Чтение онлайн

– Доживу, - твердо, уверенно сказал он себе, орудуя лопатой, чувствуя силу своих рук. «Обязательно доживу».

Наверху, на речном ветру, звенели голоса детей, над трубой вились чайки. Пароход развернулся, и, шлепая колесами, пошел вверх, по широкому, мощному Гудзону.

В покосившемся, рыбацком сарае, что стоял на берегу Немана, было еще темно. Вокруг простиралась спящая, тихая равнина. Верхушки ив, что купали свои листья в реке, едва золотило солнце. Мужчина, что сидел на пороге сарая, покуривая трубку, - светловолосый, невысокий, - вынул ее изо рта и прислушался. С реки доносился скрип уключин.

Он отложил трубку и сбежал вниз, по скользкой после вчерашнего дождя тропинке. В утренней дымке он увидел очертания лодки. Человек, что сидел в ней, - маленького роста, с коротко стрижеными, темными, кудрявыми волосами, - помахал ему рукой. Спрыгнув на мелководье, он вытащил лодку на берег.

– Все прошло удачно, - сказала Мэри, садясь на песок рядом с Джоном. «Они людей нанимают из окрестных селений. За те два месяца, что я здесь обретаюсь, я с местным акцентом начала болтать».

– Я слышу, - усмехнулся Джон. Оба они говорили по-немецки.

– Документы чистые, - Мэри достала из кармана своей куртки кожаный мешочек. Джон чиркнул кресалом. «Герр Йоганн теперь строит плот. На плоту будет стоять шатер, а там уже...- Мэри махнула рукой, - в общем, к завтрашнему дню я тебе принесу копии секретного протокола к договору».

– В Кенигсберге все готово, - Джон прошелся по берегу реки. «Уйдем с рыбаками в Данциг, нас уже ждут. Через две недели будем дома. Иосифа ты не видела?»

Мэри помотала головой. «Ни его, ни Мишеля. Не хочу рисковать, сам понимаешь. Хотя уверена, они там, - женщина указала на западный берег реки. «Да и Джо тебе говорила, что Иосиф здесь будет».

Весенний дождь хлестал по крышам Амстердама, Джон протянул ноги к огню камина и принял от сестры чашку кофе: «Ты совсем одна осталась».

– Ненадолго, - тонкие губы Джо улыбнулись. «Невестка моя новая сюда плывет, вместе с братом своим. В конце лета все соберутся, - Иосиф, Давид из Парижа приедет. Отметим праздники и будем хупу ставить. Послушай, - она развернула письмо:

– Дорогие родители!
– увидел Джон четкий, твердый почерк племянницы. «У нас все хорошо, Исаак растет, и радует нас. Он отлично учится. Моше смеется, что вот как раз наш сын, и станет раввином. Моше полностью отстроил наш дом. У него очень, много заказов, по всей Святой Земле. Он ездит со своими мастерами и в Цфат и в Яффо, так что мы не бедствуем, благодарение Богу. Я принимаю роды у местных женщин - рав Судаков запретил общине пользоваться моими услугами, и Моше тоже работает на турок. Ничего, молимся мы у Стены, вместе с равом Горовицем. У него все хорошо, Батшева через три года уезжает в Америку, будет женой Хаима.

Госпожа Судакова живет с нами. Она мне очень помогает по дому, и с Исааком. Она совсем оправилась и уже давно делает мне замечания насчет длины рукавов на платьях, и того, что я волосы коротко не стригу, - Джо звонко рассмеялась и продолжила.

– Малка после Песаха родила двойню, обе девочки. У рава Судакова теперь семь дочерей, чему он, конечно, совсем не рад. Мы ее не видим, она все время дома сидит, - говорят, он ей запрещает выходить на улицу, - Джо только покачала головой и вздохнула. «Ханеле прислала письмо, - она приезжает летом, вместе со своей дочкой. Девочке годик, и ее тоже зовут Хана».

Джо прервалась и пробормотала: «Замуж она, что ли, в Польше вышла? И развелась, наверно. Конечно, вряд ли найдется мужчина, что с Ханеле уживется».

– И дядя Теодор к нам собрался. Они с Ханеле встречаются в Одессе, вместе сюда плывут. Будем надеяться, что ему удастся как-то поговорить со своим братом, хотя надежды на это мало. Рав Судаков хозяин Иерусалима, тут все ему в рот смотрят. Мы посылаем пожелания здоровья и благополучия нашим дорогим Давиду и Дворе, и будем молиться за процветание их семьи.

Джо сложила письмо, и Джон покрутил пальцами: «Наполеон ездил в Польшу, тем летом, два года назад. Мэри его видела, она мне говорила, когда Мишеля в Данциг привезла. Ерунда, откуда Наполеону знать Ханеле?»

Джо затянулась сигаркой и усмехнулась: «Ты знаешь, что Наполеон с Ханеле виделся, как он в Святой Земле был? Иосиф мне рассказывал. Он же интересуется всей этой, - Джо повела красивой, с длинными пальцами рукой, - мистикой».

– Мистикой, - недовольно проговорил Джон и обернулся - стукнула дверь. Мэри стряхнула капли дождя со своего темного, мужского редингота.

– Завтра на рассвете выходим, - она подсела к огню и налила себе кофе. «С рыбаками, вдоль побережья, а там разберемся».

– Курица на обед, - предупредила Джо. «Свежая совсем, сегодня к резнику ходила, - она улыбнулась и потрепала брата по голове: «Как девчонки?»

– Растут, - Джон потянулся. «И мальчишка тоже, - он повел носом и Джо рассмеялась: «Буду накрывать на стол».

Джон подождал, пока сестра выйдет на кухню: «Мэри..., Тебе не обязательно туда ездить, я и сам справлюсь..., У меня отличный немецкий, выдам себя за местного...»

– Договорились ведь, - сердито сказала женщина. «Продумали все, спланировали. Будешь сидеть, и ждать меня. Пойду, Джо помогу». Она закрыла дверь. Джон, глядя на огонь, спросил себя: «Имею ли я право?».

Он и сейчас спрашивал это у себя, глядя на смуглую щеку Мэри.

– Ты уверен, что будет секретное соглашение?
– спросила она.

– Уверен, - вздохнул Джон и стал загибать пальцы: «Россия признает завоевания Наполеона и новых европейских монархов. У человека большая семья, - мужчина ядовито усмехнулся, - надо их как-то пристроить. Будет создано так называемое Герцогство Варшавское, это точно»

Мэри подобрала прутик и начертила на песке карту. «От Пруссии отрежут все польские области, - задумчиво сказала она, Наполеон и Александр их поделят. Россия, наверняка, выведет свои войска из Валахии, раз турки теперь их союзники. Наполеон еще хочет захватить острова у западного побережья Греции...»

– Корфу и окрестности, - кивнул Джон. «Русские умоют руки, наплевать им на это. Но тайное соглашение..., там, наверняка будет пункт о присоединении России к блокаде Англии на морях. Ты же понимаешь, пенька..., Все наши верфи, весь наш флот - все зависит от русской пеньки. Хотя, - он почесал нос, - русские смогут ее продавать американцам, а те нам».

– Наполеону это не понравится, - заметила Мэри. «Но царь Александр далеко не дурак, и не захочет терять такой источник дохода. И еще надо выяснить, кому из сестер Александра он будет предлагать брак».

– Да ему все равно - присвистнул Джон, - там две незамужних осталось, хотя Филип написал мне, что их мать - словно наша королева Шарлотта. При одном упоминании Наполеона крестится и называет его дьяволом во плоти. А вот император Франц, после того, как Наполеон забрал у него Тироль и Венецию, и растоптал при Аустерлице - может и согласиться отдать свою дочь в жены Бонапарту.