Чтение онлайн

Зато по мере осмотра напрягались мужчины. По их общим знаниям и вычислениям выходило, что декорацию никак нельзя было испортить со сцены. Тем более, без свидетелей. Слушая заковыристые рассуждения Ник, директор всё сильнее темнел лицом. Словно получил подтверждение своей версии.

Я оказалась права. Оборвав Ника, Темногорский произнёс:

– Ищи железный круг размером с ладонь и алой каплей в центре. Эта штука должна быть на сцене.

Шелли даже меня отпустил на поиски, но удача всё равно улыбнулась глазастому актёру. Упомянутый Темногорским круг прятался под занавесом в глубине. Ой, только директор забыл сказать о четырёх кривых лезвиях, торчащих из штучки!..

– Пустынный бес, - пояснил Темногорский. Заморозив амулет, он растоптал его в крошево.
– Шаманы подчиняют бесов и запечатывают в таких амулетах. Когда защита теряет силу, бес выбирается наружу и спешит выполнить задание, после чего получает свободу. Не волнуйся, Сена, они могут жить только в пустыне. В нашем климате бесы слабеют и засыпают. У нашего душегуба явно есть связь с хорасанами.

Влажный и по-летнему тёплый ветер хозяйничал в опустевшем буфете. Ленар налила нам с Марей ромашковый чай и положила свежие ватрушки - страх изгонять. Мы усиленно изгоняли. Марьяна ёжилась в пуховой шали буфетчицы, вздрагивая от каждого шороха, а я прокручивала в голове слова Темногорского про амулет. Отвлекалась.

Шелли развалился под столом у моих ног. Лис остался с нами в буфете, взяв на себя роль бдительного стража. Я не противилась. Несмотря на острые зубки, с компанией было спокойнее.

С раной Мари язычница справилась играюче - даже следа не осталось. Признаться, я выдохнула с облегчением. Хорошо, что обошлось без последствий, пусть и с горьким осадочком на душе.

– Я думаю, это Жани!
– вдруг выдала Марьяна.
– После убийства той девчонки я полночи не спала, размышляла. Она могла приревновать Ника к Беренике, а нас с Сеной решила извести из-за роли. Смотри, на сцене Жани стояла дальше всех!

– А зачем убивать Прасковью?
– снисходительно улыбнулась Ленар, складывая руки на стол. Марьяна со своей уверенностью, кажется, её позабавила.

– Вообще, есть одна причина, - вмешалась я и вкратце поведала о "приглашении" директора, которое передала Прасковья. О столе и записке с бантиком тоже упомянула, но крайне сухо. Впрочем, и краткая версия привела девиц в безудержное веселье.
– Мне страшно было, между прочим, а вы!.. Предательницы!..

Они всё равно расхохотались.

– Оригинальная идея!
– Ленар аж икнула.
– Но право слово, Темногорский же не престарелый сластолюбец и не упырь, чтобы бросаться на невинную деву!

– Зато на Сену он глядел весьма красноречиво!
– парировала Маря.
– Тем более, поздний вечер, записка, голая девушка на столе. Чем не приглашение?..

– Не для Лёши, - покачала головой Ленар, - значит, вы считаете, Прасковья передала весточку от Жани. Возможно. Но барышни, цель стояла припугнуть Сену, подставить её. Ну, указала бы Прасковья на Жани, и что?.. Та бы сделала большие глаза и что-нибудь соврала. Состава преступления нет, улик нет, доказательств нет. Как бы Сена разбиралась с Темногорским, уже не её дело. Это было такое характерное запугивание. Но убивать "гонца" - совсем другой уровень.

Мы с Марей даже пригорюнились немного. По всему выходило, что Ленар права. Желание "показать выскочке место" и настоящее убийство были в разных весовых категориях.

– Когда упал полумесяц, Жани не на шутку перепугалась, - поддержала я, - она белая-белая стояла, как снегурочка. К тому же, по сцене нас распределял Ясинский. Я вообще не понимаю цели покушения!

– Да-а, - потянула Ленар, - больше похоже на диверсию. Театр только оправился от первого убийства - и в лоб второе, затем третье. Я почему-то подозреваю вашего ведущего актёра. Как-то ловко он к Темногорскому в доверие вошёл, опять же, с погибшей Береникой у него были шуры-муры.

Громко фыркнув, Маря оставила чай и откинулась на спинку стула.

– Точно не Ник. Когда убили Прасковью, мы были в зале. Уж поверьте, отлучку своего партнёра я бы заметила. На смерть Береники, насколько помню, у него тоже алиби. Знаете... Я лично сомневаюсь, что с Береникой его вообще что-то связывало. Та прочувственная речь на первом знакомстве - фальшь, игра.

– Но Ник сказал...

– Врёт он, Сена!
– припечатала Марьяна.
– Ну какой бриллиант, я видела её портреты!.. Смазливая девка, не спорю, но видно, что простовата. Такие обычно хитрые, пробивные, с житейским умом. Я не могу представить, чем эта Береника могла зацепить Ника. Вокруг него крутится Жани, Лебедь глазами пожирает, он понравился Юлиане, в конце концов! Мне кажется, Ник равнодушен к Беренике. Он же не полено деревянное, переживать умеет. Если бы речь шла о любви, то...

– То что?..
– Ух! Не голос, а осколки стекла какие-то. Мы с Ленар ошарашенно посмотрели друг на друга. Это действительно Ник?! Куда делись его теплые, тягучие и медовые интонации?!

Но руку на стул Мари положил именно Ник. Наш Ник, которого я впервые увидела в таком бешенстве.

– То что, Марьяна?
– повторил он.
– Что я бы сделал?.. Пошёл бы подыхать, как брошенный щенок, которому сердце выдрали?!

Да что на него нашло?!

– Вовсе нет! Ты бы не стал очаровывать Сену, княжну и ожиматься с Жани!..
– Подруга вскочила и ткнула пальцем Нику в грудь.
– Ты просто кого-то покрываешь! Либо Жани, либо Миира! Но Жани красивее, ярче Береники, и это Беренике была выгодна её смерть, а не наоборот! Миир?.. Думаю, горячее. Они играли вместе. В Беренику был влюблён Миир, а не ты!.. Но ты со своими страданиями отвлекал внимание! У тебя есть алиби! Значит, у Миира и Жани...

– Замолчи!!!

Я вскочила вместе с Ленар - боже Великий, как мы испугались!.. На лице Ника застыла гримаса жгучей непередаваемой ненависти, но Марьяна не двинулась с места! В глаза ему упрямо глядела, дурочка!

– Хватит!
– рык Темногорского плетью хлестнул по воздуху. Сейчас я безумно обрадовалась его возвращению. Пока мы с девочками пили чай, директор проводил допрос в соседнем зале. Не знаю, зачем он вернулся в буфетную, но очень вовремя!

– Однако, - убрав руки за спину, директор направился к нам, - я читал полицейский отчёт, но упустил этот момент. У Жани алиби весьма расплывчатое, у Миира его нет. На второе убийство алиби у обоих отсутствует. Сегодня Жани была на сцене, а Миир - нет. Я проверил списки. Никого из служащих, кроме гардеробщицы, Ленар и её тети, в театре не было. Уборщиков вычёркиваем, они приходят поздним вечером. Интересная картина получается, Орехов!.. За тебя поручились в Свечграде, а вчерашнее алиби подтвердила Юлиана - я ей доверяю. К тебе не подкопаешься. Но меня не покидала мысль, что где-то ты сфальшивил. Ленар, отправь вестник Сосновскому. У нас есть подозреваемый.

* * *

Несколько дней я жила словно по наитию. Жани отпустили после допроса, а Миира задержали. Сосновский надавил на самую слабую и пострадавшую - на Лебедь. Она рассказала, что Миир и Береника часто закрывались в гримёрной. Ситуацию осложнило то, что убитая актриса, оказывается, была беременной. Свои отношения с Береникой Миир не отрицал, но в убийстве не признавался. Лишь прятал взгляд, настаивая, что у возлюбленной он был не единственный.

Но Сосновский, получивший щедрый подарок судьбы, особо его не слушал. Суд состоится через неделю и, по словам Ленар, шансов у Миир не было.

Смертная казнь.

Вне сцены Ник общался только с Ясинским. Маря ходила понурая, Жани постоянно забывала текст, а я уже не видела смысла в репетициях. Скандал удалось замять, но слухи о "проклятом театре" просочились в народ.

Однажды вечером Елизар запретил мне ходить в Юлианский.

Я с трудом проглотила кусочек мяса и коротко ответила:

– Нет.

За столом повисла тишина. Елизар с раздражением отбросил вилку и посмотрел на меня.

– Что значит "нет"?!

Я была слишком потерянной, чтобы сглаживать углы.