Чтение онлайн

– Саша, - Марта подавила желание опустить голову в руки и расплакаться, - Саша..., Юджиния мне говорила, он рыжий, голубоглазый..., Господи, - решила Марта, - когда все это закончится, я возьму мальчиков и отвезу их в Париж. Пусть они мать увидят. Юджиния о них не говорит, но я знаю, она будет рада. Саша, значит, по другой дороге пошел, - младший Воронцов-Вельяминов и его спутник скрылись в Хитровском переулке.

Волк зашагал в сторону Кремля. Марта увидела двух крепких парней, вышедших из трактира Можейко. Они направились вслед за Максом. Женщина, невольно присвистнула:

– Это не жандармы. Они людей благодетеля напоминают, раба божьего Григория. Тех, что с госпожой Волковой в монастырь приезжали.

Марта, тенью, последовала за ними. Ночь была светлой, тихой. Она шла окольными путями, как Волк и те, кто за ним следил. Паспорт Марта спрятала в жакетке, но ей не хотелось натыкаться на полицейских. Она не стала сворачивать на Кузнецкий мост. Остановившись на углу, Марта запомнила дом, куда зашел Волк, и вернулась обратно, на рынок.

Сложнее всего оказалось, в третьем часу ночи, в дурно пахнущей, бедняцкой одежде, найти извозчика. Мало кто из них решался появиться на Хитровке в это время. Марте пришлось дотащить Колю до церкви Всех Святых, что в Кулишках, где стояли ночные экипажи. Единственный извозчик долго мялся, но, в конце концов, согласился, отвези Марту на Остоженку. Заплатила она ему столько, что за эти деньги можно было бы доехать до Твери.

– Москва, - усмехнулась Марта, придерживая голову Коли у себя на коленях, - другого здесь ждать не приходится.

Она устроила юношу в подъезде, рассовав по карманам пиджака ключи, икону, и часы. Женщина выскользнула наружу, захлопнув дверь.

Марта спустилась к реке и долго курила, глядя на сероватое небо, окрашенное розовым светом. Марта не знала, что Коля делал в трактире, но было понятно, что Саша его заметил.

– Заметил, и сказал Волку, - Марта поморщилась, - он брат его, как можно..., Господи, - женщина перекрестилась на купола храма, - вразуми их, пожалуйста. Это семья, не след друг против друга идти..., - она махнула рукой:

– В Москве оставаться опасно. Но Волк здесь. Надо понять, что он дальше собирается делать. А если..., - Марта выбросила папироску в темную воду реки:

– Если сообщить, анонимно, что он в городе? Федору Петровичу? Он ловит радикалов, пусть его и поймает, - Марта нехорошо улыбнулась:

– Но его сын..., - она вздохнула и поднялась, ничего и не решив.

Контора дилижансов открывалась в семь утра, Марте надо было прийти на заставу и забрать саквояж. В банях она переоделась в платье гувернантки, нацепила на голову капор и вернулась в камеру хранения. Служитель сменился, Марту некому было узнать. Она дошла до Сухаревки и пообедала в студенческой столовой, изучая «Московские ведомости». О Коле, разумеется, ничего не написали, как не было и объявления о розыске Марты.

– Это неважно, - она прочла рекламу парикмахерской Агапова в Газетном переулке, - все, кому надо знать обо мне, и так знают.

Марта вышла в Газетный переулок, прикрыв трансформатион капором. Она чуть не столкнулась у двери с хорошо одетым мужчиной средних лет. Он долго извинялся. Марта заметила, что господин посмотрел ей вслед, и пошла к Тверской улице. Женщина, мимолетно усмехнулась:

– Вдовцу бы, наверняка, понравилось.

В ридикюле, у нее лежал не только пистолет, но и отмычки. Марта, проходя по Кузнецкому мосту, по дороге к Агапову, увидела благопристойную кондитерскую, наискосок от гостиницы Дюпре. Она заняла место у большого окна, заказав чаю с пирожными.

Долго ждать ей не пришлось. Волк, в роскошном костюме английского твида, вышел на улицу через полчаса. Миновало шесть вечера, тротуары забила толпа, но Марта поняла, что Волк не один. Рядом суетился кругленький, лысоватый мужчина, похожий на преуспевающего коммерсанта. Герр Штолле действительно появился в гостинице за табльдотом, и расхохотался:

– Вы говорили, герр Вилен, где остановитесь. Я свои обещания выполняю. Сегодня вечером нас ждет настоящий русский кутеж!

Волк, прощаясь с Халтуриным и Техником, строго велел им, с утра, первым делом, выписаться из номеров.

– Будет облава, - сказал он уверенно, покуривая папироску, - твой брат нам больше не помеха, - он положил руку Саше на плечо, - но все равно, не стоит рисковать. Жандармов в городе много. Они здесь все прочешут, а у вас нет полицейской регистрации, - Волк помолчал:

– Езжайте в село Коломенское, снимите комнату. Дачники и дачники.

Макс указал на Кремль: «Они туда не доберутся. Не след вам в Москве болтаться».

Кассандре он велел вести себя тихо, гулять по модным лавкам и запоминать, что происходит в городе.

– Блокнот возьмите, - сухо приказал Волк, - устройтесь на скамейке, на Тверском бульваре, у памятника Пушкину, рядом с полицейским управлением. Красивая девушка пишет стихи. Никто ничего не заподозрит, - Кассандра часто дышала, глядя на Волка, однако он говорил с ней резко. Девушка постучала в его комнату, после обеда, и выпалила:

– Товарищ Волк! Он здесь, Воронцов-Вельяминов! Я сама его видела!

Макс, лениво поинтересовался: «Надеюсь, у вас хватило ума не попасться ему на глаза?». Девушка покраснела, он хмыкнул:

– Вы тоже, голубушка, отправляйтесь в село Коломенское. Товарищи вас на лодке покатают. Незачем вашему кавалеру, - Макс, издевательски усмехнулся, - знать, что вы здесь.

Кассандра, было, открыла рот, но Волк прервал ее:

– Подчиняйтесь приказу руководителя операции, товарищ. Ни слова Технику о том, что его отец приехал в Москву, понятно?
– она кивнула, легко покраснев.

Вечером Штолле пригнал к гостинице лихача. Открытое ландо было запряжено тройкой вороных лошадей. Расчесанные, надушенные гривы жеребцов, украшали разноцветные ленты. Волк улыбнулся:

– Стоит напоить этого немца. Донбасс нам очень интересен. Надо отправить товарищей на диверсию. Того же Халтурина, - в коляске красовалось серебряное ведро с бутылками моэта. Промышленник плюхнулся на сиденье, угостил Макса сигарой, и велел: «К «Яру», с ветерком!». Кони рванулись с места. Марта попивала чай. Она проводила глазами неприметный, темный, закрытый экипаж. Карета последовала за ландо, где сидел Макс.

– Очень интересно, - сказала женщина себе под нос, - наверняка, это вчерашние люди, с Хитровки. Марта рассчиталась. Поднявшись, она посмотрела на гостиницу Дюпре. У входа стояло два швейцара в ливреях, крутилась стеклянная дверь. Марта решила:

– Не стоит рисковать. Сейчас его номер никак не проверить.

Она вышла к Тверской улице и села на городской дилижанс до Петровского парка.

Коля вдохнул знакомый запах ладана и свечного воска. Голова, казалось, горела огнем. Он, едва слышно, застонал, и нахмурился: «Где я?». Коля полежал, не двигаясь, пытаясь вспомнить, что с ним случилось.

– Меня ударили по затылку, - он увидел перед собой зеленые глаза, - на Хитровке. Что я делал на Хитровке? Я в Москве, это я знаю..., - Коля похолодел, поняв, что больше ничего на ум ему не приходит.