Чтение онлайн

Мэри только вздохнула. Зайдя в свою спальню, девушка сбросила на кровать холщовую, матросскую куртку: «Совсем с ума сошла, право слово. Ходит за ним, будто ее привязали. И не поговоришь ведь, только фыркает».

– О чем задумались, мисс Кроу?
– услышала она голос Фредди.

– О Франции, мистер Брокхерст, - коротко ответила Мэри. Она тут же обругала себя: «Зачем? Видно же, - он ничем таким не интересуется. А что у нас родственники пропали - так дядя Дэниел скоро приедет, и сын его светлости, из Вены, отправятся их искать. Тетя Изабелла велела - Тедди ничего не говорить, граф Хантингттон сам ему скажет».

– Я передумала, - капризно заметила Мэри. «Почитайте мне еще стихи, мистер Брокхерст. У вас это отлично получается. Что-нибудь из Кольриджа или Блейка».

Она увидела счастливую улыбку юноши и тихонько вздохнула: «Что тебе еще надо? Красивый, богатый, без ума от тебя. У них особняк в Бирмингеме, имение, будешь спокойно жить..., Не по любви, так, может, я ее и не дождусь».

– Очень красивая пара, - ласково сказала миссис Брокхерст Изабелле, глядя на сына. «А что леди Кинтейл, - поинтересовалась она, - у нее ведь тоже много поклонников?»

– Леди Кинтейл пятнадцать лет, миссис Брокхерст, - сухо ответила Изабелла, - торопиться некуда.

– Смотрите, - ее собеседница вынула из бархатного мешочка лорнет, - какой поздний гость. Уже два часа ночи, скоро будут подавать ужин, а он только приехал. Вы его знаете?

Изабелла взглянула на красивого, высокого мужчину, с коротко остриженными волосами, - по новой моде, - русыми, играющими темным золотом в свете свечей. Он был в отлично сшитом сюртуке цвета палых листьев, в безукоризненном, белом галстуке.

– Отменная осанка, - одобрительно кивнула миссис Брокхерст. «Военного сразу видно. Хоть он и в отставке, должно быть. И он молод, не старше сорока».

Дэниел отдал лакею приглашение и вспомнил смех Питера: «Так ты с корабля - сразу ко мне. Правильно. Его светлости еще нет, днями из Амстердама должен приехать. Они все на балу, - Питер порылся на столе, и перебросил ему кусочек атласной бумаги, - скажи там, что ты вместо меня».

– А ты на балы не ездишь?
– поинтересовался Дэниел, грея в руках хрустальный стакан с бренди.

– Я дважды вдовец, - Питер показал на свои седые виски, - и мне уже пятый десяток. Какие балы? Жить ты будешь здесь, комната тебе готова. Как вернешься - отсыпайся, а потом о делах поговорим.

Питер откинулся на спинку кресла. Мужчина добавил, поиграв пером: «Я поеду с вами, разумеется. Во Францию».

– Питер!
– изумился Дэниел.

Синие глаза блеснули холодом.

– Во-первых, там женщины в опасности, а во-вторых, - Питер посмотрел на алмазный перстень, что украшал его смуглую, сильную руку, - пять лет назад я не завершил то, что начал. Я привык, - он ледяно улыбнулся, - не оставлять дела незаконченными, дорогой кузен. Нет смысла это обсуждать, - Питер поднял ладонь, увидев, что Дэниел открыл рот, - я сказал, и будет так.

Дэниел нашел глазами красивую, невысокую женщину в темно-зеленом платье:

– Вот и кузина Изабелла, Питер мне ее правильно описал. Так вот кого покойный Сиди Мохаммед мне сосватать хотел. Хороший выбор. Девочки, я вижу, танцуют, можно и нам.

Он усмехнулся, и, пройдя через толпу, поклонился: «Миссис ди Амальфи, простите мне мою невежливость. Я ваш кузен, Дэниел Вулф, из Америки».

– Боже!
– ахнула Изабелла. «Вы ведь, наверное, только приехали, кузен Дэниел».

– Сегодня пришвартовались в Лондонском порту, - сине-зеленые глаза заиграли смехом. «Когда я служил в Континентальной Армии, дорогие дамы, у нас было слишком мало балов. Вообще не было. Теперь я наверстываю то, что упустил, - женщины рассмеялись. Миссис Брокхерст спросила: «Вы в Англии по делам, мистер Вулф?»

– В отпуске, - он все улыбался. «Я дипломат, посол по особо важным поручениям, работаю в нашем Государственном Департаменте. Так могу я надеяться на танец, кузина Изабелла?
– Дэниел подал ей руку.

Они встали друг напротив друга. Изабелла тихо сказала: «Нас в Марокко сватали, господин Даниял. Жалко, что мы с вами в Париже разминулись. Вы знаете, что Тео вышла замуж за Теодора, в Петербурге? Они нам письмо прислали».

Дэниел кивнул. «Питер мне говорил. Я здесь по его приглашению, обманным образом, так сказать».

Изабелла весело сморщила нос: «Я уверена, что, пока вы в Лондоне - вас будут рады видеть в хорошем обществе, кузен Дэниел. Вы обязательно должны познакомиться с моим мужем. Он сейчас в Кембридже, преподает, но на выходные приезжает домой».

– Буду рад, - Дэниел вдохнул запах роз: «Недолго тебе послом оставаться, милый мой, как вернешься - надо будет в отставку подавать».

Он вспомнил ласковый голос Салли: «Смотри, он совсем белокожий, наш маленький Нат». Дэниел нежно коснулся темно-каштановых волос. Мальчик открыл карие глазки. Посопев, он прижался к смуглой груди матери. «Спасибо, спасибо, любовь моя, - Дэниел поцеловал теплый висок женщины и, достал из кармана сюртука бархатный футляр: «Это тебе».

Крупные жемчужины цвета слоновой кости перемежались с ограненными бриллиантами. Он приложил к ее шее ожерелье: «Когда я вернусь - мы с тобой поедем в Филадельфию и поженимся. И маленького Ната я признаю, - он так и стоял на коленях, обнимая их двоих.

– А она отлично танцует, - усмехнулся Дэниел. «Принцесса Марокко. Пока я не женат, можно и развлечься. Салли все равно ничего не узнает, между нами океан. Кузина Изабелла, - он наклонился к нежному уху: «Мне очень жаль, что из того сватовства так ничего и не вышло, кузина. Теперь я вижу, что много потерял».

Она только мимолетно покраснела и продолжила танцевать.

Над, Ганновер-сквер занимался нежный, весенний рассвет, когда невысокий, светловолосый мужчина, в куртке моряка и холщовых брюках, с потрепанной сумой через плечо, постучал в дубовую дверь под золоченым вороном. Изящные буквы блестели в первых лучах солнца: «Клюге и Кроу. Anno Domini 1248».

Запахло жареным беконом и кофе. Джон пожал сильную руку: «Я уже в Уайтхолле побывал, но там меня не кормили. Вся надежда на то, что у богатейшего промышленника Англии найдется пара яиц в кладовой».

– Я всего лишь седьмой, если брать в расчет чистый капитал, без оборотных средств, - запротестовал Питер, снимая холщовый фартук. «Дэниел спит еще. Они вчера поздно с бала вернулись. То есть сегодня, - улыбнулся мужчина.

– Вовсе я не сплю, - раздался голос с лестницы. Дэниел протянул руку: «Вы на отца похожи, как две капли воды, граф Хантингтон. Мы с ним подружились, когда Парижский договор подписывали. Вы в это время, кажется, уже в Мадриде были. Очень приятно».

– Просто Джон, - отмахнулся мужчина.