орион» («Deutschland», «Frigga», «Zenith») (из Сочинского МП, 1945-1969);

• «Абхазия» («Мариенбург», «Ленсовет») 1956-1980;

• «Адмирал Нахимов» («Berlin») (1957);

• «Победа» («Magdalena», «Iberia») ...
– 1977;

• «Россия» («Patria») 1946-1984;

• «Украина» («Basarabia») ...
– 1987;

• «Пётр Великий» («Дуала») ...
– 1973;

• «Николаев» («Carl Legien», «Alba Julia») 1946-19...;

• «Иван Сусанин» («Rugen»).

Если бы не суда, полученные по репарациям от Италии и Германии, Черноморское пароходство после войны осталось бы без судов.

Значительно больший процент потерь был среди транспортных судов, использовавшихся для военных перевозок в период войны.

Вы скажете – на то она и война… В общем-то – да. Но потери потерям – рознь – были среди них обидные, досадные и самое печальное –совершенно неоправданные… Вот о них мы и поведем речь…

Вспомним о самых печальных эпизодах из этой героической эпопеи.

К началу войны в составе Черноморского флота состояли три транспорта и танкера, 33 буксира, 74 баржи, 2 мотобота и 4 плавкрана, всего 116 вспомогательных судов. Суда вспомогательного флота в недостаточной мере обеспечивали нужды боевых кораблей, не говоря уже о других задачах.

Резервом Черноморского флота были суда транспортного флота. В его составе было 102 сухогруза и грузопассажирских судна (общей грузоподъемностью 191 тыс. т.), 17 танкеров (общей грузоподъемностью 125,3 тыс. т.). Кроме того, имелось несколько десятков рыболовецких и различных служебных судов гражданских ведомств.

С началом войны в состав Черноморского флота было мобилизовано 147 судов. Как распорядилось командование этим весьма солидным пополнением? Для начала, по вине военного командования и гражданского руководства эвакуация морем войск и населения из Северо-Западного района Черного моря была организована безобразно. Срыв эвакуации населения Южного берега Крыма осенью 1941 года полностью на совести командования войск Крыма и командующего Черноморским флотом. Этот эпизод военной истории Крыма до сих пор основательно не изучен и не проанализирован. Что же касается судьбы наиболее заметных судов, встретивших войну под флагом вспомогательного флота.

Первой серьезной жертвой среди судов стал теплоход «Ленин».

Обратимся к официальным материалам:

В 1941 году пароход прошел модернизацию и его капитаном стал Иван Семёнович Борисенко. За рейсы с гуманитарной помощью в республиканскую Испанию в 1937 году капитана наградили орденом Ленина.

12.VII.1941 г. Всвязи с началом боевых действий «Ленин» выполнил рейс Одесса – Мариуполь с эвакуированным населением и грузом сахара.

22.VII.1941 г. капитан парохода «Ленин» И.С. Борисенко получил приказ руководства Черноморским морским пароходством на срочное транспортирование груза и пассажиров в Мариуполь. Согласно информации руководителя погрузки, представителя военно-морской комендатуры порта ст. лейтенанта Романова, пропуском на судно был посадочный талон, по которому проходили 2-3 взрослых пассажира. Несовершеннолетние не подсчитывались. Значительное (неизвестно) количество пассажиров прошло с записками от городского и областного Комитетов партии, военной комендатуры г. Одесса. Зафиксировано самовольное размещение членами экипажа в собственных каютах родных и знакомых (количество неизвестно). Впоследствии многие из них составили печальный список «пропавших без вести». По неподтвержденным данным (которые базируются на протоколах допросов следствия НКВД), на борту находилось более 4000 человек. Перед выходом на борт прибыло еще 1200 человек призывников. Согласно материалам следствия, людьми были заполнены все салоны, камбуз, коридоры, трюмы и палубы. На борт транспорта были погружены эвакуированные активы Одесского государственного банка (информация не подтверждена – Б.Н.) и 400-450 т цветных металлов в слитках. Рейс проходил в усложненных условиях плавания в районе выставленных оборонительных минных заграждений. Предусматривалась обязательная лоцманская проводка в связи с переводом маяков на мунипуляционный режим работы по особому графику.

24.VII.1941 г. Обратимся к материалам уголовного дела: «…В 22.00 транспорт «Ленин» в составе конвоя с теплоходом «Ворошилов», судна «Березина» и двух шаланд вышел в рейс на Мариуполь. Во время движения зафиксировано отсутствие связи с оперативным дежурным флота. По причине разных мощностей судовых силовых установок на траверсе мыса Тарханкут конвой распался. На траверсе мыса Лукулл вышел из строя двигатель «Ворошилова». В нарушение маршрута, «Ленин» выполнил буксировку «Ворошилова» в Казачью бухту порта Севастополь для проведения ремонта…».

Из материалов уголовного дела:

«…27.07.1941 г. В 19.00 транспорт «Ленин» в составе конвоя нового состава (транспорты «Грузия» и «Ворошилов») в охране сторожевого катера «СКА-026» вышел курсом из Севастополя на Ялту и далее на Кавказ. Общее количество пассажиров на «Ленине» и «Ворошилове»: близко 10.000 чел… Проводку судна выполнял военный лоцман лейтенант И.И. Свистун – выпускник Ленинградского мореходного училища им. Фрунзе 1941 года, всего лишь месяц как его закончившего...».

Немаловажный факт – следователь военной прокуратуры, по-видимому, не видел разницы между мореходным училищем и военно-морским, а брался судить о профессиональной подготовке лоцмана.

Согласно информации СМЕРШ магнитный компас, забортный лаг и электролаг не были выверены, эхолот отсутствовал. В Севастополе не был проведен инструктаж должностных лиц конвоя, не был назначен начальник конвоя, не были уточнены особенности плавания в этом районе и вопрос обеспечения безопасности. Судно двигалось в условиях невозможности уточнения курса по пеленгу (откровенная белиберда, написанная человеком, совершенно не знакомым со штурманской и судоводительской терминологией. Должно быть, допрашиваемый штурман имел в виду, способ определения места судна по методу «крюйс-пеленга»? – Б.Н.), дрейфуя под влиянием ветра N и течения за мысом Фиолент.

Индивидуальные спасательные средства (спасательные пояса) были собраны и заперты.

В 23.33 на траверсе мыса Сарыч произошел взрыв в районе трюмов № 1 и № 2 по левому борту. Пароход стал оседать носом при возникшем крене на правый борт. При крене 15-20 градусов со штатного места сорвало трубу. В течение 7-10 минут транспорт в вертикальном положении (кормой вверх с работающими винтами) затонул. В связи с быстрым затоплением основная масса пассажиров не успела покинуть судно. Спасательные мероприятия проводились транспортами «Грузия» (около 300 чел.), «Ворошилов» (200 чел.) и катерами. Официальное количество погибших – до 900 человек. Спаслось около 600 человек (лишь те, кто имел спасательные круги, пояса, либо попал в шлюпку)… По данным Ялтинской комендатуры спаслось 272 человека. Капитан, трое его помощников и лоцман покинули судно последними. Из команды спаслась половина (43 из 92). Спасательная группа в составе торпедных катеров Балаклавской базы прибыла поздно.

Расследование факта гибели судна велось НКВД Крымской области и Особого отдела ЧФ СССР. В результате следствия выяснилось, что во время погрузки подсчет пассажиров, прибывших на борт судна, не велся.

Следствием отработано три гипотезы гибели транспорта «Ленин»:

1. Торпедирование подводной лодкой ВМС Румынии «Delfinul» (книга «Немецкие подводные лодки на Чорном море». Герд Эндерс). Версия не подтверждена архивными источниками Румынии. Версия подтверждена (?) показаниями пассажиров «Ворошилова», которые видели след торпеды, показаниями вахтового радиста И. Назаретия и машиниста 1-го класса П. Попова про сильный удар в правый борт до взрыва.