Чтение онлайн

– Ничего, - Тео выпрямила спину, - куда мне надо, я и на каблуках дойду, милая моя. Я на них больше шести футов ростом. Девять вершков, если, по-вашему, - она подобрала подол шубы. Тео спустилась с лестницы - вслед за Мишелем, что нес икону.

В церкви было светло. Суворов, обернувшись, восхищенно сказал Федору: «Ну, Феденька, как из Писания - царицу Савскую за себя берешь. Господи, красоты такой свет еще не видывал».

Она была окутана сиянием белого шелка, вуаль удерживал венок из роз. Федор, взяв ее смуглую руку, шепнул: «Я люблю тебя».

– Федосья, - добавил он по-русски. Тео, дрогнув ресницами, тихо ответила: «Скучал? Все же два дня не виделись».

– Не сказать, как, - он вздохнул. Перекрестившись, Федор указал на коврик перед алтарем: «Становись первой».

– Мне мадемуазель Полина рассказывала, - гранатовые губы улыбнулись. «Встанем вместе, Федя».

– Гряди от Ливана, невесто, гряди от Ливана: прииди и прейди из начала Веры, - запел хор. Они пошли к алтарю.

Венцы были из алого, расшитого золотом шелка и Тео смешливо подумала: «Не только Теодору наклоняться придется, мне тоже. Мы тут с ним всех выше».

– Венчается раб Божий Феодор рабе Божией Феодосии во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, - Суворов потянулся и взял венец:

– Все равно я его уговорю в армию уйти. Такого инженера еще поискать надо. А воевать придется, с французами теми же самыми. Как это того юношу звали, молодого, Заборовский ему во Флоренции отказал, когда добровольцев набирал? Артиллерийский лейтенант, еще обиделся, что ему в нашей армии на чин ниже дадут. Правильно, Наполеон Бонапарт. Дурак генерал Заборовский. Господь с ней, с инструкцией, Бонапарт за Тулон уже бригадного генерала получил, прошлым месяцем. В двадцать пять лет. Далеко мальчишка пойдет, а мог бы под нашими знаменами сражаться.

– Господи, Боже наш, славою и честью венчай их, - закончил священник. Тео, почувствовав прикосновение сильной руки мужа, улыбнулась, - легко, счастливо.

– Навсегда, это теперь навсегда, - шепнула она. Федор ответил: «Да, любовь моя».

Окна гостиной были раскрыты в сад, пахло влажной землей, первой, еще нежной листвой. На бледном небе всходил прозрачный полумесяц луны.

Изабелла взглянула в свои карты и покачала увенчанной диадемой, изящной головой: «Пас, миссис Брокхерст». Каштаново-рыжие волосы женщины были собраны в небрежный узел, сколотый жемчужными шпильками. Одна прядь падала на полуобнаженное, белое плечо. Подол темно-зеленого, легкого, бального платья чуть развевался под теплым, весенним ветром. Изабелла поправила шаль тонкого кашемира и отпила шампанского.

В раскрытые двери доносился звук настраиваемых скрипок, шорох шелков, легкий шепоток гостей, звон бокалов.

– Пас, - пробормотала ее партнерша. «Надо подумать, миссис ди Амальфи». Она отложила карты и зорко поглядела на Изабеллу темно-серыми глазами: «Ваша племянница, Мэри - замечательная девушка. Ей ведь уже двадцать лет, миссис ди Амальфи. Вы знаете, у нас, кроме Фредди, еще две дочери, замужние. Мальчик - наследник всего».

– Текстильные мануфактуры, - вспомнила Изабелла, - пять тысяч человек на этого Брокхерста работают. Один из самых богатых людей на севере Англии. Надо будет с Питером поговорить - что он посоветует. Фредди этот приятный юноша, закончил Оксфорд, двадцать четыре года. И вправду, пора жениться. Юноша Мэри от без ума, конечно, а вот она...

– Я поговорю с Мэри, миссис Брокхерст, - наконец, сказала Изабелла, - но, вы понимаете, я всего лишь тетка, и, то дальняя. У девочки есть родители, хоть и в Америке...

Миссис Брокхерст положила унизанные кольцами пальцы на руку Изабеллы: «Вы, же им будете писать, миссис ди Амальфи? Я могу надеяться, что вы, - женщина подняла темную бровь, - замолвите словечко за моего мальчика?»

Изабелла только улыбнулась: «Давайте отложим партию и посмотрим на контрданс, молодежь отлично танцует».

Миссис Брокхерст пробормотала что-то себе под нос. Шлепнув картами по столу , она последовала за женщиной.

Восемь пар выстроились друг напротив друга. Изабелла сразу нашла глазами племянниц. Мэри была в платье кремового шелка, мелкие, рассыпанные по плечам, темные кудряшки - украшены венком из азалий.

– Вы знаете, мистер Брокхерст, - весело сказала Мэри, подавая руку своему партнеру, - в Китае азалия называется «цветком дома». Мне дядя Джованни рассказывал. Так что спасибо за букет, - она прикоснулась к своей тонкой талии.

– А в Европе, мисс Кроу, - высокий, светловолосый юноша вздохнул, - азалия означает неразделенную любовь.

– Нет, нет, - рассмеялась Мэри, - вы еще во время котильона говорили о любви, мистер Брокхерст. Даже стихи читали, отменные, надо сказать. А после этого обещали - до конца сегодняшнего бала больше ни о чем таком не упоминать. Лучше расскажите мне о новых прялках. Я слышала, ваш отец купил какой-то патент, - она подняла бровь.

Фредди улыбнулся: «У вашего дядюшки, мистера Кроу - отличные инженеры. Он, наверняка, нас уже обогнал в усовершенствованиях. А ваши кузены уже вернулись к учебе?
– спросил юноша.

– Сразу после Пасхи, - девушка подала ему руку, - раз Тедди уехал в школу, вы, мистер Брокхерст - теперь лучший танцор в Лондоне. Вы скоро домой, в Бирмингем?
– поинтересовалась Мэри.

– Это зависит от вас, - отчаянно ответил Фредди. Мэри нахмурила тонкую бровь: «Вы мне обещали, помните. Лучше посмотрите, Мораг танцует с месье де Фонтене. Говорят, он бежал из Кале на рыбацкой лодке, в шторм, совсем один. А вы могли бы отправиться во Францию, мистер Брокхерст?- поинтересовалась Мэри.

Брокхерст замялся: «Я все-таки не военный, не моряк, мисс Кроу...»

– Да, - рассеянно отозвалась Мэри, глядя на угольно-черные, распущенные по плечам волосы сестры. Они были увенчаны одной белой лилией, и платье у нее было - кипенно-белое. На нежной шее играл бриллиантами маленький крестик. Тонкая рука в натянутой выше локтя шелковой перчатке лежала в руке ее партнера.

Мэривспомнила пасхальные каникулы. Она катала Пьетро и Франческо по Темзе. Оставив мальчиков приводить в порядок лодочный сарай, девушка поднялась наверх. Дверь скрипнула. Мораг недовольно обернулась: «Мы с Тедди репетируем, для воскресного обеда. Мы будем петь дуэт Папагено и Памины, из «Волшебной флейты». Что такое?»

– Ничего, - ответила Мэри, незаметно посмотрев на зардевшиеся щеки сестры. Тедди весело сказал: «Вот это: «Mann und Weib, und Weib und Mann».

– Я поняла, - сердито заметила Мэри. «Вы к чаю спуститесь?»

– Конечно, - он облизнулся. «Тетя Изабелла обещала восточные сладости. В Итоне у нас их за первый же день съедают, так что пока я дома, - Тедди потянулся,- я их не упущу.

Мэри закрыла дверь. Она услышала звуки фортепьяно и его красивый баритон: «Die sussen Triebe mitzufuhlen...Слушай внимательно, Мораг, сейчас ты вступаешь».